Чтение онлайн

По учению Гегеля, познание отношения тождества и различия обнаруживает лежащее в их основе противоречие. Положение о противоречии, как внутреннем источнике движения, развития составляет главное в гегелевском учении о сущности. Здесь Гегель решительно выступал против метафизики, которая утверждала, что противоречие в самих вещах невозможно, немыслимо: оно, мол, свойственно лишь неправильным рассуждениям. «Противоречие – вот что на самом деле движет миром, – утверждал Гегель, – и смешно говорить, что противоречие нельзя мыслить» [27] .

Характеризуя противоречие, Гегель подчеркивает, что его нельзя понимать как некую аномалию или изъян, дефект какой-либо вещи; оно есть взаимосвязь, взаимообусловленность противоположных сторон, определений, «принцип всякого самодвижения». Наличие противоречий в любом явлении свидетельствует о его развитии. «Нечто, следовательно, жизненно, – пишет Гегель, – лишь постольку, поскольку оно содержит в себе противоречие и притом есть та сила, которая в состоянии вмещать в себе это противоречие и выдерживать его» [28] .

Ощутительный удар Гегель нанес метафизическому представлению о существовании неизменной, раз навсегда данной, всегда одинаковой, всегда себе равной сущности. Он показал, что изменяется не только внешнее, но и внутреннее, не только явление, но и сущность со всеми свойственными ей определениями (причинность, необходимость, закон и т.д.). Однако изменение сущности Гегель толкует идеалистически, как движение мышления, «абсолютной идеи», как превращение сущности в… понятие. Поскольку мышление, с точки зрения Гегеля, является первоисточником всего существующего, основную форму мышления (понятие) он отождествляет с этой первоосновой, субстанцией. Переход от сущности к понятию является у Гегеля мистическим истолкованием процесса познания.

Понятие, согласно учению Гегеля, проявляет себя в различных видах суждений и умозаключений, которые изображаются немецким идеалистом как обнаружение и осуществление творческой мощи, присущей «понятию», как внутренняя основа всех тех процессов, которые наблюдаются в природе и обществе на всем протяжении истории. Гегелевское понятие – это процесс теоретического мышления, возведенный в абсолют и названный, соответственно этому, «абсолютной идеей». Теоретическое, научное мышление (физика, химия, механика, политическая экономия и многие другие науки) открывает все новые и новые, ранее неизвестные человеку явления, факты, законы, делает зримым невидимое, обнаруживает внутреннюю структуру материи, бесконечное качественное многообразие явлений. С помощью науки человек создает предметы, в природе никогда не существовавшие, развивает материальную и духовную культуру. Весь этот процесс научного теоретического воспроизведения и сознательного преобразования объективной действительности Гегель идеалистически истолковывает как творчество, самопознание «абсолютной идеи», обнаруживающей в себе все то, что непосредственно, на поверхности выступает как развитие природы и общества. Нетрудно видеть, что, признавая развитие и пытаясь дать его картину, Гегель изображает его, как процесс познания, осуществляющийся в лоне «абсолютной идеи». Этот процесс, по Гегелю, совершается вне времени и пространства и заключается в саморазвитии понятия бытия, сначала абстрактного, лишенного всякого содержания, затем становящегося все более содержательным, многосторонним, конкретным. Развитие теоретических знаний действительно идет от абстрактных представлений ко все более и более конкретным, соответствующим более глубокому проникновению познания в сущность предметов. Это подтверждается всей историей науки: достаточно, например, сравнить те представления об атомах и пустоте, которые имелись, например, у древнегреческого материалиста Демокрита, с современными научными представлениями об атоме и его структуре, о веществе и электромагнитном поле. Заслуга Гегеля, бесспорно, заключается в том, что он открыл эту характерную особенность движения теоретического мышления от абстрактного знания к знанию конкретному. Но Гегель извратил, мистифицировал этот реальный процесс, «превратив» его в процесс образования, развития тех природных вещей, которые в данном случае лишь теоретически воспроизводятся, познаются. К. Маркс указывает, что Гегель ошибочно полагал, будто «реальное следует понимать как результат себя в себе охватывающего (des sich in sich zusammenfassenden), в себя углубляющегося и из себя развивающегося мышления, между тем как метод восхождения от абстрактного к конкретному есть лишь способ, при помощи которого мышление усваивает себе конкретное, воспроизводит его духовно как конкретное. Однако это ни в коем случае не есть процесс возникновения самого конкретного» [29] .

Идеалистическое извращение процесса развития объективного мира, изображение его как развития мысли, понятия, якобы порождающего свое собственное содержание, неизбежно вело к отрицанию развития как материального процесса, как изменения материи вследствие материальных же причин. Известно, что Гегель был решительным противником тех эволюционных (материалистических в основе своей) идей, которые уже в его время выдвигались передовыми естествоиспытателями. В противовес этим материалистически мыслящим ученым Гегель объявлял эволюционное учение о происхождении более развитых животных организмов из низших совершенно бессодержательным, не представляющим ни малейшего интереса для мысли. Соответственно этому Гегель, далее, утверждал, что «в природе ничто не ново под луной, и в этом отношении многообразная игра ее форм вызывает скуку. Лишь в изменениях, совершающихся в духовной сфере, появляется новое» [30] .

Природа, по Гегелю, существует вне времени, у нее нет ни прошлого, ни будущего. Движение, изменение, происходящее в природе, представляет собой, по мысли Гегеля, лишь повторение того, что существовало и раньше. Гегель писал: «При всем бесконечном многообразии изменений, совершающихся в природе, в них обнаруживается лишь круговращение, которое вечно повторяется…» [31] . Но как же в таком случае объяснить бесконечное множество разнообразных явлений природы, различных форм существования материи, различных видов живых существ, отличающихся друг от друга большей или меньшей степенью сложности и развития одних и тех же функций, присущих всему живому? На все эти вопросы Гегель отвечает так: природа есть «инобытие» «абсолютной идеи»; природа отражает движение понятия, процесс самопознания, совершающийся в лоне «абсолютной идеи». Отсюда Гегель делает вывод, что формы бытия материи возникают не друг из друга, а являются лишь отблесками, внешним и примитивным выражением процесса, совершающегося в «абсолютной идее». Гегель прямо утверждал: «Метаморфозе подвергается лишь понятие как таковое, так как лишь его изменения представляют собою развитие» [32] . Энгельс, отмечая реакционный характер этих представлений Гегеля о природе, указывал, что его современники – передовые естествоиспытатели – благодаря своему материалистическому мировоззрению оказались выше Гегеля в понимании природы.

Гегель утверждал, что природа есть низшее, ограниченное, «конечное» воплощение «абсолютной идеи». Наиболее глубоким выражением процессов, составляющих содержание абсолютного мышления, «абсолютной идеи», является, по Гегелю, не природа, а развитие духовной жизни человечества: прежде всего искусство, затем религия и, наконец, философия, представляющая собой высшую форму воплощения «абсолютной идеи». Историю философии он рассматривал как историю самопознания «абсолютного духа», а различные философские системы – как ступени этого самопознания. В его же собственной философии, по мнению Гегеля, «абсолютная идея» окончательно осознает свою сущность, и здесь поэтому достигается абсолютное знание, дальше которого идти уже некуда.

Гегель противопоставлял естествознанию философию природы, истории, как науке, – философию истории, правоведению – философию права и т.д. Таким образом, наукам о природе и обществе была противопоставлена «Энциклопедия философских наук», в которую наряду с «наукой логики» были включены философия природы, философия истории, философия права, философия религии, философия искусства, история философии и т.д. Гегель претендовал на то, что в каждом из этих разделов своей философской системы он полностью исчерпывает предмет исследования, дает абсолютное знание. А все свое философское учение он характеризовал как систему абсолютного знания в последней инстанции, в отличие от естествознания, истории и других наук.

Конечно, эта претензия Гегеля на создание системы абсолютного, всеохватывающего и всеисчерпывающего знания являлась ненаучной. Тот факт, что науки о природе и обществе не дают абсолютного знания в последней инстанции, вовсе не принижает их, а, напротив, свидетельствует об отсутствии у них фантастических претензий. Познание мира не имеет пределов; из этой бесспорной истины стихийно исходит наука, но именно против нее ополчился Гегель. Так, в «Философии природы» Гегель пытался в рамках своей идеалистической системы не только изложить то, что было уже известно естествознанию, но и предугадать все то, что вообще может быть открыто, познано. И хотя Гегель утверждал, что философский способ изложения «не есть дело произвола, капризное желание пройтись для перемены разочек на голове, после того, как долго ходили на ногах…», его «Философия природы» оказалась переполненной произвольными, фантастическими утверждениями, вроде того, что солнце представляет собой воплощение способности зрения, заложенной в развитии «мирового духа».

В своей «Философии истории» Гегель не ограничился идеалистическим истолкованием прошлого и современной ему эпохи. Он попытался «исчерпать» исторический процесс, т.е. установить предел, дальше которого некуда идти. И поскольку Гегель был идеологом немецкой буржуазии, пресмыкавшейся перед дворянством, он объявил конституционную монархию вершиной, конечным пунктом общественного прогресса, обожествил прусское государство, характеризуя его, как «шествие бога в мире». Гегель возвеличивал дворянство как сословие, обладающее, по его словам, «природной нравственностью», хотя считал необходимым допустить к участию в государственных делах и буржуазию. Что же касается трудящихся, то они, по Гегелю, разумны лишь тогда, когда подчиняются монархической власти. Когда же народ выступает инициатором социальных преобразований, он – «бесформенная масса», действия которой «стихийны, неразумны, дики и ужасны». Однако не следует думать, что «Философия истории» Гегеля содержала в себе одни лишь реакционные идеи. В.И. Ленин, конспектируя этот труд Гегеля, указывал, в частности, на имеющиеся у него «зачатки исторического материализма». Так, например, Гегель высказывает глубокие догадки о роли труда и орудий труда в развитии человека. В другом месте своего конспекта Ленин отмечает: «Важнее всего введение, где много прекрасного в постановке вопроса». В общем же, как отмечает В.И. Ленин, гегелевская философия истории «дает очень и очень мало – это понятно, ибо именно здесь, именно в этой области, в этой науке Маркс и Энгельс сделали наибольший шаг вперед. Здесь Гегель наиболее устарел и антиквирован» [33] .

Гегель защищал целый ряд реакционных предрассудков – о вечности и благодетельности войн, фактического неравенства народов и наций, – выводя все это из своей «абсолютной идеи». Он заявлял, будто немцы являются «избранным» народом, и принижал народы Востока как якобы потерявшие историческое значение, шовинистически третировал славянские народы. Эти реакционные взгляды Гегеля, как известно, были подхвачены и использованы германскими фашистами.

Нетрудно видеть, что система «абсолютного знания» и все те реакционные социально-политические воззрения, которые пытался обосновать Гегель, находились в вопиющем противоречии с его же принципом, согласно которому каждая форма бытия относительна, преходяща, внутренне противоречива и лишь движение, изменение, развитие абсолютно.