Чтение онлайн

Дверь открывается, и в комнату заглядывает мама.

— Ужин будет готов через десять минут.

— Мне нужно закончить кучу домашек. Оставь тарелку.

Или нет. В любом случае, мне все равно.

Она хмурится: — Трент хочет, чтобы мы ужинали все вместе как семья. Ты же знаешь.

Во мне вспыхивает раздражение. Не собираюсь играть роль любящей падчерицы.

— Скажи Тренту, что он может идти нахер.

Она закрывает глаза: — Аспен.

Не знаю, что заставляет меня сдаться. Может быть, то, как тоскливо она произносит мое имя, или то, как нервно прикусывает нижнюю губу.

— Что происходит, мама?

Ее зеленые глаза расширяются: — Ничего. Почему ты об этом спрашиваешь?

— Не знаю, — огрызаюсь, закрывая учебник. — Может, потому что ты вдруг стала вести себя как какая-нибудь степфордская жена.

И тебе как будто действительно есть дело до того, чтобы быть хорошей матерью.

Оглядывает пустой коридор, словно боится, что кто-то может подслушивать.

— Мам…

Она нажимает кнопку на пылесосе, и резкий гул прерывает меня.

Прежде чем успеваю продолжить расспрос, мама подходит к кровати.

— У родителей покойной жены Трента было много денег. Денег, которые Трент и его сын унаследовали после ее смерти, — она обхватывает руками мое лицо. — Эти деньги могут обеспечить нас на всю жизнь, детка. Нам просто нужно…

Отстраняюсь: — Я ни черта не сделаю.

Боже, меня от нее тошнит.

Честно говоря, я должна была догадаться. С ней всегда одно и то же. Использует мужчин ради денег.

— Не смотри на меня так, — шипит она. — Ты же знаешь, как мне было тяжело после смерти твоего отца.

Да, настолько тяжело, что у меня не было другого выбора, кроме как стать стриптизершей.

Но это все равно гораздо благороднее того, что делает она.

— Аспен…

Качаю головой: — Нет.

Я абсолютно не заинтересована в сговоре с ней, словно мы Тельма и Луиза. Она сама по себе.

— Пожалуйста, — умоляет мама, и ее нижняя губа дрожит. — Сделай это для меня.

Так и вертится на языке спросить, что она когда-либо делала для меня.

Однако чувство вины терзает грудь. Потому что, нравится мне это или нет, эта женщина по-прежнему остается моей матерью.

Сжимаю руки в кулаки, ненавидя то положение, в которое она меня ставит.

— Ладно, — уступаю, — я спущусь вниз поужинать. Но на этом все. Не хочу принимать никакого участия в том, что ты пытаешься провернуть.

— Спасибо, — говорит она, подходя к пылесосу, чтобы выключить. — Я приготовила любимые блюда Трента — мясной рулет и картофельное пюре.

Конечно, приготовила.

— Как прошли выходные? — спрашивает Трент, когда все усаживаются за обеденным столом.

Мы с Ноксом молчим.

— Я вступила в новый комитет по сбору средств, — щебечет мама, и спустя минуту добавляет: — Мы думали устроить здесь вечеринку в следующем месяце… — она замолкает, когда муж сердито смотрит на нее. — Но думаю, я всегда могу спросить Джанин, не согласится ли она провести ее в своем доме.

— Все в порядке, — говорит Трент. — Проводи вечеринку здесь.

Лицо мамы озаряется: — Правда?

Откусывая мясной рулет, он кивает: — Да. Самое время устроить здесь какой-нибудь праздник.

Неловко ерзаю, когда чувствую, что его внимание переключается на меня.

— Как прошли твои выходные, Аспен? Было что-нибудь веселое?

Разделась за деньги и покрутилась вокруг шеста.

Устроила несколько приватных танцев для стариков.

О, и трахнула твоего сорокавосьмилетнего брата на заднем сиденье его машины, припаркованной за продуктовым магазином.

Это было довольно весело.

— Не совсем, — мну вилкой еду в тарелке, — занималась с Вайолет.

— Понятно.

Не знаю, как расценивать его тон, но у меня нет времени на размышления, потому что Нокс отодвигает стул и выходит из-за стола.

— Ужин еще не закончился, молодой человек, — рявкает Трент.

Нокс подходит к раковине: — Я сказал Шэдоу, что отвезу ее на работу.

— Тебе не кажется, что следовало сначала обсудить это со мной?

Боже.

Хотя я не могу винить Трента за то, что он держит Нокса на коротком поводке.

Он убил собственную мать.

Нокс замирает, мышцы его рук напрягаются, когда он хватается за край раковины.

— Я не думал, что это имеет большое значение.

— Ну, ты ошибся, — Трент вытирает салфеткой рот. — Ты знаешь, как важно твое присутствие на семейном ужине.

Нокс оборачивается: — Этого больше не повторится, — кажется, что он глотает гвозди, прежде чем произносит: — Сэр.

— Убедись, что не повторится, — Трент пренебрежительно машет рукой, — можешь быть свободным.

Нокс начинает уходить, но тут его отец рычит: — Поблагодари свою маму за прекрасный ужин, который она приготовила.

Он стоит спиной, поэтому я не вижу его лица. Однако замечаю, как его руки сжимаются в кулаки… как будто ему требуется вся выдержка, чтобы не сорваться нахрен.

— Спасибо за ужин, — бормочет Нокс себе под нос, прежде чем уйти.

Мгновение спустя входная дверь открывается, а затем с грохотом захлопывается.

Остаток ужина мы проводим в тишине.

Загружаю тарелки в посудомоечную машину, когда Трент подходит ко мне.

— Я тебе не нравлюсь, — замечает он, облокачиваясь на мраморную столешницу.

Неловко.

Однако говорю ему правду: — Я недостаточно знаю о тебе, чтобы составить мнение.

Ладно, это ложь.

Мне не нравится, что он женился на моей матери.

Или то, что он настаивает на том, чтобы завтракали и ужинали все вместе, как будто мы одна большая счастливая семья, хотя это очень далеко от истины.