Чтение онлайн

Где бы ты ни жил, ты, что носишь человеческий образ, приближаешься ли ты к животным, под палкой погонщика сажая сахарный тростник, или греешься ты на берегах Огненной Земли у огня, который ты не сам зажег, являешься ли ты мне самым жалким и отвратительным злодеем, все-таки ты то же, что и я, ибо ты можешь сказать мне: «Я есмь».

Ты все же мой товарищ, мой брат.

Есть еще шутники, которые предостерегают философа – не делаться смешным через преувеличенные ожидания от своей науки…

Пусть они насмехаются над нашей верой в человечество и над нашими надеждами на его великое призвание; пусть тогда они повторяют столь часто, сколь они в том нуждаются, в свое утешение: нельзя помочь человечеству; таковым оно было, таковым оно всегда будет.

Человек будет вносить порядок в хаос и план в общее разрушение, через него самое тление будет строить и смерть будет призывать к новой прекрасной жизни. Для него вырастает то, что раньше было холодным и мертвым, в питающее зерно, в освежающее зерно, в освежающий плод, в оживляющую виноградную лозу. Вокруг него облагоражи ваются животные, они отрешаются от своей дикости и получают из его рук более здоровую пищу, за которую платят ему добровольным послушанием. Более того, вокруг человека облагораживаются души; чем больше кто-либо – человек, тем глубже и шире действует он на людей, и то, что носит истинную печать человечности, будет всегда оценено человечеством; каждому чистому проявлению гуманности открывается каждый человеческий дух и каждое человеческое сердце.

Говорят, что лучшее правило политики – не слишком управлять. Это правило столь же верно и в воспитании.

Добропорядочные люди приобретают больше врагов своими речами, нежели дурные – своими делами.

Из всех искусств музыка – самое человечное и распространенное.

Вечность – это то время, когда существуют идеалы.

Вкус – это эстетическая совесть.

Все достойное уважения совершено в уединении, то есть вдали от общества.

Книгу, где все слова пишутся с заглавной буквы, трудно читать; так и с жизнью, в которой все дни – воскресенья.

Осмеяние, то есть нравственное негодование, должно совмещаться с постоянством возвышенного чувства.

Подлинная нравственность непосредственно поэтична, а поэзия, в свою очередь, – опосредованно нравственна.

Проницательность ума – это совесть остроумия.

Скромен не тот, кто равнодушен к похвалам, а тот, кто внимателен к порицаниям.

Мужество состоит не в том, чтобы смело преодолевать опасность, но в том, чтобы встречать ее с открытыми глазами.

Музыка – поэзия воздуха.

Ничего не откладывай на после, ибо после тебе легче не будет.

О музыка! Отзвук далекого гармоничного мира! Вздох ангела в нашей душе! Когда замирает слово, и объятие, и наполненный слезами глаз, когда наши немые сердца в одиночестве томятся за решеткой нашей груди – о, тогда только благодаря тебе могут они послать друг другу отклик из своих тюрем, соединить в одной пустыне свои далекие стоны.

Совесть человека может заблуждаться, но сам человек может и не быть бессовестным, точно так же, как можно обладать ложным вкусом, не впадая в безвкусицу.

Суеверие – чудовищное, почти неодолимое чувство, благодаря которому мирный человек стоит как бы среди исполинской мельницы вселенной, оглушенный и одинокий.

Только в минуты свидания и разлуки люди знают, сколько любви таило их сердце.

Легче всего люди выдают свои намерения, когда последние не удаются им.

Малые страдания выводят из себя, великие же – возвращают нас самим себе. Треснувший колокол издает глухой звук: разбейте его на две части – осн снова издаст чистый звук.

Мудрый Аполлон знал, что лучше всего охотятся голодные собаки, лучше всего бегают легкие бегуны, что тощий Пегас выносливее тяжелой верховой лошади, что из кремня нужно высекать огонь. Поэтому он награждал своих любимцев бедностью, облагораживал их душу ценой их тела и давал им мало жить, чтобы они вечно жили.

Тоска по любви есть сама любовь.

Тот, кто никогда не искал ни дружбы, ни любви, тысячу раз беднее того, кто их обеих утратил.

Кто в старости может обходиться без любви, тот не любил и в юности, ибо для любви годы не помеха.

Бранью достигается лишь одна треть, любовью и уступками – все.

Бывают люди-растения, люди-звери, люди-боги.

Веселье – это небо, под которым цветет все, кроме злобы.

Кто хвастает знанием тайны, тот одну половину ее уже открыл, а другую открыть не замедлит.

Умственные занятия оказывают на человека такое благотворное влияние, какое солнце оказывает на природу; они рассеивают мрачное настроение, постепенно облегчают, согревают, поднимают дух.

Свобода увеличивает силу, а сила всегда ведет к известному великодушию. Принуждение подавляет силу и ведет к разного рода своекорыстным желаниям и ко всем низменным уловкам.

Среди всех искусств поэзия больше других подвергается искушению заменить свою собственную своеобразную красоту украденными блестками.

Человек является человеком лишь благодаря речи, но чтобы придумать речь, он должен был быть уже человеком.

Несомненно, важнее, как человек воспринимает судьбу, нежели – какова она на самом деле.

Нравственность народов зависит от уважения к женщине.

Нравственность возникла вместе с пороком.

Поистине серьезное стремление к какой-либо цели – половина успеха в ее достижении.

В семейных добродетелях заключено столько очарования, в гражданских – столько величия и пленительности, что любой просто неиспорченный человек не может противостоять им.

Мужество солдата хорошо только в соединении с лучшими мирными добродетелями, дисциплина хороша только в соединении с высшим чувством свободы. Когда они существуют отдельно – а это так часто бывает благодаря тому, что в мирное время солдат вооружен, – первое вырождается в рабство, вторая – в дикость и разнузданность.