Чтение онлайн

Я еще раз обвела глазами кабинет, и не смогла сдержать вопроса:

— А у вас когда-нибудь был ассистент?

Возможно, вопрос прозвучал грубо. Но выслушав фронт работ, я немного струсила.

— Деточка, кафедра криминалистики не самая… приятная. К тому же, моим орлам часто приходится сотрудничать с кафедрой судебной медицины и оперативными отделами. Дольше полугода еще ни одна… девушка не продержалась.

— У вас просто не работали некромантки, — улыбнулась я. Интересно, что мне могут показать на кафедре судебной медицины, чего я еще не видела? Более свежие и не так противно пахнущие трупы?

— Я могу расценивать твои слова, как положительный ответ? — уточнил преподаватель.

— Можете! — кивнула я решительно. И хотя работа личного ассистента меня не прельщала, желание выбраться из должности официантки было сильнее.

В своем решении я начала сомневаться уже через несколько часов.

Во-первых, в отделе кадров академии мне устроили настоящее испытание на прочность. Мало того, что я заполнила уйму документов и вспомнила свою родню до седьмого колена, так еще пришлось пройти проверку на полиграфе. У меня взяли отпечатки пальцев. Провели три психологических теста и «на десерт» заставили пройти экзамен по физической подготовке. А так как спортивной формы с собой у меня не было, то бегать и прыгать пришлось в юбке и босиком.

Последняя капля моего энтузиазма закончилась, когда мне отказали в общежитии. Ни комнаты, ни койки для ассистента доктора Куро найти не смогли. Поэтому, подписывая договор найма, я гадала, смогу ли позволить себе снять угол в какой-нибудь приличной гостинице. И почему-то, я была уверена, что придется мне обходиться углом и железной койкой в старой вонючей ночлежке на окраине Ревенграда.

Получив временный пропуск в академию, я побрела домой.

Сегодня мне предстояло пройти еще одну неприятную процедуру — поговорить с работодателем и уговорить его не выгонять меня из комнаты хотя бы несколько дней.

Хозяин харчевни сегодня был в хорошем настроении. Но я его быстро испортила, когда заявила о своем увольнении. А мое наглое заявление, что меня нельзя выгонять из комнаты хотя бы несколько дней, кажется, обескуражило мужчину.

Видимо поэтому, бывший работодатель решил обескуражить меня — предложил повысить мое жалование.

К слову сказать, мое нынешнее жалование немного проигрывало новому предложение. А с учетом отсутствия нового жилья, так и вовсе теряло привлекательность. Но должность ассистента престижнее должности официантки, поэтому я твердо отказалась.

К единому соглашению нам прийти все же удалось. И мне даже казалось, что оно для меня имеет положительное значение. Мне позволили оставаться в комнате, пока хозяин не найдет новую сотрудницу. Я же за это должна была помогать хозяину, в свободное от работы в академии время.

Иметь теплое сухое жилье — это благо. Но оставался один маленький, но очень весомый вопрос: когда я буду спать?

Хотя… как говорил дядюшка Фрол: «на том свете выспаться успеем». Сейчас бы я добавила оговорку — главное не попасться некроманту.

Неделя… Семь дней, которые были равны всей моей, относительно, недлинной жизни. Я выживала на смеси упрямства, кофеина и простых углеводов.

В семь утра я бежала в академию, чтобы к восьми приготовить кофе и свежую корреспонденцию для доктора Куро. После помогала сотрудникам кафедры подготовиться к занятиям. Готовила необходимый печатный материал, опытные образцы и препараты. Во время обеденного перерыва, когда сотрудники кафедры и студенты отправлялись в столовую, я… убирала кабинет доктора Куро. Семь дней мне потребовалось, что привести его в порядок, расставить книги на полках, рассортировать бумаги и вытащить три огромных мешка с мусором.

Во второй половине дня работы было не меньше. Заканчивалось основное время занятий и начиналось паломничество студентов. Кто-то хотел подтянуть хвосты, кто-то обсудить тему курсовой или дипломной работы. В общем, до пяти часов вечера, на кафедре царил громкий ужас. Ровно в семнадцать часов Куро уходил, следом за ним убегали и другие сотрудники кафедры, а я оставалась, чтобы навести чистоту и подготовить комнаты к следующему учебному дню.

Возвращаясь в харчевню, я надевала передник, брала уже заполненный поднос и разносила напитки клиентам. К полуночи я выматывалась так, что едва доходила до своей каморки и падала на кровать, засыпая еще в полете.

В воскресенье в академии был выходной. Поэтому я встала чуть позже, позволяя себе лишний час понежиться в кровати, и принялась за уборку. Мои зомбики за неделю навели такой беспорядок, что доктор Куро позавидовал бы. В обед я выбралась из своей каморки, чтобы подкрепиться. Но хозяин тут же приставил меня к работе. Воскресенье, как и любой другой выходной день, был очень насыщенным в харчевне.

Вторая неделя моей работы на кафедре криминалистики в академии была чуть проще. Уборка уже не занимала столько времени и обеденный перерыв я теперь тратила на изучение криминалистики. И хотя эта наука считается прикладной, пользы от нее, по моему мнению, больше, чем от законной части юриспруденции. Криминалистика — наука точная, она основана на работе с уликами.

Сегодня, благодаря стараниям ученых, алхимиков и техников, криминалистика считается одной из самых серьезных и точных наук. Но раньше, дела обстояли иначе.

И чем больше я читала научных трудов, посвященных непростой, но увлекательной криминалистике, тем больше влюблялась в нее. Хотя и много не понимала.

К третьей неделе я совсем пообвыклась на кафедре и потихоньку начала получать удовольствие от своей работы. Старалась быстрее выполнить рутину, чтобы перейти к чтению. Изредка, работники кафедры помогали мне: разъясняли совсем непонятные моменты или позволяли присутствовать на занятиях.

А на четвертой неделе, в моей жизни случился еще один крутой поворот…

По сложившейся уже привычке, в обеденный перерыв, я сидела за столом доктора Куро и читала учебник по антропологии. Там как раз разбирали очень увлекательное дело о трехсотлетней мумии. Я настолько увлеклась чтением, что не сразу заметила посетителя.

— Девушка, обратите на меня внимание, — оторвал меня от чтения строгий недовольный голос.

Я подняла глаза от книги и посмотрела на возмутителя моего спокойствия в законный перерыв.

Это был мужчина… Невероятный, и будто ненастоящий. Словно он сошел с обложки шпионского романа. Высокий, широкоплечий, с неестественной алебастровой кожей и иссиня-черными волосами. Хотя, возможно, такое впечатление создавал образ мужчины. Черный брюки с идеальными ровными «стрелками», белая рубашка и темно-синий галстук, завязанный простым, но аккуратным узлом. Руки посетителя были спрятаны в кожаных перчатках, а глаза за темными очками.

И вообще мужчина излучал силу, уверенность в себе и… опасность.