Чтение онлайн

— Совсем охренел, Немой?

Блядь, и эта туда же! Мышь, а тоже дразнится!

Я зарычал и оскалился, чтобы хоть напугать дерзкую тварь.

Мышь абсолютно не испугалась. Она уселась на траву и огорчённо покачала ушастой головой.

— Немой, ты вообще ничего не помнишь? Ну, давай, вспоминай! Я — Мыш.

Мышь так и произнесла это слово — с большой буквы, как имя.

— А ты — князь Добрыня Немой. Князь нечисти.

Мне некогда было размышлять над тем, что плетёт наглая мышь. Я был слишком занят — пытался освободить хотя бы одну лапу. Когда это не получилось, я снова щёлкнул с досады зубами.

— Совсем плохо дело, — печально заключила мышь.

Потом она легла передо мной на траву и принялась думать. Я тоже лежал и думал.

Не знаю, о чём размышляла мышь. А я пытался придумать способ её схватить. Но так ничего и не придумал.

Наконец, мышь поднялась с травы. Почесала лапой в своём мышином затылке и сказала:

— Скоро рассветёт. Барджиль проснётся. Придётся пробовать последнее средство. Если и это не поможет — тогда я ни хера не знаю, что делать.

С этими словами она разбежалась и прыгнула прямо на меня.

Даже через шкуру, в которую меня завернули, я чувствовал, как эта гадина бегает по мне. Мышь сновала туда-сюда, а я только беспомощно бесился от злости.

Охереть! Вообще котов не уважают! Хотя, за кой хер меня уважать? Лежу тут связанный, словно копчёное мясо. Надо же было так по-идиотски попасться! Дурак ты, Немой, правильно Сытин всегда говорил!

Сытин?

Кто это?

Злость словно вышибала из ноздрей остатки противного сладкого дыма, возвращая голове давно забытую ясность.

В памяти немедленно всплыл невысокий человек с насмешливым и твёрдым взглядом и щетинистым подбородком. Он был обут в высокие кожаные ботфорты. На боку висела шпага.

Человек покачал головой и весело сказал:

— Дурак ты, Немой! Послушай Мыша.

Да с какого хера я должен слушать какую-то мышь, которая бегает по мне, как чокнутая?! Чего ей вообще от меня надо?!

Мышь спрыгнула в траву перед моим носом и торопливо сказала:

— Я подгрыз верёвки. Если перекинешься — они лопнут. Постарайся перекинуться, Немой! Очень тебя прошу!

С этими словами мышь укусила меня прямо в кончик носа!

А-а-а, блядь!!!

Как больно-то!

Я подпрыгнул от боли. В голове звонко щёлкнуло.

Остатки верёвок лопнули.

Я приземлился на четвереньки и заорал от боли, но тут же вскочил и сбросил с себя вонючую лошадиную шкуру.

Сквозь рассветный сумрак ко мне бежал высокий человек. Он растопырил длинные руки, словно собирался меня поймать.

Барджиль!

Ты охерел, что ли?!

Я увернулся от Барджиля, одним движением выхватил из-за спины меч и плашмя огрел его по голове. Шаман рухнул лицом в мокрую от росы траву.

Раздался испуганный крик. Неясная тень метнулась прочь от потухшего костра.

Но я в два прыжка догнал её и сбил с ног. Ухватил за шкирку и одной рукой потащил обратно к костру, в другой сжимая меч.

Нос невыносимо болел и распух.

Мыш, бля! Ну, какого хера так больно кусаться?!

Я подтащил Айсака к костру и швырнул на землю.

— Верёвка есть?

Айсак молча закивал. Говорить он не мог, зубы пацана громко стучали от страха.

— Доставай!

Он, не вставая, порылся в мешке. Достал свёрнутую верёвку и протянул мне.

Я снова схватил шаманёнка за шиворот. Подтащил к неподвижно лежащему Барджилю.

— Вяжи его! Руки ему вяжи и ноги!

Айсак принялся быстро связывать шамана.

— Сильнее затягивай! Изо всех сил!

Он молча пыхтел, трясясь всем телом.

Когда Айсак связал шамана, я отобрал у него остатки верёвки. Убрал меч. Заставил Айсака заложить руки за спину и хорошенько связал. Потом спутал верёвкой ноги. Помог опуститься на землю возле костра.

— Сиди здесь!

Снова вернулся к Барджилю и проверил, как Айсак его связал. Верёвка на ногах показалась мне слабоватой, и я её подтянул. Подумал, оторвал от плаща шамана лоскут и засунул ему в рот.

Хер их знает, этих заклинателей духов! Какие заклинания они используют?

Только после этого я позволил себе расслабиться. Ноги сразу задрожали, руки затряслись. Желудок трепыхнулся, подскочил к горлу, и меня вырвало горькой желчью.

Я опустился на траву рядом с дрожащим Айсаком и растерянно оглянулся.

— Мыш! Ты где? Я в порядке, не бойся!

Из-за сложенных в стороне сёдел выглянула озабоченная мордочка.

— Точно? Ты уверен, Немой? Знаешь, реальность не всегда такова, какой она кажется нам. Это же относится и к нашему психическому состоянию...

— Спасибо, Мыш! — перебил я философа. — Без тебя я бы пропал!

Мыш, наконец, выбрался из своей засады и подошёл ко мне.

Я подставил ему ладонь. Зверёк легко запрыгнул на неё.

— Спасибо, дружище! — повторил я.

А потом повернулся к Айсаку.

— Пожрать есть?

Вид у Айсака был несчастный.

Я жадно жевал копчёное мясо и внимательно следил за ним.

Кстати, мясо этот гадёныш утащил из наших с Чупавом мешков. Охереть, ну конечно! Ведь доблестные хазары никогда не берут с собой припасы.

А на хера, если можно их просто списдить?!

За несколько суток пребывания в теле кота организм, похоже, сожрал все свои скудные накопления. Я ел так, словно целый год вообще не видел никакой еды. Где-то на окраине сознания мелькнула мысль, что неплохо бы перекинуться обратно в кота и поохотиться на местную степную живность.

Не, ну а что? Ящериц здесь полно. Сейчас они как раз лениво выползали из щелей, чтобы погреться на осеннем солнышке.

Да ну, на хрен, Немой! Ты только-только в себя пришёл. Побудь хоть немного вменяемым, пусть и голодным человеком.

Я силой заставил себя убрать остатки мяса в мешок. Кто его знает, сколько дней нам ещё придётся путешествовать по этим степям?

Тщательно облизал жирные пальцы и вдоволь напился воды из перетянутого тонкой верёвкой кожаного мешка. У воды был затхлый кисловатый привкус.

— Как вы это пьёте, бля?! — поморщился я. — Неужели нельзя было набрать на стоянке свежей воды?

Айсак виновато опустил голову.

Я вздохнул и огляделся.

Вокруг, куда ни глянь, расстилалась голая, чуть всхолмленная степь. Жёлто-зелёная, заросшая побитой дождями высокой травой. Ни деревца, ни кустика.