Немилосердные лета, Аришина Наталья

Немилосердные лета

Аришина Наталья

Шрифт:

Счастливое детство

есть люди которые думаютчто куры и гуси в домашнем вольере –просто еда и ничего большеособенно если рядом плещется моремоя бабка завела птичник вовсе не для тогочтобы любоваться его обитателямии пейзажем любоваться ей было некогда –на все лето привозили ораву внуководнажды возвращаясь домойдед встретил бездомного рыжего котенка:бабке пришлось вывести у него блоха дед вылечил от поносаназвали кота Серунджанхвостатым фаворитам –старому Ваське и белогрудой Манишкепришлось примириться с новым любимцемк осени один за другимисчезали обитатели вольераза званым обедом был съедензапеченный с яблоками Пипбольшой толстый гусенок с короткой шеейего гнали сородичи – он вместо собачонкиковылял с нами на морелаять не умел но шипел очень грозно…он был настоящей собакой –причитала я – он был моим другомдед разбирался в дальневосточной кухне:и собак едят – сказал он грустнокогда я отодвинула тарелку –китайцы делают из них пельменимоя дальневосточная страницабыла еще за горами

Судоку

звонит по городскому телефонучтобы не спрашивать дома ли язнаю – перед ней на тумбочкерастрепанные старые сборники судокуполузаполненные квадратыдевять на девятьвозможно она не дозвонитсяне каждую минуту я домане потянется за смартфоном –это новшество она терпеть не можеткладезь неприятностейи непроверенных слуховшкольный секретер сыназадвинут в неосвещенный уголгде свет никогда не падал слевасыну давно за сорокдля нее несмываемая нелепость –называть его гражданином мирав мужнин кабинет она не заходитеще не выветрился запах сигарет «Ява»еще за рядами нечитанных сочиненийпрячется ниша в которую она однажды заглянулаискала нужные документылучше бы не заглядывала…

Народ Маракайя

Есть славный народ маракайяне знает он кто я такаяон в Андах живета мой бы прилетвоспринял от счастья сияяУж если совсем затоскую –об этом стишок смаракуюлишь несколько строчекбез скобок без точеки съем на десерт маракуйю

Скоро осень

Скоро осень разрисует ржой лепные потолки,на твоем оставит доме тень от памятной доски.«Это осень, это осень, – осмелев, свистит сквозняк, –объявляю: завтра сносим этот дряхлый особняк.Видишь, технику нагнали – самосвал, бульдозер, кран».А в твоем окне мигает затухающий экран.Напряжение теряя, сбоку лампочка торчит.Сердце слабое мерцает, боль привычная горчит.На рассвете в мутном небе – грозовые облака.Рядом плавают вороны, обалдевшие слегка.Покидают переулок, улетают в никуда.С потолка, гремя тазами, каплет ржавая вода.

Время

Всё напрасно? Всё не в счет?Время, ты меня не слышишь?Знаю, что в затылок дышишь,но люблю твой горький мед.Обгоняй, лети, спеши,упраздняй карандаши,скрип пера, бумаги шелест,всё, чего уже не ценишь,весь состав моей души.Сушишь горло, режешь ухо,ужасаешь мыслью злой.А строка жужжит, как муха,тщетно хочет быть пчелой.

Из-под руки

Легко любить тебя заочно,потерянный когда-то дом,с трубой поющей водосточной,со ставнями, с верандой прочной,с крыльцом, ходящим ходуном.Уже не мой платочек синиймелькнет в толпе на берегу.Я заполночный говор пинийдавно припомнить не могу.Уже дрянной клоповник блочныйтеснит пейзаж моей строки.И не везет курьерский почтусмотрящему из-под руки.

Поутру

Поморщась совсем не от боли,тебе говорю поутру:пора убирать в антресолисезонную эту муру –две пары уставших сандалий,замызганный коврик и зонт,как будто мы век не видалини воли, ни неба, ни понт.Нахохлясь, сидит на карнизе,почуя ненастье, сизарь,а деверь хлопочет о визе.Подводит его календарь.

Нотрдамские пчелки

Нотрдамские пчелки, бедные погорелки,вот уже две недели я не в своей тарелке.Растревоженным роем вы надо мной кружите,понабились в подушку, целую ночь жужжите.В старом застряли пухе,в левом скребетесь ухе.Я не хочу быть ульем, я обойдусь без меда,мне не по нраву ваша сладкая несвобода,соты, царица, трутни, зимние посиделки,но не могу покуда я разлепить гляделки.Сон меня держит цепко,чую, что влипла крепко.Вот уже завозились возле правого уха.«Есть, – мне жужжат, – старуха, и на тебя проруха,милости не дождешься, прошлого не воротишь.Если уста отверзнешь – худшего напророчишь!»

Сон

Всего лишь сон. Сердечной мышцы прыть.Всего лишь боль не хочет отступить.Всего лишь кедр о ставню веткой бьется.И этот сон уже не умолить.Лишь досмотреть покорно остается.И страх берет. И кровь стучит в виски.Опять судьба тебя берет в тиски.Наверняка тебе не отвертеться.Но шансы есть, хотя невелики.И рюмкой водки хочется согреться.

Дуэт

Не храни ты ни бронзы, ни книг…

К. Случевский

Лишь в баснях ценится мораль,но не пишу я их покуда.На антресолях спит хрусталь,фраже, дареная посуда.Подкатит мусорка к окну –задребезжит стекло и пластик.Проулок узкий свой кляну,забытый, как прошедший праздник.А было здесь светло в ночи,в соседней лавочке пылилисьна плошках синие мечи,ретиво кабаре плодились.В подвале сладился дуэт,в котором оба очень милы,поклонникам отбою нет,без перерыва на обедон тратит творческие силы…Сквозняк с насмешкой просвистит,свое являя постоянство,и щедро пылью одаритиз заоконного пространства.Неужто в прошлое уйдетдуэт? – А как согласно пели!Но даже эху не расчетсегодня множить эти трели.На антресолях – связки книги гостевая раскладушка.Но навсегда ушел старик,и, торопясь, ушла старушка.

Барическая пила

Две вывески всю ночь пылали, не грея музыкой былой.Метеорологи пугали с утра барической пилой.Жила, не очень-то вникая в раж кабака и пульс кино –жила напротив, забывая полузашторенным окно.Почти привычно, что в проулке вовсю ночной клубится ор,толпятся тачки на стоянке и лупят фарами в упор.Кому-то сновиденья сладки, но мне не впасть в подобный сон.А бомж на лестничной площадке под собственный проснулся стон.

Под дождем

Покрывается рябью, уверенно катит река.На яйле одеялом овечьим лежат облака.На зубчатом откосе звезда притаилась, моргая,словно хочет внушить: «Нынче стоит спешить, дорогая».Ветхий мост перейду лишь пути сокращения ради.Виноград выпускает усы и ползет по ограде.И шаги ускоряет тот, кто мимо вразвалку шагал.И усталый татарин убирает в пристройку мангал.И снимает девчонка белье и прищепки роняет,и старуха в окне раздраженно на это пеняет.Пес бежит через двор. Под дождем неуютно и зябко.У меня на плечах промокает случайная тряпка.А могла поспешить, добежать, не промокнув до нитки,позвонить у ворот и в прихожей оставить пожитки.

Обмолвки

обмолвясь, назвала норд-остомсеверо-восточный ветерднем бегала белка в кипарисецветы магнолиипрятались в бронзовых листьяхподнимешь глаза к вершинам –даже если в глаз не попала соринкавсе равно глазные впадинынаполняются теплой влагойлипкая пелена – и вспышки светакогда солнце попадает на стеклавысотных зданийбезобразящих горные склоны.

1 2 3 4 5 6 7 8 9

Поделиться с друзьями:

Чтение онлайн

КНИГИ

АВТОРЫ

ЖАНРЫ

Деловая литература

Детективы

Детские

Документальная литература

Дом и Семья

Драматургия

Жанр не определен

Компьютеры и Интернет

Любовные романы

Научно-образовательная

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия и эзотерика

Справочная литература

Старинная литература

Техника

Фантастика

Фольклор

Юмор

Немилосердные лета

Аришина Наталья

Шрифт: