Чтение онлайн

Будучи выбитой из колеи привычной жизни, Виктория позволила себе испытать к этому мужчине симпатию и немного помечтать о том, что было бы, прояви он к ней интерес как к женщине. Пока же Лоуренс вёл себя исключительно предупредительно и галантно, чем почему-то начинал раздражать привыкшую к восхищению красавицу.

Их прощаниe по прибытии во дворец было коротким. Как только странный вихрастый парень в длинной мантии поводил рядом с ней руками и утвердительно кивнул головой, её сопровождающий едва уловимо напрягся. Словно надеялся на что-то иное. Подошёл к Виктории и, осторожно взяв её за руку, запечатлел на тыльной стороне ладони нежный поцелуй, от которого девушку будто током прошило. На мгновение глаза их встретились, являя потрясённой американке бурю не сдерживаемых уже эмоций, разобраться в которых она так сразу и не смогла. А потом Лоуренс ушёл.

Виктория осталась во дворце и вскоре узнала, где находится и как попала совершенно в другой мир.

С того момента перед ней снова появилась Цель!

Сработала тщательно выпестованная программа, ставшая уже частью её характера: она должна быть первой! Лучшей! Чтобы отец мог ей гордиться. Поэтому предприимчивая американка быстренько выкинула из головы странный эпизод знакомства и с привычным азартом ринулась на покорение новых вершин.

Но на этом романтическая история не закончилась. За неделю до бала Виктории начало казаться, что она вновь видит Лоуренса. Издалека, мельком, на пару мгновений. То в парке во время конной прогулки, то в переходах дворца. Несколько раз ей даже приносили красивые букеты,и девушка терялась в догадках, от кого они могут быть. Норман ли, наконец, почтил её своим вниманием и интересом или?.. Но спросить об этом кронпринца она почему-то не решалась. Злилась на себя, не понимала такого своего поведения, но молчала. Словно боялась погасить хрупкую надежду. Такую бессмысленную и такую манящую.

А на балу Лоуренс сам подошёл к ней, приглашая на танец. И это были лучшие минуты за все последние три месяца. Былые чувства вспыхнули с новой силой и даже многократно усилились, видимо благодаря разлуке. Но виду Виктория не подала. Как-никак, она уже почти стала невестой кронпринца. И то, что Норман выбрал именно её как спутницу на бал, говорило о многом. Причём не только самой Виктории.

Отступать от пoчти достигнутой цели она не собиралась. Но всё же не смогла устоять перед соблазном и согласилась на позднюю встречу в оранжерее. потом ещё oдин раз и ещё. До тех пор, пока мы с Катериной не явились карающим мечом правосудия. Может, со стороны поведение Виктории и выглядело глупо, но девушка просто поддалась эмоциям, которые захлестнули её, стоило Лоуренсу на первом же свидании признаться ей в любви.

И ведь, что характерно, он не пытался её лапать, морально давить или принуждать к решительным действиям. Проcто наслаждался её обществом, узнавал лучше, приручал, прекрасно понимая, в какой сложной ситуации оказалась девушка,и не требуя больше того, что она могла ему дать. Ей было хорошо рядом с ним, пусть американка и пыталась держать дистанцию, соблюдая нормы приличия. Но в то же время всё еще цеплялась за свои привычные установки.

азгoвор с нами и прекращение встреч с Лоуренсом дали Виктории серьёзную пищу для размышлений,и она сбавила напор, направленный на кронпринца, желая сначала до конца разобраться в себе. Но тут по закону вселенской несправедливости активизировался сам Норман, всего через несколько дней навестивший её и сделавший официальное предложение.

Мечты сбываются? Несомненно! Вот только, увы, иногда это прoисходит тогда, когда сами мы мечтаем уже совсем о другом. Находясь в сильном душевном раздрае, американка всё же смогла попросить отсрочки принятия решения и теперь находилась как между небом и землёй. Кого из кавалеров предпочесть? Кому довериться? Да и есть ли у неё вообще еще этот самый выбор?

– Понимаете, Надин, я ведь осознанно давала авансы Норману, подводя его мысли, что искренне желаю стать его невестой. А теперь, когда цель достигнута и он сделал мне предложение… просто не могу ответить отказом! Я не моя мать-эгоистка, которой было плевать на данное ею слово и чувства окружающих людей. Но согласиться тоже не могу. Ведь это обман, я никогда не смогу полюбить Нормана и сделаю его несчастным в браке. Да и Лоуренс… Я люблю его… И ради него я готова бросить всё: шанс стать первой леди страны, власть, связи, богатство. Но он… Что чувствует он на самом деле? Как могу я довериться человеку, которого знаю так мало? Вдруг он обманет меня? Потешится и бросит. Ведь у меня здесь совсeм никого нет,так что заступиться тоже будет некому. Ужасный, невозможный выбор! Я… просто не знаю, что делать. И что бы сказал отец, если бы узнал, от чего я отказываюсь.

Сказать честно,идя на этот разговор, я рассчитывала встретить яростное сопротивление эгоистичной карьеристки, которую придётся долго убеждать, пытаясь не скатиться в угрозы. Но вместо этого увидела перед собой потерянного, раздавленного ситуацией человека, под завязку набитого детскими комплексами из-за произошедшей в детстве трагедии. Девушку, мечущуюся между привычными масками недолюбленого ребёнка и сильным искренним чувством к практически незнакомому мучине. И всё это на фоне нового, неизвестного ей мира.

Услышав исповедь Виктории, я преисполнилась к ней сочувствия. Стали стали понятны её мелкие выпады, высокомерие, попытка всё взять под свой контроль. И вместе с тем прекрасное образование, знание этикета, владение вeрховой ездой. Но надо отдать ей должное, при всём этом Виктория ни разу не скатилась до откровенных подстав, мелочных дрязг или попытки унижения, как других иномирянок, так и дворцовой обслуги. Подлoй Виктория не была. Просто отчаянно хваталась за привычную модель поведения.

Судя по рассказу, девушка стала жертвой теракта 11 сентября 2001 года, направленного против башен-близнецов Всемирного торгового центра. Но это же было так давно! И наверняка чудовищно страшно. Судя по всему, от верной смерти Викторию спасло только перемещение в этот мир. Странная, очень странная закономерность. Практически все девушки, принесённые сюда «волной», находились на краю гибели. Не совсем понятна лишь ситуация с Изабеллой и Зулой, но кто знает, что ожидало бы их, останься они в своём мире. Возможно, что смерть стояла за их плечом, просто они её не заметили.

А еще вызывало сильное удивление то, что чем больше я слышала историй,тем явственнее осознавала: девушки пришли сюда из разных лет. Временной отрезок в общей сложности охватил около тридцати лет, но и это казалось просто немыслимым. Из разных стран, разных времён. Как такое вообще возможно?

Впрочем, о чём это я? И что вообще знаю о магии и аномальных явлениях этого мира? Да ничего! Сейчас у меня есть дело и поважнее, чем пытаться познать основы чужого мироздания. Так что, отодвинув свои сомнения и оторопь в сторону, я приступила к исполнению своих прямых обязанностей.

Прежде всего как можно мягче и тактичнее объяснила, что, судя по всему, для своего мира Виктория умерла окончательно и безвозвратно. Авторитетное мнение отца для неё теперь не столь критично, как раньше. Поэтому девушка может сама принимать решения о своей жизни без оглядки на прошлое и чужое мнение. В том-то и прелесть её сегодняшнего положения: она никому ничего не должна!

В том числе и Норману. Тем более, раз пока не дала ответа на его предложение.

Что же касается её сомнений по поводу Лоуренса,то тут я смогла твёрдо заверить Викторию, что по oтношению к ней у мужчины самые серьёзные намерения. И он готов сочетатьcя браком, как только она даст на него своё согласие. Также уверила, что слову этого человека можно доверять,так как за него поручился сам принц Николас. Поэтому, если Виктория действительно его любит и готова ответить взаимностью на чувства Лоуренса Строма, не стоит медлить и упускать своё настоящее счастье.

И всё же, несмотря на все мои доводы и надежду, ярко вспыхнувшую в её взгляде, Виктория колебалась.

Тогда вопреки собственным словам я всё же позволила себе слегка надавить на девушку. Прямо объявила ей, что удачного брака в любом случае не получится, потому что кронпринц тоже испытывает сильные чувства к другой, но из-за сложившихся обстоятельств вынужден положить свою любовь на алтарь государственных интересов. А обоюдная клятва верности, данная в момент бракосочетания, лишит и Викторию, и Нормана любой возможности найти своё счастье вне официального брака.