Некрополь 3
Шрифт:
Каталог нас подвёл, и подвёл чуть ли не фатально. Ян выжил только чудом, так как после обстрела у него осталось не многим больше сотни единиц здоровья. А уж если при уничтожении одного из глаз все остальные действительно усиляются, то любого из нас следующий залп просто испепелит. При этом в опасности находятся по большей части мои наименее манёвренные товарищи — Ян и Фантазм. И если последний ещё мог самостоятельно защититься, нарастив вокруг себя каменные стены, неплохо впитывающие урон, то Яну нужна была чья-то помощь.
Второй и третий глаз были нами уничтожены за минимальное время, благодаря чему к четвёртому мы перешли одновременно с уничтожением третьего столба.
А вот дальше началось самое интересное: попытки выбить глаза на затылке наполовину ослепшего монстра — и не помереть при этом.
Рукой цепляюсь на серый нарост на голове двулика, — странно так говорить, учитывая, что он сам — это одна большая голова, — и, подтянувшись, по самую рукоять вбиваю в глазницу материализовавшийся в руке кинжал, оставляя его в ране. Несмотря на то, что здоровья у неистово дрожащего глаза осталось ещё предостаточно, его зрачок замер, а веко- зафиксировалось, не позволяя боссу использовать заклинания. Пришедшая в голову расплывчатая идея обрела очертания, и я тут же сообщил об этом группе.
— Клюс, пробуем оставлять в глазах оружие! — Печатью переношусь в сторону, избегая испепеляющего комка магмы, рухнувшей на землю где-то позади. Не то, что говорить — даже облекать мысли в понятную форму было некогда, и потому оставалось надеяться, что напарник меня уже понял…
Четыре кинжала. Один уже находится в глазнице. Глаз, за вычетом подбитого мною, девять. Я могу убрать ещё три. Ранее я не обращал внимания на то, какие именно глаза исцеляют босса светом, а сейчас тварь не горела желанием это умение демонстрировать. Ясик совместно с Фантом уже сбил десять процентов здоровья Двулика, хотя раньше для активации лечения хватало и пяти. Боится? Готовит что-то согласно вложенному в него сценарию…?
— Мне нечего оставлять! — Раздался в ушах голос Клюса в один из нечастных моментов затишья. Увы, но таковой была механика: игрок вполне мог, скажем, отбросить один из парных клинков, но оставшийся в этом случае терял если не все, то большую часть свойств предмета. Дополнительным вооружением, вроде моих кинжалов, Клюс не пользовался, а потому помочь мне не мог. Полагаться сейчас я мог только на себя.
Цель: понять, какие глаза атакуют, а какие — лечат. Средства… любые возможные.
Печать Выносливости рассыпалась, и опустевшая наполовину полоска не слишком активно, но всё-таки поползла вверх. О применении защиты я даже не думал, так как меня любая атака двулика просто обратит в ничто без шанса на спасение. Категорически не хватало информации, получить которую можно было только наблюдением… И провокацией.
— Ян, Ясик — выдайте максимум урона! Фант, попытайся нас прикрыть! Клюс, относительно меня слева-направо, сверху вниз глаза от одного до девяти с пропуском выбитого! Нужны те, которые не атакуют! — Скороговоркой оттараторил я, одновременно с глубоким вздохом скрывая и без того немногочисленные элементы интерфейса. Молчание на босса не работает, рассчитывать на банши — тоже не вариант. А вот целиком и полностью положиться на собственные рефлексы и свойства Ока, позволяющего мне не столько видеть, сколько обрабатывать огромное количество деталей — выбор в нашей ситуации наилучший. — Отвернитесь!
Активировалась очередная печать и я, на мгновение потеряв ориентацию в пространстве, появился ровно над центральным глазом, с каким-то недоверием на меня воззрившимся. По испещренному алыми прожилками белку пробежали волны энергий, а в следующее мгновение в моей руке вспыхнуло крошечное солнце.
Самый простой, банальный донельзя светлячок, в который я вложил весь свой довольно-таки солидный запас маны взорвался, выплескивая накопленную энергию и заставляя веки девяти уцелевших глаз поспешно опуститься, а пасть самого Двулика — распахнуться в оглушительном не то крике, не то вое. От этого моего действия до появления Клюса не прошло и секунды; ассасин внимательно следил за полем боя и безо всяких слов понимал, что ему нужно делать. Вот и сейчас он со всем своим боевым азартом рубил, резал и колол пытающиеся втянуться в тело глаза босса, стремясь нанести как можно больше урона. Остальные члены нашей группы не отставали, так как общий показатель здоровья Двулика опустился до семидесяти процентов. Беззащитный и слепой, он просто не мог оказать сопротивления или избежать наваливающихся на него атак. Стрелы, обычные и не очень, ударные волны разных размеров, острые каменные колья — всего этого должно было хватить для любого другого босса, но оказавшийся в последнем зале Двулик держался более чем достойно.
Особенно если принять во внимание то, что второй раз фокус с непрописанным системой использованием магии может не прокатить.
Тем временем распахнулся первый глаз, а за ним — второй, третий… Выделялись на их фоне только четыре обезображенных куска плоти под номерами два, четыре, пять и семь, на которых мы с Клюсом сосредоточили своё внимание. Дополнительные глаза были намного менее крепкими, чем основные, и потому за пару-тройку секунд мы успели многое.
Печать тянет меня наверх, ноги упираются в потолок… И мир послушно замирает.
На самом деле время не было заморожено. Просто так казалось из-за крайне резкого снижения темпа происходящего. Сейчас мне не нужно было за какие-то доли мгновения решать, куда отступать и куда бить, одновременно продумывая дальнейший план действий. Глаза Двулика наливались кровью и готовились выплеснуть свою смертоносную магию, Клюс — летел к земле, изящным прыжком спрыгнув со ставшей чрезвычайно опасной головы, Фант пытался вырастить из потолка каменные пластины, надеясь прикрыть вроде как подставившегося под удар меня…
А я в это время смотрел на словно подсвеченную чем-то прожилку, ритмично пульсирующую на макушке Двулика. Она скрывалась глубоко под кожей и плотью, но я был уверен, что смогу её поразить.
Отталкиваюсь ногами от потолка — и камнем устремляюсь к врагу, вслушиваясь в неразборчивую какофонию звуков и прикидывая, как бы половчее уйти от почти сформировавшегося заклинания.
В какой-то момент задумался над тем, что, возможно, стоит отвернуть в сторону, но отверг эту мысль едва ощутив хищное предвкушение своего меча. Не я, но клинок жаждал именно такой, абсолютной, безоговорочной победы. И, к своему стыду, подобному желанию я противиться не то, что не смог… Не стал, скорее.
В считанных сантиметрах разорвала воздух струя пламени, обдав лицо нестерпимым жаром. Из глаз брызнули слёзы, в лёгкие пробрался едкий дым, заставивший горло сжаться в спазме, но рукоять меча я держал всё так же крепко. Всего секунда свободного падения — и чокуто на три десятка сантиметров врубился к плоть, насквозь пробив отмеченную Оком цель. Гонку со смертью я выиграл, но попытка провернуть лезвие в ране успехом не увенчалась, и я, оттолкнувшись ногами от босса, при помощи печатей отлетел в сторону, успев краем глаза заметить почти закрывшийся каменный купол. В нём ещё было отверстие, но совсем небольшое, подходящее разве что для взрослого человека. Я ринулся было к нему, но чудодейственное свойство моих глаз пропало, позволив времени течь привычным, яростным потоком. Позади стремительно раздувался падающий на землю Двулик…
«Непоколебимость».
Ударная волна отбросила меня к куполу, заставила прокатиться по его вершине и пролететь мимо приготовленной норы. В завершение «путешествия» я завалился между куполом и стеной, оказавшись в крайне неудобном положении. Полуторасекундный паралич не дал мне как-то повлиять на происходящее, зато открывшимся видом я насладился сполна. Трудно не проникнуться красотой и мощью волн разноцветного пламени, которое билось о купол и стены зала — но не стремилось опадать к полу, где я застыл недвижимой статуей даже после того, как воздействие печати прекратилось. Не хватало решимости просто вдохнуть, так как всё моё сознание полностью поглотило наблюдение за Магией. Могущественной, малопонятной и страшной.