Чтение онлайн

Колдунья впилась взглядом в отражение. Она всю жизнь безжалостно ломала сама себя, свою боль, свой страх… своего некроманта. Слишком долго, слишком мучительно, слишком бессмысленно.

— Я просто голодна, — смиренно и жалобно вздохнула тварь. — Мне нужно совсем немного… А чего хочешь ты?

— Залезть на дерево, съесть рыбку и ничего не ободрать, — сообщила Анна. — И не пытайся дергаться, падаль. Удавлю.

Тьма в ее руке подернулась сеткой трещин, как настоящее зеркало после удара, и рассыпалась в прах.

Встречать принцессу Виктора не позвали. Невелика птица следователь, хоть и родственник высокой гостьи.

Он ни капельки не огорчился. Торчать на продуваемом всеми ветрами перевале, мерзнуть, ждать, а потом медленно тащиться до города, ведя светские беседы — удовольствие ниже среднего. К тому же Виктор был уверен, что принцесса непременно сама придет в гости. Надо бы велеть юному наследнику Империи потщательнее прибраться и как-нибудь навести красоту в их скромном жилище. А сейчас лучше заняться работой, благо возможностей прибавилось.

Сложностей, впрочем, тоже.

В теории, филиал Имперского банка (как и любая другая гнездовская контора) должен выдавать информацию по официальному запросу стражи. На практике делиться коммерческой тайной никто не рвется. Начнутся согласования, «кормежка завтраками», просьбы подождать, дать время собрать нужные данные и еще тридцать три проблемы. Устраивать лихие рейды с обысками или еще как-то всерьез пакостить банкирам не выйдет — запретит собственное начальство. Нечего осложнять международные отношения. В итоге при должной настойчивости информацию ты получишь месяца через два. Или через три.

В экстренном случае, как сейчас, все должно быть быстрее, но цепочку «запрос — согласование с посольством — ответ на запрос» отменить все равно не выйдет. А это потеря пары дней как минимум.

Учитывая серьезность ситуации, Виктор рассчитывал на участие кавалергардов. Он хотел получить солидную бумагу с императорской печатью и требованием всеми силами содействовать предъявителю сего.

«Почти угадал», — мрачно подумал следователь, услышав обещание фон Рауха прислать сотрудника с необходимыми полномочиями.

На утреннем докладе шефу Виктор с оттенком усталой обреченности обещал имперского эмиссара не обижать, информацией поделиться вежливо и вообще не обострять ситуацию. Своего тоже не упустить, конечно же. В этой истории гнездовская стража должна быть в центре и в белом, а остальные — как получится.

Шеф покривился (он был бы рад гнать имперцев от расследования поганой метлой), но одобрил. Теперь-то куда деваться.

Сейчас следователь сидел в своем кабинете, ждал загадочного имперца с полномочиями и старательно заполнял очередную форму отчета. Политика, крупные корпорации и большие сложности — это очень интересно, но городовые ждут оплату сверхурочных.

«Война войной, обед по расписанию», как сказал бы Эрик.

Точно в назначенное время на пороге возник смутно знакомый молодой человек в черном мундире канцелярии Кавалергардского Корпуса.

Виктор встал ему навстречу.

— Добрый день, — гость протянул руку, — я Петр Румянцев, советник третьего ранга.

— Рад видеть, — Виктор ответил на рукопожатие. — Я вас помню.

Петр улыбнулся — счастливо и чуть смущенно. Как улыбался когда-то невероятно давно, в прошлой жизни Виктора.

— И я очень рад, — сказал Петр уже совсем неофициальным тоном. — Рад, что вы живы и в порядке, несмотря на всё… И что узнали меня. Я не надеялся, что вспомните, уж простите за откровенность.

Впервые Петр оказался в Бергене лет в десять, вместе с дядей. Пока взрослые танцевали и беседовали, дети развлекались под присмотром гувернанток. Виктор был бы рад удрать от компании шумной малышни (в тринадцать чувствуешь себя таким солидным!), но долг гостеприимства требовал проследить, чтобы всем было комфортно и интересно.

Петр явно не вписывался в общество сверстников. Он старательно делал вид, что так и надо, но Виктор даже тогда понимал — не от хорошей жизни мальчишка сидит в сторонке, вместо того чтобы веселиться с остальными.

Нельзя, чтобы кто-то грустил на скамейке, уткнувшись в книгу об истории архитектуры.

И где раздобыл-то такую скукотищу?

Виктора тогда гораздо больше интересовали доспехи и выездка лошадей, но воспитанный человек должен уметь поддержать любую беседу.

Он совершенно не помнил, что сказал одинокому гостю. Что-то дружелюбно-вежливое, как и пристало будущему барону фон Бергену. Кажется, потом они пошли смотреть на коллекцию оружия, собранную многими поколениями князей Бельских. И выяснилось, что стеснительный мальчик знает о мечах, копьях и самострелах кабы не больше самого Виктора. Правда, обращаться с ними не умеет совершенно, что очень странно для отпрыска не особо знатного, но все-таки старого рода. Пришлось показать пару приемов. А гость рассказал Виктору, как менялся ритуал приветствий за последние три века…

Еще недавно следователь Берген не захотел бы ворошить прошлое. Мрачно скривился бы про себя, убедительно изобразил равнодушие и перешел к делу.

Сейчас все было иначе. Виктор снова чувствовал себя живым (да, звучит пафосно, но зачем о таком говорить вслух?). Память — тоже жизнь.

Виктор сделал шаг назад и изобразил старомодный рыцарский салют — точно как в детстве.

Петр ответил ему таким же.

Солнце заливало бледным золотом крошечный кабинет следователя. За окном жизнерадостно орала во все горло очередная пичуга. Ветерок из форточки шуршал бумагами на столе. В Гнездовске настала настоящая весна.

— Хочу сразу отметить, — сказал Петр, — что в моем появлении нет никакой интриги и попытки втереться в доверие. Шеф просто отправил того, кто оказался под рукой. Плюс у меня есть опыт поиска денежного следа.

— Считайте, что все равно втерлись, — со смехом ответил Виктор. — Идем в банк?

— Конечно. Я не стал их предупреждать. Свалимся как снег на голову.

Через час Виктор и Петр сидели в роскошных креслах в гостиной для самых важных клиентов Имперского банка.

Незадолго до этого Виктор показал управляющему замызганную бумажку, извлеченную из кармана мертвого охранника бомбы на перевале.

Управляющий покивал, записал номер и пошел было в архив за информацией о счете, но Петр ему не позволил.

Да, мы идем с вами. Полномочия? Вам мало предъявленных? Дело Кавалергардского Корпуса. Да, господин следователь гнездовской стражи со мной. Согласно параграфу…

Дальше Виктор не слушал. Идеальная память Петра за годы не ухудшилась, а пользоваться ею он стал с гораздо большей элегантностью. Сейчас он в тонкий блин раскатал несчастного банковского управляющего цитатами из Уложений Гётской Империи.