Чтение онлайн

Трифон пошёл впереди меня, изредка останавливаясь и заговаривая то с одним, то с другим.

Женское лицо, туго перетянутое платком. В доверчивых голубых глазах — неподдельная боль. К пёстрому подолу испуганно жались двое босоногих ребятишек. Девочка зарылась лицом в юбку матери, мальчик поглядывал на меня смелым чёрным глазом.

За покатым плечом женщины маячил хмурый хазарин с редкой чёрной бородой.

— Как зовут? Откуда?

— Ольга. Из Серпова. Девочкой в плен попала.

— А это — муж твой?

Я кивнул на хазарина. Тот вызывающе выпятил длинную челюсть.

Ольга вздохнула и опустила глаза.

— Хозяин.

Я перевёл взгляд на хазарина. Смотрел, пока его лицо не вытянулось, и он не забормотал:

— Пусть едет! Мне-то что? А дети — мои! Не отпущу.

— Почему не женишься, если дети есть? — спросил я его.

— На рабыне? Зачем? — глаза хазарина вспыхнули злым огнём.

— Мама — не рабыня! — звонко сказал мальчик.

— Да я тебя!

Пацан даже не дрогнул.

Я перехватил отцовскую руку.

Рывок на себя, кисть на излом.

Не разучился, бля!

Хазарин завалился на землю, со стоном держась за сломанную руку.

— Ну, бля! — стонал он. — Погоди!

Попесди мне ещё!

— В Старгород поедете? — спросил я женщину. — Сына в дружину возьму, вы с дочкой тоже не пропадёте.

Женщина решительно кивнула.

— Поедем!

— Ну, и не хер тогда к этому возвращаться!

Я кивнул на хазарина, который, ругаясь себе под нос, баюкал сломанную руку.

— Пока в ханской юрте поживёте, а как всё будет готово — так и в путь.

Высокий хазарин, подпоясанный кривой саблей, шагнул ко мне.

— Немой-хан! Возьми на службу!

— С чего вдруг?

— Жена у меня из ваших мест. Хочет родню повидать. Я вас до княжества провожу — лишняя сабля не помешает!

Я обернулся к хану Оюзу.

Хан согласно кивнул.

— Хороший воин. Соглашайся, Немой-хан!

Я смерил хазарина взглядом. Он не отвёл глаз, смотрел спокойно.

— Как зовут?

— Ягуж.

— Лошади есть?

— Есть. У меня свой табун.

Хазарин чуть улыбнулся.

— Ну, идите, собирайтесь! После обеда выезжаем.

Хазарин решительно кивнул.

— Спасибо, Немой-хан!

Его жена радостно улыбнулась. Прижалась щекой к мужу, раскраснелась. Он взял её под руку и повёл с площади куда-то в узкие улицы.

Ну, другое же дело, бля!

Я пошёл дальше вдоль рядов, которые казались бесконечными.

— Как зовут? Откуда?

— Фёдор. Из Гороховца я. Конюхом служил у боярина.

Встрёпанная рыжая борода с изрядной проседью. Но взгляд пустой, грустный. И отвечает нехотя, словно ищет в моих словах подвох.

— Домой хочешь, Фёдор?

— А что мне там делать?

— Погоди. Ты же раб здесь?

— Ну, — Фёдор лениво кивнул.

— На свободу не хочешь?

— Да какая свобода? Опять у боярина работу искать? А здесь я при деле.

— А родину повидать?

— Родина? Нас где кормят — там и родина!

На площадь вышел невыспавшийся князь Всеволод. За ним лёгкой тенью скользила Серах.

— Здорово, Немой! — окликнул меня князь. — Сегодня ехать собираешься?

Хотелось бы, бля!

— Ну, так и не мучайся! Я ещё задержусь на неделю-другую, погощу у хана. Сперва здесь свадьбу сыграем, а потом — у нас! Заодно и посмотрю всех наших, не торопясь. Соберу их, как положено, и отправлю.

Правда, что ли?

— Спасибо, княже!

— Поезжай-поезжай, — добродушно кивнул Всеволод. — Тебя Глафира Фёдоровна заждалась уже. Только это, Немой! Как доберёшься — отправляй сюда бояр посерьёзнее. Будем посольство открывать. Одежду мне пришли парадную. Ну, и обычную. А то выдернули в одних портках! А хазарская одежда мне непривычна. И вина ещё хоть бочонок пусть притащат, ладно?

— Да о чём разговор, княже!

Я ещё потолкался по рядам, закупая еду в дорогу. Расплатился с мясником за копчёную конину.

И, наконец, почувствовал, что уже валюсь с ног. А мы ещё ни хрена не выехали.

В толчее ханских гостей я увидел умоляющую физиономию Айсака.

Бля! Я же обещал взять его в ученики!

— Оюз-хан, — осторожно сказал я за прощальным обедом. — Ты не очень расстроишься, если я заберу с собой одного из твоих младших сыновей? Парень почему-то вбил себе в голову, что только я смогу сделать из него настоящего шамана.

— Ты сможешь, — уверенно кивнул хан Оюз. — А кого именно ты забираешь?

— Айсака.

— Айсака? — хан выглядел удивлённым. — Не помню такого.

— В смысле? — теперь уже удивился я. — Вот он.

Хан внимательно всмотрелся в лицо Айсака.

— Похож, — закивал он и потрепал Айсака по щеке.

Потом повернулся ко мне.

— Ты же знаешь, Немой-хан, что у меня до хера детей. Устал думать, куда всех пристроить!

— Тогда, наверное, и участь младшего брата тебя не очень расстроит? — предположил я.

— Брата? — оживился хан. — Которого?

— Барджиля. Помнишь такого?

— Барджиля помню. А что с ним случилось?

— Он обрёл богатство и бессмертие. И теперь охраняет сокровища духа земли.

— Очень рад за брата, — заулыбался хан. — А то он всё время хотел занять моё место. Одно время я даже собирался казнить его, но пожалел.

Выехали мы, практически, на закате. Хан Оюз предлагал отложить выезд до утра, но я отказался. Во-первых, мне не хотелось плевать на совет Тенгри. Во-вторых, у меня были основания предполагать, что прощальный завтрак может плавно превратиться в прощальный ужин.

А я уже изрядно устал от хазар и их гостеприимства.

Хан Оюз снабдил нас лошадями — по две на каждого — и едой в дорогу. Как я ни отбивался, он всё же навязал мне два кожаных мешка, полных самого вонючего кумыса.

— Пей на здоровье, Немой-хан! — сказал он. — И вспоминай нас тёплыми словами!

Непременно, бля!

Князь Всеволод на прощание чуть не задушил меня в дружеских объятиях.

— Бояр там в кулаке держите с Мишкой! — напутствовал меня он. — Ключ от казны у меня в кабинете под ковриком.