Чтение онлайн

Отказываясь смотреть им в глаза, меняю учебник истории на биологию.

— Трейси, — пытаюсь прогнать горечь из горла, но безуспешно. — Стейси.

Практически ощущаю, как они сверлят меня взглядом, и готовлюсь к оскорблениям.

Но, к удивлению, этого не происходит.

— Что ты делаешь сегодня вечером? — вместо этого спрашивает Трейси.

Это вопрос с подвохом. Я чертовски хорошо знаю, что как только скажу, что либо учусь, либо работаю, они тут же отпустят какую-нибудь тупую колкость о том, что я ботаничка, у которой нет друзей.

Суки.

Выбираю наиболее безопасный вариант: — Работаю.

— Ну, как думаешь, ты сможешь взять выходной? — вмешивается Стейси.

Это… странно.

Любопытствуя, наклоняю голову, чтобы взглянуть на них: — Зачем?

Трейси перекидывает свои длинные светлые волосы через плечо. Через несколько секунд то же самое делает и Стейси.

Несмотря на то, что они не родственники, они почему-то выглядят как клоны друг друга. Идеальные шелковистые светлые волосы, ярко-голубые глаза, ноги длиной в милю, и, конечно, грудь нулевого размера.

Не то чтобы в нулевке было что-то плохое…

Если только ты не дрянь, как эти две, которой нравится заставлять других чувствовать себя неполноценными.

Но зависть все равно пронзает меня, потому что я хотела бы быть такой же красивой и худой как они.

Хоть и предпочитаю иметь свою внешность и не вести себя подобно им.

И все же совру, если скажу, что в глубине души не мечтаю быть популярной и вписываться в общество.

Иногда одиноко быть изгоем.

— Мы хотим потусоваться.

Пытаюсь не уронить стопку книг. И растерянно моргаю, не веря своим глазам.

— Со мной?

Стейси смеется: — Да, глупышка.

— Почему?

Вполне закономерный вопрос, учитывая, что они занимают гораздо более высокое положение в пищевой цепочке. Не говоря уже о тех подколах, которые обе бросали в мою сторону на протяжении многих лет.

— Ну, — начинает Трейси, — выпускной год подходит к концу, и мы поняли, что были не очень добры к тебе.

Стейси кивает в знак согласия: — Мы не хотим, чтобы испорченная карма была на нашей совести, поэтому надеемся загладить вину.

Да, этот разговор только что превратился из странного в чертовски странный.

С каких это пор у Трейси и Стейси есть совесть и им не плевать на карму?

С другой стороны, кто я такая, черт возьми, чтобы осуждать их за то, что они пытаются стать лучше?

— Все в порядке, — захлопываю шкафчик. — Между нами все в порядке.

Стейси достает из сумочки пудреницу.

— Значит ли это, что ты придешь потусить после школы?

— Не могу, — бормочу в ответ. — Мне нужно работать.

Уже собираюсь уйти, но тут Трейси говорит: — Ну, если ты не можешь сегодня, тогда что ты делаешь в эти выходные?

— На озере Devil’s Bluff будет вечеринка с костром, — добавляет Стейси.

Я много слышала о вечеринках на Devil’s Bluff, но меня никогда на них не приглашали.

Хочу отказаться, но тут Трейси произносит: — Ну же, Аспен. Не будь такой неудачницей. Пойдем с нами.

Стейси ухмыляется: — Мы даже можем заранее сделать тебе прическу и макияж.

Трейси жует нижнюю губу, словно размышляя о чем-то.

— Может, ты скажешь Ноксу, и он тоже придет?

Вот оно. Они милы со мной не потому, что хотят загладить свою вину. Они милы, потому что надеются, что это сблизит их с Ноксом.

Что странно, ведь все в Блэк-Маунтин его боятся.

Хотя я не раз заставала Трейси и Стейси за разговорами о том, какой он сексуальный, когда они прихорашивались в туалете. Мерзость.

Нокс скорее проглотит гвозди, чем пойдет на эту вечеринку. Может, он мудак и убийца, но я уважаю его презрение к здешней дерьмовой социальной иерархии.

Качаю головой: — Извините…

— Там будет Кен Ракман, — щебечет Стейси.

Трейси ухмыляется: — Говорят, он очень хочет, чтобы ты пришла.

Если бы это было так, он бы сам меня пригласил.

Не то чтобы это имело значение, потому что моя влюбленность в Кена — древняя история, и у меня есть парень.

Ну, не парень, потому что он определенно не мальчик.

Не говоря уже о том, что он… женат.

Может, поэтому я и соглашаюсь.

Не из-за Кена…

А потому, что было бы здорово хоть раз вписаться в коллектив, вести себя как восемнадцатилетняя девушка и хоть на одну ночь ощутить нормальность жизни.

— Джинджер, ты нужна мне на сцене через пять минут, — говорит Фредди с порога.

Серьезно? Я ушла оттуда двадцать минут назад.

Уперев руку в бедро, поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него: — Опять?

Как бы я ни ненавидела выступать на сцене, сегодня мне нужно заработать немного денег. И единственный способ сделать это — получить заказы на приватные танцы.

Фредди вздыхает: — Вайолет взяла выходной, а Кэнди так и не вышла на смену, так что у нас не хватает денег.

Странно.

Я смотрю на Хизер, или лучше сказать, Бэмби: — Не могу поверить, что Кэнди не пришла.

Видит Бог, я терпеть ее не могу, но прогулы не в ее стиле. Черт, уверена, что она проводит здесь больше времени, чем дома.

Бэмби пренебрежительно машет рукой: — Наверное, она проспала, — взяв тюбик туши для ресниц, она закатывает глаза, — или слишком занята, трахаясь с очередным парнем, и потеряла счет времени.

Это определенно похоже на нее.

Повторно нанеся блеск на губы, надеваю черно-зеленую маскарадную маску.

— Да, наверное, ты права.

Однако, выходя из гримерки, не могу избавиться от странного чувства, пробирающегося по спине.

А что, если это не так?

Нанеся подводку, делаю шаг назад и рассматриваю себя в зеркале.

Я никогда не наношу столько макияжа — разве что на работу. Провожу рукой по обтягивающему черному корсету, который надела в паре с еще более узкими джинсами. Определенно никогда так не одеваюсь.