Чтение онлайн

Я не получаю ответа. Вместо этого он поворачивается к Финну и произносит отрывистое "Фокс".

"Лоренцо". Спокойное самообладание Финна служит мне якорем. Если кто и должен быть напуган этой бомбардировкой со стороны Лучано, так это он. Я вижу, как глаза отца сужаются, когда он внимательно наблюдает за происходящим. Я испытываю неожиданное чувство гордости, видя, что Финн так уверенно держится на ногах. Не то чтобы я была удивлена.

Две руки опускаются мне на плечи сзади. "Сестренка, посмотри, какая ты уже взрослая".

Я с усмешкой поворачиваюсь к Джанни. " Ты что, репетировал эту фразу, что ли?"

"Евфимия, язык", — ругает меня мама. От того, что со мной обращаются как с ребенком, у меня поднимается тревога.

"Пожалуйста, извините нас, пока мы найдем свои места". Распаренная ладонь Финна находит небольшую часть моей спины, и он притягивает меня к себе.

"Ты за нашим столом, сынок", — говорит мой отец, и у Финна отвисает челюсть. Я вспоминаю, как отец в последний раз называл его сыном, и в его глазах появляется та же убийственная энергия, что и тогда.

Господи, это будет кровавая баня.

1. Love Is a Bitch — Two Feet |

Финн

Удивительно, но мне удается продержаться до конца ужина, не вонзив вилку в руку ни одного из братьев Лучано. Я твердо решил сдержать свое жгучее желание перерезать им глотки, хотя бы для того, чтобы не ухудшить положение Эффи. Хотя я начинаю думать, что она будет мне благодарна, если я это сделаю. Похоже, она чувствует себя более неуютно в кругу своей собственной семьи, чем моей, а это о многом говорит, учитывая, что у нее был приступ паники из-за гребаных чашек.

Я ничего не могу поделать с рукой, которая постоянно лежит на ее ноге, отстукивая успокаивающий ритм, чтобы напомнить ей, что я здесь и никуда не уйду.

За исключением, может быть, желания отлить, потому что я провел с ней весь ужин, и это становится неотложным делом. Когда последний оратор заканчивает выступление, он приглашает гостей на танцпол, и ее отец приглашает Эффи на танец. Я крепче сжал ее бедро, но она ободряюще похлопала меня по руке и встала.

Я думаю, что это мой шанс. Я выхожу из-за стола и направляюсь в туалет. Оживленные разговоры вечера и музыка заполняют комнату, и выход в коридор — это разрядка для чувств. Здесь гораздо тише, а значит, я сразу же узнаю, что дверь в бальный зал снова открывается.

Я поворачиваюсь как можно непринужденнее, не выпуская из кармана ножа. Конечно, это может быть любой из гостей, невинно идущих за мной. Но я видел слишком много дерьма, чтобы верить в совпадения, а кто-то, вошедший в тихий пустой коридор одновременно со мной, таковым не является.

"Губернатор", — шагаю я к нему. Я вижу, как он слегка вздрагивает, но быстро пытается прийти в себя.

"Тебе это не сойдет с рук, Фокс. Я найду его".

"Кого именно?" В моем тоне нет ничего, кроме сухости, даже притворного сочувствия.

"Просто скажи мне, он мертв или жив?" — приказывает он, как будто у него есть какое-то гребаное право предъявлять мне требования.

"Если вы теряете слух, я повторю еще раз: Я не знаю, о чем вы говорите. А теперь я предлагаю вам выйти за дверь и наслаждаться ночью". Я резко киваю ему и ухожу.

"Ты даже не представляешь, кого ты нажил себе во враги, парень". Его голос дрожит от гнева.

Я медленно поворачиваюсь, поправляя лацканы. "Чего вы надеялись добиться этой маленькой засадой в коридоре? Запугать меня, угрожать мне? Ведь вы, очевидно, знаете, кто я такой, и это, — я махнул скучающей рукой, — не сработает".

"Я не остановлюсь, пока не найду его". Он сияет, и я встречаю его взгляд глаза в глаза.

"Надеюсь, вы найдете того, кого ищете. Добрый вечер, губернатор".

Когда я возвращаюсь, мне не требуется много времени, чтобы вычленить Эффи из толпы — она просто сногсшибательна в этом своем изумрудном платье. Я пробираюсь через танцпол к ней и ее отцу. Кажется, они о чем-то напряженно беседуют, ее лоб нахмурен, а глаза опущены. Мне требуется максимум самообладания, чтобы не броситься к ней, не выхватить ее у него, не перекинуть через плечо и не унести далеко-далеко, туда, где мы сможем побыть одни.

Они не замечают моего приближения, и я слышу конец их разговора. "Мне не нужны оправдания. Мне нужны результаты".

"Это занимает больше времени, чем я думала, но я стараюсь, папа".

От их тихих и подозрительных тонов у меня сводит живот. Я говорю себе, что не надо анализировать ее слова, вырванные из контекста. Я доверяю Эффи, напоминаю я себе. Прежде чем я успеваю задаться вопросом, какие доказательства она мне предоставила, чтобы я ей доверял, она замечает меня и машет рукой, на ее лице написано облегчение.

Меня мгновенно согревает улыбка на ее губах, а морщины на лбу исчезают при виде меня.

"Я бы хотел украсть свою жену для танца".

"Конечно". Он осматривает меня, как бы ища признаки напряжения, которые подскажут ему, слышал я их разговор или нет.

Эффи берет меня за руку, и я притягиваю ее к себе. Мне нравится, как она вздыхает, когда оказывается в моих объятиях. "Я думала, ты не танцуешь?"

"Я никогда этого не говорил".

Она сужает на меня глаза, и моя грудь расширяется от одного только ее взгляда, а галстук-бабочка вдруг начинает душить. "У тебя был приступ, когда я в последний раз пыталась заставить тебя танцевать".

"Теперь я танцую". Чтобы доказать свою правоту и то, что мои уроки со Стеллой принесли свои плоды, я раскачиваю Эффи, а затем возвращаю ее обратно, обхватываю руками и опускаюсь ниже. Это плавно и грациозно, и немного ближе к мужчине, которого она заслуживает.

Но когда я поднимаю ее обратно, я сжимаю ее пухлую попку, и она задыхается от возбуждения и боли. Она пытается скрыть это вопросом. "Что изменилось?"

"Ты". Я целую ее румяные щеки и шепчу ей на ухо: "Скажи мне, принцесса. Ты покраснела от танца или от того, что я только что напомнил тебе, кто владеет этой идеальной попкой?"

Она жеманно улыбается и смотрит на меня сквозь ресницы, приподняв одну бровь, как бы говоря: не хочешь ли ты знать. Тогда я снова хватаю ее за задницу, и она краснеет еще ярче и зарывается лицом в мою грудь, давая мне весь необходимый ответ.

Я смеюсь ей в волосы, и она вырывается, только когда ее пылающие щеки остывают. "Я еще не видела губернатора, может, он еще не пришел?" В ее голосе звучит волнение, от которого мне хочется солгать, лишь бы она улыбалась. Честность и преданность.