Чтение онлайн

Рядом с ней стояла омоложенная двадцатилетняя Марьяна, слёзы, что она проливала на плече юного Александра, разрываясь в благодарностях и вечной верности, уже высохли, но осознание реальности всё ещё не приходило. Она взглянула на свою госпожу. Это чудо! Самое невероятное из чудес! Никакой контур, никакая боевая техника не сравнятся с тем, что провернул Александр!

— Госпожа? — тихо позвала камеристка. — Вы в порядке?

Вера прикрыла глаза, очень глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться.

— В порядке, милая, — И улыбнулась. Молодо. Хищно. Как княгиня Северова, когда входила в тронный зал. — Марьяна, завтра созови совет. Мы соберём всех, кто хранил верность. Кто ждал. И наконец вернёмся домой.

— Слушаюсь, госпожа…

Столовая британской резиденции вспыхнула золотом.

Семеро человек шагнули из света. Александр первым, за ним — остальные.

— Хм, который там уже час? — спросил юноша, зевая.

— Полночь, Мой Король, — ответил Магнус.

— Пора ехать домой, уже поздно. — и взглянул на Лорда. — Магнус, ты забыл про маскировку.

— Прошу простить, — тот кивнул. Эфир мерцнул вокруг его лица, и черты поплыли. Тёмные волосы побелели. Проседь на висках расползлась, поглотив остатки цвета. Кожа осунулась, прорезались морщины. Пятидесятилетний воин в расцвете исчез, на его месте теперь вновь знакомый всем старик. Седобородый, сухой, суровый.

— Ого, впечатляет, — заметила Фрея.

— Благодарю, госпожа, — ответил тот, обратившись к ней как и подобает к женщине своего господина.

Изабелла стянула с себя шаль — Вера Николаевна укутала её перед уходом, дескать замёрзнешь, дитя, ночи ещё холодные.

— Я еду с вами, — объявила она серьёзным тоном.

— Кнопка, тебе вообще-то необязательно. Мы пока дотрясёмся в каретах обратно, полчаса минимум уйдёт, так что подумай дважды, — зевнул Санёк, застёгивая сюртук на верхнюю пуговицу, явно готовясь выходить на улицу для поездки обратно.

— Мой Король, — она подняла подбородок. — Я только что была на ужине у твоей бабушки. Получила её одобрение. Я теперь часть семьи. А семья ночует вместе.

Ингрид хмыкнула.

Фрея шепнула:

— А она быстро учится.

Корнелия ничего не сказала. Она так-то не против, в её особняке места хватит всем.

— Ладно, вместе так вместе, — махнул Сашка и, сунув руки в карманы брюк, пошёл на выход. Остальные гурьбой поспешили следом.

И вот, две кареты выехали из ворот британской резиденции в сторону Мойки.

Петербург дремал. Фонари на набережной уже потухли. Экипажей, как и прохожих практически не встречалось. Город засыпал.

Кареты пересекли мост, свернули на Невский, затем в боковые улицы. Через двадцать минут показались кованые ворота особняка Романовых-Распутиных. А за ними виднелась скамья.

Долгоруков ВСЁ ЕЩЁ ЖДАЛ!

Вечерний холод давно пробрался под шинель, мундир и нательное бельё. Ноги притоптывали. Спина ныла. Адъютанты предлагали ему уйти. Трижды! Ротмистр отказывал без объяснений. Император сказал — найти. Значит — найти. Ждать. Столько, сколько нужно! Вот и всё.

Дворецкий Сергей приносил ему ужин, потом чай, потом одеяло. Отчего-то Долгоруков отказывался заходить, боясь пропустить приезд князя Северова. Так что просидел тут множество часов, как сверх исполнительный сотрудник!

О чём ротмистр только не думал, но больше всего о Воронцове, запертом в каменной коробке на другом конце света. О том, что каждый день простые имперские солдаты умирают, чтобы выиграть время. ПОЭТОМУ! Поэтому он не мог пройти в особняк и устроиться в теплющей гостинице! Неправильно это. Не такие и страшные невзгоды он терпит, не то что парни на Востоке.

И вот за воротами послышался стук копыт.

Долгоруков поднял голову.

Две кареты. Первая с гербом Романовых-Распутиных. Вторая с БРИТАНСКИМ КОРОЛЕВСКИМ! Ещё и кучей сопровождающих гвардейцев, что ехали поодаль, дабы не мешать.

Кареты остановились. Сопровождение притормозило вдали. Ворота принялись открываться. Охрана выстроилась в живой коридор, дворецкий вышел из особняка, дабы встретить господ.

Гвардеец открыл дверцу первой кареты.

Из той вышел молодой человек. Лет восемнадцать, не больше. Подал руку высокой черноволосой девушке с фиолетовыми глазами. Это леди Корнелия? Ротмистр слышал о её красоте, но чтобы она была НАСТОЛЬКО красива, ещё и так молода! Ей точно под сорок?! Следом ещё девушка с длинными пепельными волосами. ЧТО ЗА АНГЕЛ?! И сколько ей лет?! Тем временем, из второй кареты элегантно выбралась черноволосая бледнокожая северянка, с ней девица с ОЧЕНЬ внушительными достоинствами, а ещё…

Королева Великобритании!

Последним вышел старик. ДА ЭТО Ж — Лорд Магнус!

Долгоруков вскочил. Одёрнул мундир. Выпрямился. И поспешил навстречу.

— Вечер добрый, Ваша Светлость, — произнёс он, уставившись на юного Александра, определив в нём того самого Князя Севера, если верить брошюре с портретом.

Тот взглянул на ротмистра, на значок императорской канцелярии, обвёл с ленцой бледное от холода лицо, красные от ветра глаза. И заострил внимание на красном пакете, который Долгоруков достал из-за пазухи.

— Что такое, ротмистр, ещё и в столь позднее время? — юноша приподнял бровь.

— Я прибыл куда раньше, Ваше Сиятельство, одиннадцать часов назад, и ожидал Вас здесь, — ответил тот без жалобы и упрёка.

Корнелия, стоявшая за плечом Александра, нахмурилась. Фрея прищурилась, почуяв неладное. Аннабель тоже свела брови к переносице.

— Его Императорское Величество, просит Вас о срочной аудиенции. Немедленно. — Долгоруков протянул красный пакет.

Александр взглянул на посылку. Сургучная печать с двуглавым орлом. Такие не шлют ради светских бесед. Взял, сломал печать и вынул лист.

Молча прочитал.

Никаких эмоций, никаких комментарий, однако взгляд точно стал острее.

— Крепость «Крепкий орех» в осаде значит, — подытожил он.

— Да, Ваше Сиятельство, — кивнул Долгоруков. — Сто тысяч против двадцати. Лорд Воронцов командует обороной. По всем прогнозам, подкрепление не успеет, если отправится стандартным маршрутом. — и тяжко вздохнул. — У них три недели, Ваше Сиятельство. Может, меньше.

Тишина.

Пять девиц и Лорд стояли в стороне и смотрели на лицо юного Александра. И все заметили, как менялось выражение его глаз. Тёплые, семейные вечера видимо подходят к концу. Так быстро… они ведь ещё не успели насладиться всей этой обычной жизнью!