Чтение онлайн

Корабли-ловушки серии Q, выманивавшие подлодки на поверхность, подвергались серьезному риску. Гордон Кемпбелл пошел на отчаянный риск: он позволил субмарине торпедировать свой «Q-5» «Фарнборо», чтобы выманить ее на поверхность и расстрелять из палубных орудий. 17 февраля во время патрулирования в излюбленном районе Кемпбелла, к юго-востоку от Ирландии, корабль был торпедирован. В соответствии с отработанной схемой аварийная партия начала посадку на шлюпки, а экипажи палубных орудий приготовились к атаке, не обращая внимания, что корабль тонет. Аварийная партия отошла от подбитой ловушки. За всем происходящим пристально следил стеклянный глаз перископа. В самые трагические моменты чувство юмора нередко поддерживало людей, снимало напряжение: Кемпбелл, стоящий на мостике, невольно улыбнулся, услышав, как один из матросов, махнув рукой в сторону перископа, сказал товарищу: «Не кричи, там услышат».

Капитан «U-83» Бруно Хоппе был опытным подводником и не хотел рисковать. Лодка описывала круги вокруг тонущей жертвы, но все время оставалась под водой. Позже Кемпбелл вспоминал, что лодка подошла так близко, что «он видел под водой ее корпус». Наконец, Хоппе убедился, что жертва тонет, и всплыл на поверхность в 300 ярдах по левому борту. Кемпбелл терпеливо ждал возможности нанести удар. Лодка приблизилась и находилась на расстоянии 100 ярдов на траверзе тонущего судна. Открылся люк, и Хоппе выбрался на мостик, чтобы произвести осмотр жертвы. Это было последнее, что он сделал в своей жизни. На мачте почти ушедшего под воду судна взметнулся флаг английского ВМФ, и с него открыли огонь. Первый снаряд угодил в боевую рубку. Лодка была обречена. «Вести огонь с такого расстояния казалось жестоким, – позже признался Кемпбелл. Но он не позволил угрызениям совести помешать исполнению воинского долга. – Мы произвели сорок пять выстрелов и, кажется, ни разу не промахнулись. Когда лодка скрылась в глубине, в холодной, покрытой толстой нефтяной пленкой воде осталось восемь человек. Мы спустили шлюпки и сумели спасти одного офицера и одного матроса».

Удивительно, но, несмотря на серьезные повреждения, полученные «Фарнборо», Кемпбеллу удалось привести покалеченный корабль в Берхафен. По пути домой, когда казалось, что надежды на спасение не осталось, он отправил прощальную радиограмму главнокомандующему: «„Q-5“ медленно тонет и почтительно желает вам всего хорошего».

За беспримерную отвагу, проявленную в сражениях с подводными лодками, Гордон Кемпбелл был награжден Крестом Виктории. В газетах это награждение называли не иначе как «таинственный Крест Виктории», поскольку адмиралтейство отказалось сообщить для опубликования подробности случившегося, чтобы не выдавать секреты смертоносных для вражеских лодок судов класса Q. Предосторожность была вполне разумной, доказательством чего послужил эпизод, происшедший несколькими днями позже, когда «Q-18» в схожих обстоятельствах потопил «UC-18».

Субмарине «U-84» повезло больше. Повстречавшись с кораблем-ловушкой «Пеншерст» 22 февраля, она избежала гибели. Но лодка получила такие серьезные повреждения, что обратно ей пришлось возвращаться по поверхности: снаряд повредил балластные танки, спрятаться от опасности в спасительную глубину было невозможно. Это был тяжелый рейс для ее командира, капитан-лейтенанта Роора. А 12 марта «Q-19» «Привет» вступил в ожесточенную схватку с «U-85». Перестрелка длилась сорок пять минут, в результате субмарина отправилась на дно. Как и в случае с «Q-5», английский корабль получил серьезные повреждения; он затонул на входе в Плимут. Но на этом карьера «Привета» в подводной войне не окончилась!

Корабли-ловушки были не единственными врагами немецких подводных лодок. Эсминец «Ударный» застиг «UC-39», атакующую угольщик «Хорнси». Обер-лейтенант Эрентрант приказал срочно погружаться, но единственная глубинная бомба с эсминца была сброшена с такой точностью, что лодка тут же всплыла. Эрентрант выбрался на мостик и был убит первым выстрелом с эсминца. Экипаж «UC-39», лишившись командира, явно растерялся… Ситуацию спас находившийся на борту британский военнопленный, капитан «Ханны Ларсен», который поднялся на мостик с белым флагом. Не важно, что этот флаг, спасший жизни многих людей, был чистым носовым платком. Семнадцать членов экипажа немецкой лодки были спасены, но сама лодка затонула при буксировке к берегам Англии. В тот же день «иС-46» обер-лейтенанта Мекке была протаранена эсминцем «Свобода» и затонула.

Бельгийская флотилия переживала не лучшие времена. 23 февраля «UC-32», устанавливая мины в районе Сандерленда, подорвалась на одной из них. Через два дня «UB-30» села на мель в районе острова Волхерен и была интернирована голландцами. Правда, спустя четыре месяца ее освободили. В довершение ко всему «UC-26» случайно столкнулась в районе Гавра с колесным пароходом «Мона Квин» и с трудом приползла на базу, поскольку обшивка корпуса была разворочена гребным колесом.

Постепенно англичане набирались опыта, постигали науку охоты на «морских волков». 10 марта субмарина «G-13» торпедировала «UC-43» Зебеллина, которая устанавливала мины в районе Скапа-Флоу. «UC-18» также подорвалась на собственной мине. «UB-6», как и «UB-30», выскочила на мель у голландского побережья и 13 марта была интернирована. «UB-25» затонула, случайно протараненная немецким эсминцем «V-26» в гавани Киля. Кроме того, многие лодки получили разные повреждения. Постоянные стрессы не могли не сказываться на экипажах. Люди стали нервными, издерганными… Барон фон Шпигель вспоминал, что «матросы-подводники постоянно находились на грани нервного срыва, приходилось давать им временные передышки. Служить на подводной лодке – это значило постоянно смотреть в лицо опасности, ежеминутно подвергать свою жизнь угрозе: не всякий человек сможет долго выносить такое напряжение. Были случаи, когда люди сходили с ума. Некоторые после отдыха и лечения возвращались на флот, но становились ли они опять годными к подводной службе – это большой вопрос. Всем было нелегко…».

Экипажи торговых судов тоже постоянно находились в напряжении. Люди не могли избавиться от мысли, что в любой момент из воды может появиться стеклянный глаз перископа, который высмотрит очередную жертву, и затем к ним направится несущая смерть торпеда. 1 марта в районе острова Стокгольм был торпедирован пароход «Дрина», при этом погибли 15 человек. В тот же день недалеко от побережья Ирландии был торпедирован и затонул 9196-тонный «Наррагансет». Потери составили 46 человек. Люди гибли при каждой атаке, и число жертв приводило в ужас.

Лайнер «Замок Алнвик» был торпедирован без предупреждения 19 марта в Атлантике в 510 милях от ближайшего берега. Экипаж и 139 пассажиров успели высадиться на спасательные шлюпки. Погода была холодной, а море неспокойным. Дул порывистый ледяной ветер. Через девять дней первая шлюпка вошла в испанскую гавань. На ней было обнаружено восемь трупов, остальные люди подавали признаки жизни. На второй шлюпке оказалось пятеро погибших, на третьей – четверо. Две шлюпки исчезли. Уцелевшие люди были едва живыми от жажды и переохлаждения. Это был ужасающий пример человеческих страданий от нападения подводной лодки. Такая трагедия в разных масштабах повторялась многие сотни раз. Только в марте при нападениях немецких подводных лодок погибли 630 моряков; более 50 человек расстались с жизнью, когда их суда подорвались на установленных немцами минах.

Некоторые командиры немецких подводных лодок проявляли такую жестокость, что в это трудно поверить. Капитан-лейтенант Вильгельм Вернер, объявленный англичанами военным преступником, никогда не проявлял милосердие или сострадание к своим несчастным жертвам. 8 апреля «U-55» потопила пароход «Торрингтон». Вернер взял капитана на борт в качестве пленного, а команду заставил построиться на палубе подводной лодки, задраил люки и отдал приказ погружаться. В результате этого преступления погибли 34 человека. И словно желая доказать, что такие действия для него являются нормой, а не случайностью, четырьмя днями позже он этим же способом убил членов экипажа парохода «Торо».

Апрель 1917 года явился высшей точкой убийственного времени. Морские волки отправили на дно 354 судна. 5 апреля затонул лайнер «Канадец»; 6 апреля – 6117-тонный «Поухатан», при этом погибли 36 человек; в тот же день затонул «Вайн Бранч» вместе с экипажем (44 человека); а 24 апреля пароход «Абоссо» унес с собой на дно 65 моряков.

Союзники никак не могли найти средство, способное дать достойный отпор немецким подводным лодкам. И хотя 6 апреля Соединенные Штаты все-таки вступили в войну, возможностей борьбы с невидимым противником не стало больше. Вице-адмирал В. С. Симс, один из ведущих деятелей американского ВМФ, ознакомившись со статистическими данными, сообщил своему правительству, что немецкие субмарины, вне всякого сомнения, выигрывают войну. Этого мнения придерживался посол Уолтер Пейдж, который написал: «Тот процесс, который мы сейчас наблюдаем, является не чем иным, как поражением Британии». Запасы продовольствия быстро подходили к концу, в стране ввели карточную систему. А поскольку суда тонули намного быстрее, чем строились, в адмиралтействе произвели подсчеты, и на свет появился прогноз: если не будет найдено средство борьбы с вражескими подводными лодками, война закончится не позднее ноября.

23 ноября Джеллико представил военному кабинету меморандум, в котором говорил, «что ситуация требует немедленных и решительных действий», но вслед за этим приводил доводы, почему невозможно ввести систему конвоев. В своей книге «Гибель субмарин» он писал: «Мы часто обсуждали возможность внедрения конвойной системы. Следовало предвидеть потери, которые мы понесем, если конвой подвергнется атаке, учитывать наши возможности по обеспечению безопасности судов».

В действительности конвойная система уже работала, но в небольших масштабах. Суда, перевозившие уголь через Канал, всегда следовали под охраной; кроме того, группы торговых судов, направлявшиеся в Скандинавию и Голландию, также обычно следовали с эскортом. Широкомасштабное внедрение этой системы сдерживалось недостатком подходящих судов для сопровождения. Тем не менее, Ллойд Джордж любил повторять, что его исторический визит в адмиралтейство 30 апреля 1917 года вразумил адмиралов. Но внедрение конвойной системы было предложено адмиралом Даффом и одобрено Джеллико за три дня до знаменательного визита премьер-министра.