Чтение онлайн

______________

* Титаны - в древнегреческой мифологии - название гигантов, вступивших в борьбу с Зевсом.

– Миллионы! Их можно загребать лопатой... Мы будем богаты... сказочно богаты. Жан-Мари, Беник, дорогой малыш Ивон, Генипа... вам ни в чем не придется нуждаться. Это, наверное, глупо, но сейчас я думаю, моя жена хорошо сделала, что допекла меня с этой поездкой. Черт возьми! Если б не Аглая!.. Она была права!.. Конечно, я стал Синим человеком! Но отныне это не имеет никакого значения. Синий, белый, красный или всех цветов радуги... Я буду так богат, что никто этого не заметит. Понравлюсь всем, без исключения. Мой цвет сочтут оригинальным, еще мода новая пойдет... Правда, я пока еще не вернулся... Но я могу, хочу, должен вырваться отсюда, найти друзей, привести их сюда, засыпать, закормить золотом. Я всего лишен сейчас, мое положение ужасно... Пусть так! Что ж из этого? Человек, нашедший такие сокровища, не может умереть, не воспользовавшись ими.

Рассуждая сам с собой, парижанин продолжал набивать карманы. Камни были у него под мышками, в руках. Феликс едва мог передвигаться под их тяжестью.

Но вдруг его энтузиазм мигом улетучился.

Недалеко, в канаве, он заметил какой-то странно блестевший под солнцем предмет, величиной с кулак. Блеск привлек внимание. Обертен подбежал, нагнулся и схватил было самородок, но тут же отшатнулся и в ужасе вскрикнул.

Перед ним на земле в неестественной позе лежал скелет - без сомнения, человеческий скелет, и принадлежал он белому человеку. Об этом свидетельствовали полуистлевшая одежда, проржавевшие пуговицы и пряжки. На ногах виднелись иссохшие ботинки, а рука сжимала деревянную рукоятку сабли, лезвие которой изъела ржавчина. Костлявые пальцы впились в кожаный бурдюк, высохший, как и ботинки.

Всюду виднелись следы пребывания грифов*. Стервятники, быть может, напали на человека, когда тот был еще жив...

______________

* Гриф - крупная хищная птица, питающаяся падалью.

– Мертвец! - вскричал бакалейщик.

Ему вдруг представилась картина страшной гибели, мучительной агонии незнакомца - человек, наверное золотоискатель, ослабевший, больной, упал здесь не в силах идти дальше! Напрасно схватился он за бурдюк. Ни капли воды!

Грифы, парившие в вышине, заметили умирающего. Они опустились ниже, описывая круги над добычей. Несчастному недостало сил, чтобы поднять оружие и защититься.

Вот и все! Он погиб рядом с только что обретенным богатством... рядом с золотом... Ему тоже, наверное, казалось, что все сокровища мира теперь в его руках, он тоже, возможно, в мечтах улетел далеко... как и Синий человек.

– Мертвец! - вновь пролепетал Феликс.

Зрелище, столь же кошмарное, сколь и неожиданное, произвело на него сильное впечатление. Несчастный упал навзничь и лишь продолжал бормотать:

– Мертвец!

Так, в прострации*, он пролежал долго, очень долго. В конце концов тяжелый, беспокойный сон овладел им. Парижанину снились кошмары.

______________

* Прострация - угнетенное состояние, сопровождающееся полным упадком сил и безразличием.

Наступила ночь. Синий человек все еще неподвижно лежал рядом со скелетом. Он поднялся, только когда лучи солнца озарили верхушки скал.

Несмотря на пережитое, сон все-таки освежил его и придал сил. Но теперь не давали покоя голод и жажда. Феликс встал, припомнил вчерашнее и содрогнулся, вновь увидев скелет.

– Неужели и я умру, как он? Грифы летают над головой... Не надеются ли они на новую добычу? Нет! Не хочу умирать! Нужно идти, идти во что бы то ни стало. В этом мое спасение! Но сначала надо отделаться от этих булыжников, они так тяжелы и оттягивают карманы.

С этими словами он в гневе вывернул карманы, выбросив даже самые красивые камни. Потом подошел к мертвецу и взял его саблю. Как-никак, а оружие могло пригодиться. Феликс, подумав, вывалил свои самородки прямо на скелет, так что они совершенно закрыли его.

– Теперь в дорогу! Этот несчастный спит вечным сном среди несметных богатств, навсегда, должно быть, потерянных... Бог с ними! Надо подумать о том, сумею ли я вернуться не то что к цивилизации, а хотя бы к индейцам. Увижу ли людей? Ведь этому бедняге не хватило, возможно, какого-нибудь глотка воды... Какие уж там сокровища!.. В долине Смерти и золото - не золото.

Между тем француз поднимался все выше и выше. Впереди, примерно в километре, виднелись горы. Силы почти оставили его, гасла последняя надежда.

Внезапно дорога вывела Обертена к небольшой пещере.

– Опять пещера? Пускай. Быть может, отыщу там хоть немного воды.

Сказав это, бакалейщик начал спускаться по мягкому песку и прогрузился в кромешную тьму, словно на дно колодца. Медленно и осторожно нащупывая путь, Синий человек скоро понял, что подземный ход расширяется.

Феликс прошел уже порядочно, как вдруг отдаленные крики заставили его вздрогнуть.

Сомнений не было. Это кричали люди.

В ту же минуту вдали показался мерцающий красноватый огонек.

Крики и свет пламени неумолимо приближались. Парижанин увидел грот, причем сам он стоял как бы под потолком.

Картина, представшая его взору, была ужасна.

ГЛАВА 3

Надежды нет. - Тщетные поиски. - Первая ночь. - Тревога. - Псовая охота. - И снова схвачены. - Генипа рассказывает ужасы. - Итак, нас съедят! - Кто-то помешал. - Тот, кого не ждали. - Привет, дружище! Спасены. - Колдуну задают хорошую трепку. - Подвиги Синего человека. - Пан или пропал. - В деревне. - Вождь - это я! - Загадочный план.

Услыхав истошный вопль Беника, Жан-Мари, Ивон и Генипа немедленно вернулись назад, предчувствуя, что произошло нечто ужасное. Боцман в двух словах объяснил, как все было. Он рвал на себе волосы, в бессильной ярости сжимал кулаки, задыхался и готов был вот-вот разрыдаться. Жан-Мари, белый как полотно, страшно выругался и запричитал:

– Тысяча чертей! Ну почему это случилось не со мной?.. Чем он провинился? Мы так любили этого милого человека, и он отвечал нам тем же... Эта боль никогда не утихнет.

Ивон громко плакал и повторял, дрожа всем телом:

– Месье Феликс!.. Месье Феликс!..

На этот раз хладнокровие изменило и Генипе:

– Синий человек был настоящий мужчина. Знаток кураре любил его.

– Все кончено!.. - произнес Беник. - Не правда ли? Ведь ничего нельзя сделать? Как ты думаешь, Генипа?

Индеец ничего не ответил, а только показал рукой на то место внизу, в пропасти, где кружила обеспокоенная стая ткачиков.

– Понимаю, - отозвался Беник, - здесь слишком высоко. Бедный месье Феликс! Он, конечно, разбился.

– По крайней мере, можно надеяться, что он не мучился, - с грустью прибавил Жан-Мари.

– Все равно, - решительно сказал боцман, - мы не можем так уйти. Нужно спуститься вниз, найти тело нашего друга и отдать ему последние почести. Я не хочу, чтобы кости его глодали хищники.

– Ты прав, матрос! Куда ты, туда и я!

– Я тоже с вами, дядя. - Ивон поднял глаза, мокрые от слез.

– Что решили белые? - Генипа не понял разговора.

– Найти тело Синего человека и предать его земле.