Чтение онлайн

— Всего? — жалобно переспросила Марина. — А я ни разу не была. И не побываю.

— Ну что вы, не печальтесь, — мягко улыбнулся парень. Бывают такие места, куда попасть гораздо труднее, чем в Италию.

— Например? — Марина смотрела на этого человека во все глаза, и ей было так легко с ним, как будто они знакомы сто лет.

— Например, в счастливое прошлое. Ведь ваш друг не умер, а только обидел вас, я угадал?

— Он мне не друг больше, — сказала Марина голосом капризного ребенка.

— Вы помиритесь, и все будет хорошо.

Марина и впрямь чувствовала себя маленькой девочкой рядом с этим еще молодым, но так хорошо ее понимающим человеком. Она привыкла общаться с инфантильной артистической публикой, с беспомощным в трудных ситуациях Гошей, с драчливыми Юлькиными знакомыми. Приятное, давно забытое чувство защищенности обволакивало Марину и погружало все глубже в пучину какого-то младенческого счастья.

Но погружение было внезапно прервано самим же виновником. Он встал и подал руку Марине.

— Я советую вам взять такси и поехать домой. Примите ванну и ложитесь спать. А когда проснетесь, мир будет другим.

Мир уже казался Марине другим, когда она ехала домой. Она и не подозревала, что в нем существуют такие удивительные люди.

Марина будто под гипнозом сделала все, как сказал незнакомец.

Марина проснулась и со сладким удивлением вспомнила, что только что видела его во сне. Он вез ее на лодке в глубь безбрежного озера. Равномерный плеск весел сплетался в чарующую, неземную музыку, лицо нового знакомого скрывал туман. И только она одна в целом свете знала, что это он и что назад им дороги нет. Словно кто-то нашептывал ей старую валлийскую сказку о храбром короле Артуре и Озерной Деве.

Неожиданно для самой себя Марина осознала, что способна влюбиться. А ведь она даже не знает его имени. Не знает, кто он и где живет.

Марина представила его освещенное солнцем лицо, когда он так терпеливо и искренне утешал ее, веселые и умные голубые глаза, блестящие светлые кудри, растрепанные теплым весенним ветром.

Он был красив, но совсем не так, как Гоша с его порывистой, болезненной красотой, черными спутанными волосами, вечно искривленными в ухмылке узкими губами, лихорадочным блеском глаз. В сравнении с этим парнем Гоша выглядит ребенком подземелья. Поэтом-декадентом, умирающим от чахотки и избытка гениальности. А люди такого типа, как ее новый знакомый, долго не стареют и даже в старости красивы. Марина поняла, как соскучилась по спокойным, нормальным людям, на которых можно положиться в трудную минуту.

Но таких людей вокруг нее нет, и, наверное, она сама виновата в этом.

Марина вспомнила, что так и не постирала замоченное вчера белье, и отправилась в ванную сражаться с краном.

Она любила стирать, причем руками. Равномерный шум воды, теплый пар, лимонный запах стирального порошка, на глазах исчезающие грязные пятна — все это успокаивало ее расстроенные нервы и подстегивало воображение. Она часто видела себя прогуливающейся где-нибудь среди тропических водопадов. Корзина для грязного белья в ванной комнате у Марины, как правило, пустовала.

Когда белье было выстирано, а наволочки и простыни аккуратно развешаны на балконе, Марина почувствовала прилив сил и желание прогуляться.

Часы показывали всего шесть вечера — время, когда многие из ее приятелей только завтракали.

Марина могла поехать в институтское кафе, где всегда кто-нибудь угощал всех вином в честь своей премьеры, выставки и так далее, но Марину тошнило от этой мысли. Она могла позвонить Юльке — у той всегда наготове был увлекательный план, но на Юльку она обиделась. Можно было отправиться в один из полузакрытых ночных клубов, где на входе стояли Гошины знакомые или знакомые его знакомых, и протанцевать всю ночь в свете лазерных прожекторов, но и этого Марине не хотелось. Ноги сами привели ее на Гоголевский бульвар.

По иронии судьбы на давешней скамейке, окруженный беспокойными пенсионерами, сидел Гоша. Он не просто сидел, а спал сидя. У Марины защемило сердце от жалости. Она бросилась к нему, стала дергать за воротник плаща, гладить по голове.

— Гоша, милый! Прости меня! Что с тобой? Пойдем отсюда скорее.

Игорь открыл глаза, но взгляд его был отсутствующим. Потом он узнал Марину и улыбнулся своей обычной рассеянной улыбкой, как будто с утра между ними ничего особенного не произошло.

Марина увидела приближающегося милиционера, призванного пенсионерами прекратить безобразие. Она схватила Игоря за руку и потащила изо всех сил. Наконец он пришел в себя, осознал грозящую ему опасность, подхватил Марину, и они, переглядываясь и задыхаясь от смеха, побежали в сторону Арбата. Как дети, играющие в казаков-разбойников.

Они ворвались в открытую дверь пивного бара и сели за ближайший столик. К ним подошел учтивый официант и замер в ожидании.

— Два кофе, пожалуйста, — бросил Игорь небрежно, потом наклонился к Марине и громко прошептал: — Только у меня денег нет.

Учтивость на лице официанта сменилась недовольством, и он ушел выполнять не сулящий чаевых заказ. А в душе Марины вновь стали закипать раздражение и обида.

— Денег, говоришь, нет? Еще гонорар не получил?

— Какой гонорар? За что? — на лице Игоря было неподдельное удивление.

— За чужую статью с твоей подписью в порнографическом журнале. — Марина пристально смотрела ему в глаза.

— Ах это. — Игорь пожал плечами. — Нет. То есть да. Но денег уже нет, куда-то все потратились.

Марина отвернулась к окну.

— Ты обиделась? — расстроился Игорь. — Не обижайся. Я же не знал, что какая-то свинья засунет этот журнал под стекло в институте Отличный скандал получился, да? Кто бы это его устроил?

— Юлька.

— Ах Юлия?! Тогда все понятно. Мстим за дорогую подругу. — Неприязнь Игоря и Юли была взаимной. — Не знал, что она такие издания почитывает. Между прочим, журнал не порнографический, а эротический.

— Какая разница? — В голосе Марины слышалась горечь. Этого человека бесполезно стыдить. Он понятия не имеет, что такое совесть.

— Ну, не сердись. Я же хороший, только податливый. Меня один редактор оттуда упросил. Увидел у меня твою работу, пообещал доллар за строчку. Знаешь, они тоже воображают себя людьми искусства. А мне отказать неудобно.

Марина продолжала дуться, но интерес к разговору был потерян. А Игорь все заговаривал ее, как бабка-знахарка заговаривает больной зуб.

— Деньги я отдам, точно. Как только появятся. И за кофе тоже. Что-то его никак не приготовят. — Игорь завертел головой во все стороны, высматривая официанта.

— При чем здесь деньги, — вздохнула Марина. — Какой диплом мне теперь защищать?

— Да все в порядке, Марина! Не беспокойся, я все улажу.

— Как?! — Марина отлично понимала, что все это пустые обещания.

— Да ничего особенного. Я поговорю с Морозовым, все объясню. Ты же ни при чем.

— С Морозовым?! Он тебя не только уволит — он тебя съест! — Марина сказала это так громко, что жующие посетители повернулись в ее сторону. — Слушай, пойдем отсюда. Обойдешься без кофе. — Она взяла его плащ и поднялась.