Чтение онлайн

Старик сразу подобрел.

— Вы не умеете готовить?

— Только всякую замороженную дребедень или что-нибудь быстрого приготовления. Это не настоящая еда.

— Ну, зачем вы так говорите? — он смотрел на нее из-под косматых бровей. — Как же получилось, что ваша мамочка не научила вас готовить?

Значит, Колт ничего ему не рассказал.

— Я росла в приемных семьях. — Признание прозвучало довольно жалостно, это ее смутило, и она добавила: — Да кухней я никогда и не интересовалась.

Куки внимательно посмотрел на нее:

— Я не слишком гожусь в мамы, но печь умею и могу кое-что вам преподать. — Он подбородком указал на длинный ряд шкафов: — Передники вон там, во втором ящике сверху.

К тому времени, когда Эвану пора было прогнуться, Кэти стояла, склонившись к духовке, и вынимала из нее гигантскую кастрюлю тушеного картофеля. Со лба ее стекали капли пота. Даже при кондиционере работенка на кухне, была горячей. Кэти зауважала Куки еще больше.

— Я закончу это сам, мисс Кэти, — сказал Куки, когда плач Эвана перешел в пронзительный вопль. — Вас зовет ваш мальчик.

Кэти кивнула, сняла передник и положила его на стол. Ваш мальчик. Куки назвал Эвана ее мальчиком. Конечно, это просто лишь выражение, но звучали эти слова приятно.

Кэти научилась держать свое сердце в крепкой узде. Если она слишком задержится на этом ранчо Гаррета, она может вообще остаться с разбитым сердцем. Чем скорее они с Колтом поженятся и Кэти построит свой детский центр, тем скорее она уберется отсюда и избавится от этих пугающих ее эмоций.

— Я не собираюсь жениться. — Колт метался по кабинету, как бык по загону Он чувствовал себя в капкане. — Наташа Паркер не найдена. И месяц давно истек.

Как он во все это влип? Он взъерошил волосы. Ах да, вспомнил. Переутомление. Он тогда слишком устал. В тот день он отдал бы ей даже ранчо, если бы она попросила. И подумать только, ему действительно начинала нравиться эта женщина!

— Я был не в своем уме, когда подписывал эту бумагу. И никогда никакой суд не признает ее законной.

— Вы были утомлены, но дееспособны.

Кэти сидела на кожаном диване, решительно вздернув подбородок. Она, как обычно, была в джинсовых шортах и футболке. Но ее красивые ноги и огромные серые глаза действовали на него оглушающе.

Черт побери! Она глядела на него испуганными глазами! Это он должен пугаться! А ей-то чего?

— Послушайте, Кэти. Вы — прекрасный человек. У вас хорошо получается с Эваном. Мне вы нравитесь, но я не верю в брак.

— Это не брак. Это — бизнес. Как только я получу ссуду, я навсегда исчезну из вашей жизни.

— Тогда почему вы не хотите, чтобы я дал вам денег в долг? Или мы можем подписать совместный вексель.

Она отрицательно покачала головой, ее шелковистые волосы взметнулись и опять легли по плечам.

— Это была бы милостыня, а я никогда и ни от кого не приму милостыни. Договор между мной и вами — это сделка. Ясно и просто. — Она стала пристально рассматривать эту чертову бумагу, но руки ее дрожали. — Я свою часть договора выполнила. Теперь ваша очередь.

Почему у нее так сильно трясутся руки, что он вынужден чувствовать себя самым большим подлецом в Техасе? Колт предпринял еще одну попытку.

— А как быть с Эваном? Когда вы получите ссуду, что будет с Эваном?

— Вы отказываетесь от поисков?

— Нет. Черт возьми, нет! Никогда не откажусь, но не исключено, что он еще на какое-то время останется здесь. Адвокат дал понять, что Наташа Паркер могла поменять имя или даже смыться из страны. А если это так, то шансы в ближайшее время определить ее местонахождение невелики и поиски могут затянуться на долгие годы.

Колт подошел к камину и прижался лбом к прохладной дубовой полке. Наверное, он стареет. В прошлом он легко ускользал от любой женщины. Почему же сейчас отступление кажется ему таким трудным делом?

— А что, если я откажусь выполнить договор?

— Вы можете так поступить? Раздраженно пожав плечами, он признался:

— Нет, не могу. — Он взял на себя обязательство, и, если ему не удастся отговорить ее от этого брака, он станет женатым человеком. И это угнетало его. — Не заставляйте меня это делать, Кэти, — тихо сказал он с несчастным видом.

— Я вынуждена.

Растерявшись от ее взгляда напуганного котенка, он, в самом деле, поверил ей.

— Вы не ответили мне, что будет с Эваном. Как только вы получите свой бизнес, вас совсем не будет волновать его судьба?

Кэти повернулась к нему лицом.

— Я уже все обдумала. Мы с Эваном останемся вместе, столько времени, сколько он будет нуждаться во мне. Я заберу его с собой!

Колт подскочил:

— Эван останется со мной!

Кэти удивленно воззрилась на него:

— Я думала, он вам не нужен.

А ведь это правда. Он не хотел Эвана… да и никакого другого дитяти. Тогда почему он вдруг так испугался при мысли, что может больше не увидеть это маленькое славное пугало?

Жалость, Вот что это такое! Ему было жаль Эвана.

— Он под моей опекой. И остается со мной.

— Тогда ладно. — Она собрала волосы и стала нервно дергать кончик образовавшегося «конского хвоста». — Я буду каждое утро забирать его и вечером привозить обратно.

— Реттлснейк в сорока милях отсюда.

— Эван стоит таких усилий.

Кажется, договорились. Они сидели, глядя глаза в глаза, выжидая, кто первым опустит взгляд. Он не выдержал и моргнул, но не от страха.

Значит, у нее все уже продумано. Но Кэти не учла одного. Того, что она свела его с ума в течение недели. Он только и мог думать, что о ее волосах, о том, как она улыбается, как покачиваются ее бедра, когда она ходит по дому. Может, она делает это нарочно? Нет, он должен заставить ее отказаться от этого безумного договора.

— Давайте говорить прямо, Кэти. Если вы настаиваете, я готов выполнить условия этого чертова договора. Но давайте кое в чем разберемся. Если уж мне нужно обзавестись женой, пусть даже ненадолго, то мне нужна настоящая жена.