Чтение онлайн

Одна из прикроватных тумбочек была заставлена баночками с лекарствами. На первый взгляд, не менее десятка. Вторая тумбочка пустовала.

— Что ж, приступим к работе, — буркнула себе под нос. Поставила рядом с кроватью чемоданчик и раскрыла его.

Чего здесь только не было… Фотоаппарат, коробка одноразовых перчаток, пластиковые пробирки, разнообразные баночки, пакетики, набор для дактилоскопии, подручные инструменты, отмычки и многое другое.

Надев перчатки, я достала фотоаппарат и приступила к фиксации деталей места преступления и трупа. Толком не зная, что именно нужно запечатлеть, я фотографировала все. И потратила на это много времени. Мое рвение заметил Кир и уточнил, что именно привлекло мое внимание.

— Я могу идти? — дворецкий тут же использовал шанс смыться с допроса.

— Да, у меня нет вопросов… — разрешил Устинин.

— Нет, мне нужно задать вам несколько вопросов, — остановила я слугу.

— Но я уже на все вопросы ответил, — не хотел подчиниться мне Юрий.

Я посмотрела на Кира, с немой просьбой помочь мне.

— Если у моих сотрудников есть вопросы, то вы должны ответить. Иначе это будет расценено, как отказ от дачи показаний, и я подумаю, что вы препятствуете следствию, — тут же отреагировал шеф.

Дворецкий тут же подобрался и нацепил на себя высокомерную маску.

— Что вы хотите спросить? — горделиво спросил он.

— Скажите, все в этой комнате на своих местах? Ничего не пропало?

— Все в полном порядке, как любил хозяин.

— А лампу ваш хозяин каждую ночь оставлял включенной? — поинтересовалась я.

— Нет, это… Нужно выключить!

Дворецкий направился к рабочему столу, но я успела его остановить:

— Не трогайте! Все должно оставаться так, как есть!

— Но…

— Портьеры! — перешла я к следующему вопросу. — Портьеры обычно закрываются на ночь?

— Насколько я знаю, да, но… лучше спросить у горничной Мэри. Она помогала хозяину готовиться ко сну. Да, точно! И про лампу тоже лучше спросить у нее.

— Обязательно спросим! — кивнула я.

— Я могу идти?

— Если вам больше нечего рассказать, то можете идти.

— Я все рассказал! — спокойно ответил Юрий, хотя мне показалось, что в его голосе присутствовали нотки паники.

— И пришлите, пожалуйста, Мэри, — попросила я дворецкого.

— Сию минуту будет исполнено!

Дворецкий ушел, а я продолжила осмотр и фиксацию.

Последними я сделала несколько фотографий тела.

— Тебе нравится фотографировать? — усмехнулся Кир.

— Я стараюсь ничего не упустить, — ответила я, смущенно.

— Поделишься наблюдениями? — не отставал от меня Устинин.

— Давай сначала осмотрим труп, — предложила я.

Так как кровать была широкой, а тело лежало посередине, мне пришлось наклониться сильнее.

— Диктуй, что видишь, а я буду записывать. В следующий раз советую тебе взять диктофон. Так тебе будет удобнее.

— Хм… я не видела диктофона в чемоданчике.

— Его там нет, — пожал плечами следователь, присаживаясь на диван.

— Ладно… Значит так, мы видим тело мужчины. Мертвое тело, — заметила я, проверяя пульс.

— Отлично. Давай дальше…

— На лице и шее, мы наблюдаем бордовые пятна. Губы приоткрыты и имеют синюшный цвет. Глаза… приоткрыты. Зрачки расширены, а на белках видны кровоизлияния.

— Посмотри руки, — подсказал мне Кир.

Руки мужчины были сложены на груди. Я постаралась поднять верхнюю ладонь, но не смогла.

— Трупное окоченение…

— Как думаешь, как давно он умер? — поинтересовался Кир.

— Мне трудно судить, я не судмедэксперт. Некроманты, обычно, работаю с более старыми останками. Но думаю, что смерть наступила около восьми часов назад. И заметь, окно открыто, а ночи сырые и холодные. Эти факторы могли повлиять на картину преступления. Медики смогут определить время лучше нас.

— А что с причиной смерти? — продолжал испытывать меня Устинин.

— Асфиксия, — решительно заявила я.

— Ты считаешь, что его задушили?

— Не совсем, — покачала я головой. — На шее нет никаких следов воздействия. Ни полосы, ни синяков…

— Так как же его задушили?

— Подушкой? — предположила я.

— Ели ты права, и это действительно удушение, то вариант с подушкой имеет место. Скажу медикам проверить.

— Вы меня вызывали? — раздался от порога жалобный писклявый голосок.

Я обернулась и увидела молодую женщину, в возрасте двадцати восьми — тридцати лет. Судя по одежде (черное платье, длиной на два сантиметра ниже колена, и белый передник с рюшами) и прическе (волосы убраны в тугой пучок) перед нами была одна из горничных.

— Вы кто? — строго спросил Устинин.

— Я Мэри… Мэрибел Крон — горничная. Юрий сказал, что вы хотите меня видеть.

— Да, мы вызывали вас. Проходите, — разрешил следователь.

— Нет-нет, — покачала головой девушка, утирая слезы платочком. — Я боюсь… Можно я вам отсюда отвечать буду?

Страх Мэри мне был понятен. Многие боятся трупов, почем зря. Живых надо бояться, а мертвые безобидны. Если, конечно, их не поднял некромант.

— Эвелина, у тебя были вопросы к девушке, — негромко напомнил мне Кир. — Задавай.

Я отошла от кровати и подошла к дверям.

— Вы хорошо себя чувствуете? — поинтересовалась я, рассматривая бледное, словно мел, лицо служанки.

— Да… просто эта трагедия… ужасная трагедия! Я даже предположить не могу, кто мог убить хозяина. Когда утром я обнаружила его мертвым, то чуть сама не лишилась чувств.

— А вы уверены, что его убили? — удивилась я.

— Я не знаю, — пожала плечами девушка. — Но мне кажется, что хозяин умер не сам.

Мэри вновь начала плакать, спрятав глаза в мокром платке.

— Понятно. Вы способны ответить на мои вопросы?

— Да, задавайте.

— Скажите, вы помогали хозяину готовиться ко сну?

— Да, я так поступала каждый день.

— А свет на рабочем столе он оставлял на ночь?

— Свет?.. Нет… Хозяин всегда выключал все электроприборы. Боялся замыкания…