Ненависть
Шрифт:
Края пакетика были помятыми и местами потертыми, словно его носили в кармане с доисторических времен. Боже! Девушка в отчаянии сравнивала себя с мусорным ведром, в которое можно бросить все что угодно.
Гынён огляделась в поисках места, где можно было бы оставить пакетик, но ничего не нашла. Пришлось сунуть его обратно в карман.
За всю дорогу Худжун не произнес ни слова.
Абсолютная тишина и мрачная атмосфера царили в машине. Наконец, когда они приехали на место, к девушке подошел продюсер.
– Пока у нас нет отснятого материала, кроме той сцены с машиной.
Девушка вспомнила, как она не справилась с управлением фургона. Они все же сохранили отснятый материал. Та сцена станет катастрофой, ее возненавидят еще больше до того, как выйдет сама программа. Она судорожно представляла себе поток негативных комментариев от разъяренных поклонников.
– Тогда получается, что крики Худжуна тоже есть на записи…
Действительно. Он кричал на нее, чтобы она замолчала. Гынён многозначительно подняла палец вверх.
– Простите, не думаю, что это хорошая идея.
Интересно, кто-нибудь видел такого Худжуна когда-либо… Аварию лучше не показывать, крики Худжуна стали бы для всех неожиданностью.
– Нехорошо, если мы с самого начала покажем такую резкую реакцию Худжуна.
Продюсер прав. Проблема в том, что авария на парковке станет для Гынён билетом в один конец. Поклонники Худжуна разорвут ее на части.
– Мы работаем над тем, чтобы показать тебя как менеджера. Так будет веселее. Тем более так ты сможешь быть с ним и на работе, и в повседневной жизни. Все вокруг знают, что он не самый простой человек, поэтому всем будет интересно, что же произойдет дальше.
– Но ведь меня сожрут и косточек не оставят!
На лице девушки отразилось негодование, и она демонстративно скрестила руки.
– Ничего страшного не случится, я уверен. Вскоре все об этом забудут, – сказал продюсер, улыбаясь.
Интересно, сколько раз он говорил это другим людям.
– Хорошо. Но монтаж будет сделан по-моему, – предупредила она.
Он лишь безучастно кивнул.
– Договорились, мы все отредактируем.
Продюсер ухмыльнулся и удалился в направлении съемочной группы. Значит, монтаж. Лучше, чем ничего.
Если подумать, то Гынён не жаловали с самого начала. Просто пережить это не получится, особенно если ты уже на самом дне. Будь что будет.
Закончив приготовления, Худжун предстал перед камерой.
– Восхитительный и освежающий напиток. Встаньте напротив вашей партнерши и залпом выпейте его. И не забывайте мило улыбаться. Хорошо?
Пока режиссер рекламного ролика давал последние указания, Худжун сделал несколько глубоких вздохов, словно нервничал, а затем ослепительно улыбнулся.
Съемки не заканчивались даже после того, как Худжун и актриса выпили полкоробки. То режиссёру не нравилась игра Худжуна, то его партнерши, поэтому они снимали снова и снова. Звуки шипящего напитка не затихали.
– Давайте-ка еще раз! – снова закричал режиссёр, который с раздражением наблюдал за съемками.
Затем один из сотрудников подошел к Гынён.
– Принесите две коробки с напитками. Они стоят у входа.
Девушка не сразу сообразила, чего от нее хотят, поэтому начала в растерянности оглядываться.
– У входа. Ну же, поторопитесь.
Ему только оставалось добавить: «Как менеджер Худжуна может просто стоять столбом в самый разгар съемок?» Но он просто развернулся и убежал. Неужели ему не жаль миниатюрные ручки Гынён? Девушка разозлилась и еще раз взглянула в сторону выхода.
Худжун, равнодушно наблюдавший за этой сценой, отвернулся, когда их с Гынён взгляды пересеклись. Он всем видом показывал, что даже и не подумает помогать.
Гынён вздохнула и огляделась. Попросить было некого.
Тогда девушка неохотно вышла со съемочной площадки и нашла рядом с лестницей около пяти ящиков с напитками для съёмки.
Гынён с трудом подняла две коробки, и вдруг в ее голове возникла гениальная идея: сделать этот прекрасный освежающий напиток еще лучше. Ей хотелось отплатить сполна за все, чего она натерпелась. Девушка поставила коробки и огляделась.
В голове была куча вариантов. Может, добавить порошок чили? Или просто плюнуть? Как только она это представила, самой стало противно.
Мозг кричал о том, что действовать нужно быстро. У нее были считаные секунды. Гынён с серьезным выражением лица сунула руку в карман и, нащупав пакетик, вытащила его. Тот самый пакетик с витамином С, который Хигон дал ей. Она тут же почувствовала внутреннее ликование. Лучшего поворота событий нельзя было представить.
Гынён еще раз осмотрелась и быстро открыла крышку одной бутылки. На секунду у нее закрались сомнения, высыпать все туда или разделить на несколько порций. Нужно было все хорошенько обдумать.
Немного поразмыслив, Гынён кивнула сама себе и высыпала пакетик в бутылку. Из-за этикетки ей не удалось понять, поменял ли напиток цвет. Ну и если уж на то пошло, то в составе и так был указан витамин С.
Девушка поспешила закрыть крышку и встряхнуть напиток. Она трясла изо всех сил, чтобы порошок хорошенько размешался. Затем один из сотрудников выглянул из-за двери и позвал Гынён.
– Поторопитесь! – крикнул он ей.
– Иду! – ответила она с улыбкой на лице.
Затем, не понимая, откуда у нее столько силы, схватила разом три ящика и побежала на съемочную площадку.
Худжун и его партнерша по съемкам уже ждали ее. Точно, Гынён забыла про актрису. Главное – не перепутать бутылки.
Она поставила коробки с напитками и, достав ту самую бутылку, передала ее Худжуну, при этом удивляясь своей храбрости.
– Прошу прощения, что так долго.
Она не обязана была этого говорить, но ей правда было жаль. Худжун сделал глоток, даже не взглянув на Гынён.
Девушка обернулась, когда режиссер уже приближался к ним.
– Давайте, пейте!
Одновременно с криками режиссера Гынён зажмурилась в предвкушении.