Чтение онлайн

Воздух внутри бота отсутствовал, после помещения Слима в капсулу, снабженную собственным источником воздуха, искин автоматически откачал остатки в баллоны, чтоб исключить дальнейшие потери. По показаниям нейросети, картриджа пилотского скафандра мне должно было хватить еще на 20 с чем-то часов при отсутствии чрезвычайных нагрузок. Потому первоочередная задача - проникновение в рубку рудовоза и активация систем жизнеобеспечения. При моих весьма скромных, без ложной скромности, зачаточных навыках хакера и абордажника, это может отнять гораздо больше времени, чем отпущено резервом картриджа скафа. И почему я не взял запасной? Ведь были же, но так и остались лежать в шкафчике.

Выпуклая поверхность входного люка шлюза дрогнула, стопорное кольцо повернулось, и крышка стала проваливаться внутрь, поворачиваясь на петлях. И только тут до меня дошло, насколько же мне повезло. Вот дежурившему в рубке старого корабля шахтерскому диспетчеру не повезло и сильно. Сейчас его промороженное космосом тело висело в шлюзе корабля с навсегда застывшим выражением ужаса на лице. Стараясь не дотрагиваться до него, перебирая поручни руками, я проплыл внутрь. Да, гравитация на корабле отсутствовала, как и воздух. Но покинувшие его захватчики не сочли нужным блокировать шлюз, что очень сильно сэкономило мне время. Внутренний люк также открылся без помех. В его круглый проем я направил медицинского дрона, дистанционно управляя им посредством нейросети. Просвечивая встроенными сканерами коридор и ниши в стенах, тот направился в сторону рубки. Обследование жилого отсека не заняло много времени, зато я мог быть спокоен - ни мин, ни активированных боевых дроидов, ни даже опасных для жизни микроорганизмов обнаружено не было. Насчет мин я мог и ошибиться, едва стоило о них подумать, как нейросеть тут же выкинула немаленький список их типов, которые не могли быть обнаружены меддроном и которые реагировали только на людей. Но просто логика подсказывала, что убившие диспетчера могли быть садистами, но не обязательно параноики, раскидывающие в навсегда оставленных кораблях мины. Насчет садистов я почти не сомневался - у диспетчера был чем-то очень острым прорезан и тем безнадежно поврежден блок, содержащий картриджи жизнеобеспечения старого пилотского комбинезона. Прорезан явно намеренно и аккуратно, чтобы не повредить целостность загерметизированного скафа. Сделавший это мог даже несколько минут наблюдать, как задыхается человек.

Прямо напротив входа в шлюз располагалось помещение технических дроидов с восемью ложементами для их размещения и зарядки, стоявшими пустыми. Освещая себе путь встроенным в скаф фонариком, я выплыл в основной коридор жилой секции. Наблюдая когда-то по телевизору, как плавают в невесомости по орбитальной станции наши космонавты, я им искренне завидовал. Честно сказать, я им и сейчас завидую - они же практически дома, а не как я - неизвестно где. Но вот также изящно, как они, летать по кораблю у меня не выходило. Видимо, и здесь сказалась некоторая избирательность моего, по выражению дока, аномального мозга, отказывающегося усваивать некоторые знания. Ведь не может же быть так, что наших, земных космонавтов, учат летать в невесомости, а здесь пилотом этому не обучают? Или может? А плевать. И пусть я выгляжу мешком навоза, плывущего в невесомости, но я достиг рубки, пусть и приложившись по пути почти ко всем выступающим из стен коридора скосам, выступам и прочим конструктивным элементам. Двери в рубку были открыты. Нетрудно было догадаться, почему - прямо по центру рубки виднелась в полу откинутая крышка шахты бортового искина, а сам он висел, отключенный, чуть поодаль. При отключении искина реактор автоматически заглушился, системы жизнеобеспечения тоже, а двери застыли в том положении, в котором находились до этого. Все это подсказала нейросеть, заодно отметив, что искин относится к малым, а для кораблей такого размера используются значительно более мощные. Заглянул в шахту, немалый такой колодец, на дне которого виднелись в луче света контакты для установки большого искина, разглядеть которые мешал висящие жгут соединительный проводов и вставленный в большую шахту цилиндрический корпус малой, размером с ту, что в моем боте. Понятно, для управления системами поставленного на вечную стоянку корабля хватало и малого искина, а большому нашли применение в другом месте.

***

Покинув душевую кабину, забрал из стиральной машины найденный комбез и, отрегулировав его под себя, прошел в кают-компанию и заказал в пищевом синтезаторе бодрящий напиток с непроизносимым названием. Имея вкус травяного чая с легкими кофейными нотками, тот отлично утолял жажду и обладал небольшим стимулирующим действием. Нейросистема рекомендовала мне именно его для лучшего восполнения жидкости и сил.

Отпущенный мне возможностями скафандра резерв времени я использовал полностью, все 20 часов. Но за это время я сумел втиснуть на место штатного искин, снятый с бота, худо-бедно запустить с его помощью вспомогательный реактор и систему жизнеобеспечения. Возиться со взломом имеющегося искина диспетчеров я не стал, нейросеть прогнозировала затраты времени на его взлом между 16 и 22 часаами, а это была непозволительная роскошь в моем положении. Искин бота хотя бы сразу опознал меня как капитана бота, после чего в течение почти часа выдавал список обнаруженных неисправностей и несоответствий. Да, я знаю, что идея была далеко не самой лучшей, про исполнение я вообще скромно умолчу, но за неимением гербовой пишем на клозетной. Вспомогательный реактор, находящийся в помещении бывшей кладовой, сначала отказывался воспринимать команды на запуск от искина бота, и его пришлось запускать вручную, временно отсоединив от связи с искином вообще. Хорошо хоть система жизнеобеспечения, пусть и не быстро, но вышла на режим до того, как картридж скафа исчерпался полностью. Приставив одного технического дроида присматривать за ней, а второго за реактором, я кое-как стянул с себя пилотский скафандр и просто упал в койку первой попавшейся каюты, отключившись еще до того, как щека коснулась подушки. И проспал, судя по часам, четырнадцать часов.

Проспал бы больше, но нейросеть разбудила сигналом, сообщив, что оставленный без искина бот стал промерзать, что могло повлечь сбои в работе капсулы с пациентом. Встроенный аккумулятор капсулы не был еще разряжен и на четверть, однако понижение температуры в отсеке вело к его ускоренной разрядке на поддержание оптимальной для лечения температуры внутри. Сделанные максимально легкими, капсулы бота не имели толстого слоя термоизоляции, как обычные, предназначенные для установки на корабли.

Судорожный поиск по отсекам и каютам корабля обогатил меня двумя ношеными комбезами, старым латаным техническим скафом и несколькими картриджами системы жизнеобеспечения. Нет, я реально тупил вчера, ведь можно же было догадаться, что даже на корабле, исполняющим функции диспетчерского пункта, обязательно должен быть их запас! Ладно, спишем на усталость и нервы. Найденные картриджи встали в гнезда на поясе моего скафа, как родные. Да здравствует стандартизация в галактическом масштабе! После извлечения искина, бот утратил не только атмосферу, но и гравитацию, потому отсоединение капсулы и перемещение ее в шлюз не стоили значительных усилий, а вот по жилому отсеку рудовоза ее пришлось перемещать уже одев экзоскелет грузчика. Полезная штука, этот экзоскелет. Диспетчеры шахтеров работали вдвоем, посменно, потому как обжитыми были лишь две каюты из имевшихся пяти, остальные пустовали. Вот в одну пустующую я капсулу с телом Слима и поместил. На подключение ее к бортовой сети ушло совсем немного времени, опыт такой у меня уже есть, помимо так и не изученных еще баз знаний. Запас картриджей на борту бота был не особо велик, но на пару недель одному Слиму хватит. А дальше либо я придумаю, как нам выбраться из этой гм... ситуации, либо это уже не будет иметь решающего значения.

Пищевой синтезатор у шахтеров был очень неплохой модели, не из высшей категории подобных аппаратов, но из твердых середнячков, даже с некоторой претензией на изысканность - имел голоэкран выбора блюд. Вот я и листал списки его меню в поисках чего-то к чаю, одновременно размышляя. Корпус 'Дейел' висел всего в полусотне километров от меня, но попасть на его борт теперь было весьма нетривиальной задачей. Помимо сложностей с проникновением внутрь его корпуса, теперь само расстояние служило почти непреодолимой преградой. Нет, чисто теоретически, я могу, оттолкнувшись от рудовоза, долететь до спасателя. Часов эдак за надцать, зависит от силы толчка. Если не промахнусь. С этого расстояния корпус 'Дейел' смотрелся слишком малой мишенью для такого неточного снаряда, как я. Ведь после отрыва от борта рудовоза - как его, кстати, называют?
– у меня не будет шанса исправить траекторию полета. И нейросеть со всей очевидностью предсказывает, что шансы попасть точно у меня колеблются где-то в пределах статистической погрешности.

Бот свое уже отлетал, ему требуется ремонт, который можно осуществить опять же только на судне-спасателе. Совершенно неопределенной является ситуация на планете, с которой вскоре могут прилететь не слишком доброжелательные гости, отбиться от которых шансов нет вообще. Бот неактивен, а на рудовозе и так было не много оборонительных систем, но и их демонтировали полностью, оставив только слабенький щит. Потому диспетчер и не защищался, ему просто нечем было.

Остановил свой выбор на схожем с пирожным-корзиночкой десерте, оказавшимся совсем даже не сладким, но вкусным, с большим количеством орехового крема. Под чай пойдет.

В поисках решения проблем пока не продвинулся, но было такое чувство, что почти нащупав нужную мысль, я ее упустил. Начнем сначала: расстояние до корабля мешает до него добраться. Значит, сначала надо найти способ расстояние преодолеть. Существует целый класс тяжелых скафандров со встроенными двигателями, но в моем распоряжении ни одного такого нет. Имеющийся пилотский скаф относится к легкому классу, но из его топовой части, то есть почти средний. Найденный мной на корабле технический скаф, хоть и старый, исправен, относится к средним. Отличается от пилотского меньшим комфортом, но снабжен множеством внешних узлов для крепления инструментария и электромагнитными подошвами ботинок. А если на борту есть технический скафандр, то может иметься и дополнительный обвес к нему. Например, ранец для полетов в космосе, довольно распространенный вариант оснащения именно техников. Надо тщательно осмотреть все помещения, шкафы и ящики на корабле.

***

Итогом многочасовых поисков стало то. что теперь я знаю, что рудовоз зовется 'Голперч', именно это название значилось на совершенно разных предметах, найденных в его закромах. Но это могло быть и названием фирмы-поставщика или предыдущего владельца судна. Реактивный ранец найти не удалось. Нашелся плазменный резак с запасом расходников и прочие инструменты. Нашлись разного рода детали для ремонта корабля, вроде сменных световых панелей или ремкомплекта приводов дверей. Нашлась даже початая упаковка картриджей для пищевого синтезатора и явная заначка одного из диспетчеров в виде бутылки высокоградусного алкоголя. Открыл, понюхал, прослезился. Суровые мужики, эти шахтеры, если могут пить подобное! Гм. Могли, точнее.

В одной из кают диспетчеров нашелся старенький планшет, даже не запароленный. Я наскоро просмотрел содержимое, в основном были изображения и записи довольно большого семейства, личная переписка. А вот среди писем личного характера присутствовали несколько официальных, из офиса местного управляющего 'Мьефф', среди которых обнаружились коды доступа к искину 'Голперч'. Расслабились шахтеры в отрыве от цивилизации, вообще никаких мер предосторожности не предпринимали? И чем это закончилось? Нет, предпринимали, оказывается, примерно раз в месяц меняли пароли доступа к искину. Но пользователь хранил эти данные в общей планетарной сети и на планшете без пароля. Тэкс... Имелась общепланетарная сеть. Не особо большая, все же поселок на планете один и не крупный. Скорее просто небольшой ретранслятор, покрывающий значительные площади вокруг поселка и достающий до находящихся на низкой орбите кораблей. Посмотрел еще раз письма на планшете погибшего диспетчера - нет, все точно, он получал послания с поверхности, находясь на орбите. А если был ретранслятор... Надо попытаться установить обратно штатный искин и опробовать пароль.