Чтение онлайн

— Это они, — прошипела та, стиснув зубы, что на висках проступили вены.

— Гадкие имперцы, — пробормотал Бьёрн, прищуриваясь. — Все в капюшонах, и с шарфами.

Действительно, все имперцы были закутаны так, что невозможно было разглядеть их лица. Каждая фигура в отряде была практически неотличима от другой.

— Не пойму, кто из них тот ублюдок… — растерянно произнесла Ингрид. — Все выглядят одинаково.

— Ты единственная из нас, кто его видел, — напомнила Фрейя. — Если не можешь опознать, значит, придётся ждать, пока они не окажутся ближе.

— Может, его там нет? — предположил Улав.

— Нет. Должен быть, — уверенно возразила Ингрид. — Информатор сказал, что его точно отправят на задание.

Группа имперских солдат тем временем остановилась в сотне шагов от ворот. Среди них началась неразбериха, обсуждение. Все активно жестикулировали, о чём-то споря.

— Что они делают? — нахмурился Улав.

Внезапно строй развернулся и направился обратно к лагерю.

— Они возвращаются? — с недоумением произнёс уже Бьёрн.

— Проклятие! — выругалась Ингрид. — Что за чёрт?!

— Может, что-то забыли? — предположил Улав. — Или передумали…

— Нет, — покачала головой Фрейя, щуря глаза. — Что-то не так. Задание важное. Нельзя просто взять и передумать. Здесь что-то другое.

— Считаю, нужно действовать сейчас! — вскинулся Улав на локти. — Догоним их, пока не вернулись за частокол! Схватим пацана и свалим!

Ингрид тоже приподнялась. Горячая голова, пылающее ненавистью сердце. Она была готова броситься вниз с холма, но Бьёрн удержал её за плечо.

— Стой, Ингрид, дочь Хальвдана. Решила умереть? Или опозорить своего отца?

— Бьёрн прав, — поддержала Фрейя. — Нападать на отряд в открытую, рядом с их лагерем — безумие. Особенно на пустоши, где нас заметят за версту.

— Но они уходят! — прошипела Ингрид. — Ты не понимаешь, Фрейя! Тот контурщик! Он способен наворотить столько дел, если его не остановить!

— Я понимаю больше, чем ты думаешь, девочка, — ответила та холодно. — Но не стоит недооценивать имперцев. Не сегодня, так завтра они выйдут на задание. Лучше встретить их на подготовленной засаде, чем совать руку в пасть медведя.

Ингрид хотела возразить, но Бьёрн покачал своей могучей бородатой головой:

— Фрейя мудра, — сказал он. — Мы подождём. Возможно, они изменили план. Или что-то пошло не так. В любом случае, рано или поздно они покинут лагерь. Вместе с тем проклятым мальцом.

Ингрид медленно опустилась обратно в снежную яму, наблюдая, как последние имперцы скрываются за воротами. Разочарование, злость. Досада. Всё было в ней.

— А если не выйдут? — спросила она после долгого молчания.

— Тогда свяжемся с информатором, — ответила Фрейя.

— Так и поступим, — кивнул Бьёрн.

Улав только хмыкнул, но спорить не стал. Просто отрезал ещё один ломоть рыбы и принялся жевать. Вкуснотища. И чего все такие напряжённые?

Ингрид же стиснула зубы, продолжая испепелять лагерь взглядом. Предложи ей сейчас отдать половину своей крови духам, лишь бы увидеть голову контурщика, насаженную на копьё, так отдала бы. Не задумываясь.

— Клянусь духами предков, — сорвался с её уст шёпот, — я найду тебя, щенок. И когда найду, ты пожалеешь, что не сгорел в утробе матери.

Фрейя переглянулась с Бьёрном. Оба понимали — Ингрид в таком состоянии опасна. Но именно эта жажда мести сделала её мастером. Через кровь, гнев и боль.

— Ждём до заката, — объявила Фрейя.

Остальные молча кивнули. И снова застыли, сливаясь с пейзажем.

Конец интерлюдии

Два часа назад…

Стоило выйти за пределы частокола, как снежная буря окутала с ног до головы. Пришлось пригнуться и идти под углом, уменьшив сопротивление. Я третий в нашей маленькой очереди, покидающей лагерь через восточную калитку.

Буря, конечно, бушевала знатно! Только и ждала нашего выхода, зараза. Уже через несколько шагов сложно было различать очертания лагеря за спиной.

Снег хрустел под сапогами, ветер выл, трепля плащ с капюшоном, но холод не беспокоил. По крайней мере меня. С прокачкой духовного ядра, удаётся использовать всё новые техники. Одна из них «Теплокровие», позволявшая поддерживать комфортную температуру тела даже в самый лютый мороз. Куда больше волновала видимость — в такой метели едва различаешь собственные вытянутые руки. Но тут не стал мудрить и активировал уже эфирную технику «Компас». Простая, как и само название, но благодаря ей чувствуешь эфирные потоки именно с северной стороны, что позволяет отлично ориентироваться в сложнейших погодных условиях и не терять направление. В академии эту технику тоже изучали, но как-то особо времени не уделяли, что считаю упущением. Штука-то полезная!

Перед глазами возник «Раздвоенный камень». Дошёл-таки. Огромный такой валун, расколотый надвое, что исполинскими размерами создавал укрытие от ветра. У расщелины между половин уже ждали две фигуры в белых плащах.

— Волков, а ты быстро, — коротко кивнул брат Галины Алексей.

— Ты тоже тут, — стряхиваю снег с плеч. — Думал, заблудишься ненароком.

Тот хмыкнул. Заценил выпад? Хотя, это так, баловство.

Иван, которого все называли Коняра, посмотрел мне за спину и пробормотал:

— Галина скоро будет?

— Она должна идти последней, после Анисимова, — ответил Куваев. — Оба будут тут с минуты на минуту.

Тот кивнул, вглядываясь в белую пелену. Странно, чего он так переживает за нашего Терминатора?

Ветер воет, бросает снег в лица. Стоим молча, ждём. И не о чем поговорить. Все трое не особо ладим друг с другом, что в принципе нормально. Дискомфорта никто не испытывает. По крайней мере я так точно.

Из снежной мглы проявилась фигура. По походке сразу узнаю Анисимова.

— Вот это погодка, — проворчал Василий, снимая рюкзак.

— То ли ещё будет, — хмыкнул Алексей. — По прогнозам нас ожидает неделя бурь.

— Ясненько.

И четверо мы снова замолчали. Да, компашка у нас не особо разговорчивая. Василий жевал что-то, дабы перебить потребность в сигарете. Алексей крутил в руке армейский нож, туда-сюда. Коняра вглядывался вдаль. Неуж-то влюблён в нашу Галинку? Сам я просто стою, ничего не делая. В рюкзаке полный порядок. Одежда затянута, снег никуда не залетает, сапоги не засыпает. Одет не жарко, дабы не вспотеть. В общем, готов к маршу на долгие часы.