Чтение онлайн

Так мы скоротали время до прибытия на станцию 'Дезра-19'. Не знаю, что означает ее название и где остальные восемнадцать. Станция относилась к разряду промышленных, обслуживала, в основном, рудодобывающие компании, действующие в этом секторе космоса. Фактически, это было место, где корабли шахтеров могли сбросить груз руды, произвести ремонт, заправку и обслуживание, а промышленный блок станции производил частичное обогащение руды, концентрат которой потом отсюда забирали крупные транспорты для доставки в обитаемые миры. Тем не менее, только постоянного персонала на станции было больше трех тысяч человек, а с шахтерами и транзитными пассажирами это число удваивалось.

Выход из гипера отозвался уже знакомым ощущением, словно в кабине лифта при спуске. Док утверждает, что ощущения у всех индивидуальны и женщины, например, могут испытывать в момент выхода из гипера что-то похожее на оргазм. Но присутствовавшая при этом Вия только хмыкнула, не прерывая своего занятия. Меня в очередной раз готовились посадить в мнемодост, на сей раз док приготовил что-то совсем уж большое и редкое, Вия вводила эти данные в искин медсекции.

– Док, но мы же прибыли к конечной точке маршрута.

– Мы прибыли в систему. Прыжок редко осуществляется в прямой видимости станций, это требует более сложных и длительных расчетов, навигаторы ленятся и прыгают обычно на периферии системы. Так еще и безопаснее. Впереди еще несколько часов, пока будем добираться к станции на разгонных двигателях. Садись. Кстати, я вспомнил, где-то у меня была мнемограмма по правилам пилотирования, она поможет тебе лучше понять вопрос, - док загорелся очередной идеей.
– Вия, ты сможешь включить еще одну мнемограмму в этот блок загрузки?

Вия застыла на секунду - я уже знал, что так происходит при обмене данными через нейросеть, затем кивнула. Молчаливая девушка, мда.

***

'Дейел' прибыл к станции позже крейсера корпорации, тот уже был пристыкован к одному из ее внешних стыковочных узлов. Наш корабль, в свою очередь, пристыковался к противоположному борту крейсера. Док снизошел до объяснения, что таким образом корпорация экономит плату за аренду шлюза.

Тут меня вызвали к Весельчаку. Ранее я сталкивался с суперкарго в столовой корабля, но с тех пор ни разу больше не разговаривал. Не было такого желания. Да даже в столовой находиться с ним было неприятно. Пусть меня называют дикарем, но я хотя бы не веду себя при приеме пищи как он. Весельчак вообще везде и всюду, похоже, вел себя так, словно он один, а все остальные - ничтожества. Исключений было два - старпом и капитан. При них Весельчак словно сдувался, старался максимально быстро закончить прием пищи и исчезнуть с глаз их. Заметив это, я старался в следующие разы приходить в столовую в то же время, что старпом и капитан, поскольку сам вид суперкарго лишал меня аппетита. Это помимо того, что сама пища пока тоже не радовала разнообразием. Пищевой синтезатор в столовой корабля был вполне новой и совершенной моделью, но его управляющая панель была заблокирована и управлять выбором блюд могли лишь обладатели нейросети. Для меня же была доступна только одна клавиша, при нажатии на которую аппарат выдавал пластиковую одноразовую тарелку с бруском некой массы серого цвета и стакан с напитком. Консистенция пищи была примерно как у влажной глины, запах тоже, а вкус напоминал размоченный картон. Напиток можно было принять за сильно разбавленный чуть подслащенный чай с чабрецом. Не удивлюсь ни разу, если узнаю, что блокировку панели ручного управления синтезатора сделал Весельчак и именно после моего появления на борту. Это вполне в его стиле, наслышан уже, док поделился. Суперкарго - это вообще, в обычном понимании, представитель фрахтователя на борту нанятого корабля. Но 'Дейел' принадлежал корпорации 'Оруса' и в найм не сдавался. Весельчак же был представителем администрации 'Оруса' на корабле. По словам одного из посетителей, услышанных в столовой, он то ли занимал ранее значительный пост в корпорации, то ли являлся родственником одного из владельцев, но в результате неких неблаговидных проступков потерял надежду на карьерный рост и был отправлен на спасательный корабль, то есть - куда подальше. Для него одного даже была изобретена должность суперкарго, ни на одном корабле корпорации больше не было такой. Отчего его послали именно на 'Дейел'? Док считает, что причина в большом количестве свободных кают на бывшем десантном корабле. Если бы Весельчака послали на крейсер или фрегат, где компоновка жилых помещений гораздо плотнее, все очень быстро кончилось бы и, скорее всего - печально для суперкарго, сказал док - наемники вообще ребята резкие и без особо почтения относятся к таким типам.

В этот раз в кабинете суперкарго не было того насыщенного запаха дури. Да, я уже знал, благодаря закачанным мнемограммам, что Весельчак наркоманит, применяя не особо редкий, но не самый дешевый наркотик, который наносят на тело и часто продают в виде флаконов с косметикой или респерантов. Но в космосе много миров и во многих местах дурь разрешена, если ее употребление не делает человека опасным для окружающих. Док постарался на славу и теперь у меня знаний просто куча, причем куча большая и несистематизированная. Большинство этих знаний я даже применить не могу. Вот знаю я, как примерно устроен боевой скафандр, могу его открыть, если он не запаролен, могу его даже одеть, но не смогу ни двигаться, ни как-то использовать - отсутствуют необходимые базы знаний. А загружаемые базы знаний в данном случае - это прописанные на уровне рефлексов навыки владения телом, при котором боевой скаф становится второй кожей и действительно смертоносным оружием сам по себе.

Весельчак при моем появлении изобразил начальственный вид и занятость - выдвинул и задвинул обратно ящик стола, сделал вид, что вчитывается в документ, развернутый на голографическом экране перед ним. Могло сработать, но я знал, благодаря закачанной доком мнемограмме, что в этой модели стола, а модель была дорогая и навороченная, ящики стола открываются нажатием на сенсор. А на голоэкране, встроенном в столешницу, проецировались ставки на результаты соревнований на Тохеме, характерная эмблема бала опознана по отражению в зеркальной столешнице. Судя по недовольно поджатым губам Весельчака, его ставки не сработали. Да, знания по мимике и жестам док мне тоже залил, помимо прочего.

– А, пришел, дикарь. Давай, покажу, что надо нажать на коммуникаторе, чтобы подписать договор, - да, суперкарго сегодня просто сама учтивость по сравнению с прошлым разом!

Коммуникатор запульсировал на руке - пришло сообщение. Развернул присланный текст и запустил сверку с типовым рабочим контрактом, коммуникатор сразу же выделил измененные пункты. Смотрим, что там. Так, вычесть стоимость коммуникатора. Судя по указанной стоимости - он должен быть в платиновом корпусе и на порядке производительнее. Далее идет добавленный пункт об уплате некоему Уину Ваггу немаленькой суммы 'за юридическую консультацию при заключении контракта'. Похоже, именно так Весельчака и зовут. Далее - обязательство об отчислении 20% заработка тому же Уину Ваггу в течение всего срока сотрудничества с 'Оруса'. Ну и завершающим аккордом было обязательство отработать 20 лет без права досрочного прерывания контракта. Пусть у меня и нет полноценной базы юриста, но даже та урезанная, фактически демонстрационная версия, что док залил в меня, дает представление о том, на что я подпишусь, заверив этот контракт.

Едва успел отвести руку с коммуникатором, Весельчак намеревался схватить меня за нее. Зачем? Коммуникатор прошит на меня и другой не может оставить за меня метку-подпись. Или может? Коммуникатор-то я получил от этого же субъекта, мало ли что. Я уже теоретически знал, что такого рода модифицирование коммуникаторов в принципе возможны.

– Обращаюсь к искину корабля 'Дейел' корпорации 'Оруса' с просьбой дать заключение по присланному мне Уином Ваггу контрактом и сравнение его с типовым текстом контракта корпорации 'Оруса', а также поставить в известность об этом капитана корабля, - четко произношу вслух обращаясь в сторону переборки с экраном корабельного терминала.
– Текст присланного контракта готов переслать по указанному мне адресу.

Почти сразу возникла знакомая пульсация - на коммуникатор пришел запрос на прямое соединение его с бортовой сетью. Дал согласие.

– Суперкарго Ваггу приказывает искину прервать соединение и прекратить выполнение поставленной Ар Темом задачи!
– визгливый возглас Весельчака сбил меня влет, как вальдшнепа. Если у него действительно есть право приказывать корабельному искину, то я попал. В затруднительное положение, как минимум. На фоне возникшей паники фоном проскользнула мысль о том, что у меня, оказывается, уже есть официальное имя. Оно же и фамилия.

– Приказ суперкарго Ваггу отменен капитаном Волом, - раздалось со стороны терминала. Голос мог принадлежать мужчине среднего возраста, но не было сомнений, что это говорил искин корабля.
– Анализ и сравнение текста завершены, результаты переданы капитану Волу. Ар Тему и Уину Ваггу надлежит явиться в кают-компанию корабля немедленно.

Я не знал, где находится кают-компания и попытался вывести на экран коммуникатора схему корабля. Но мне не удалось это сделать, на экране пульсировал красный знак запрета соединения с любыми устройствами, все функции коммуникатора были блокированы. Пришлось идти следом за суперкарго, чтоб не заблудиться. Раньше в этой части корабля я не бывал, мой статус не позволял проходить за эти двери, сейчас распахнувшиеся при нашем приближении. Столь же безликий коридор привел нас к очередным распахнувшимся дверям, за которыми находилось овальное в плане помещение с большим овальным же столом по центру. В переборке напротив двери был первый увиденный мной иллюминатор - огромный, в рост человека овал явно очень толстого и прочного прозрачного материала. Вряд ли это стекло, из тех отрывочных знаний по технике безопасности на космических кораблях я знал, что стекло в кораблестроении не используется. И у этого огромного иллюминатора стояли три человека, из которых я знал двоих - капитана Вола и старпома Грема. Третий присутствующий был также одет в синий пилотский комбинезон, но на рукаве имел помимо корпоративной эмблемы 'Оруса' еще и нашивку с надписью 'Скут'. У Вола и Грема на этом месте были нашивки 'Дейел', из чего следовал логичный вывод, что этот незнакомец - офицер с крейсера, к которому мы пристыковались. У Вола и незнакомца над нашивкой с названием корабля размещалось миниатюрное стилизованное изображение кометы - символа командира корабля. У Грема комета была изображена без хвоста, в виде звезды.

Когда мы вошли, офицеры сели в кресла по другую сторону стола. В центре, к моему удивлению, сел командир крейсера 'Скут', командир и старпом спасателя сели по бокам от него. Нам никто сесть не предложил, хотя у стола стояло два десятка кресел. Говорить тоже начал командир крейсера. Представляться он счел излишним и короткими рублеными фразами довел до нашего сведения, что поскольку наш корабль, вместе с экипажем, на время выполнения задания подчинен ему, именно он является в данный момент высшим офицером сил корпорации в данном секторе. Поскольку операция считается боевой, на кораблях действует устав боевого флота корпорации и, согласно соответствующему его разделу, все конфликты между служащими корпорации рассматриваются трибуналом из трех офицеров. В данном случае он счел возможным привлечь капитана и старшего помощника капитана спасательного корабля, поскольку они лучше знают обоих фигурантов рассматриваемого дела. Затем мне приказали изложить суть претензий к суперкарго. Стараясь говорить кратко и по существу, я рассказал о замеченных мной исправлениях в тексте договора и своей оценке этих изменений. Трое офицеров явно соотносили это с информацией бортового искина, но делали это гораздо быстрее, например, дока. У того взгляд стекленел, он словно заглядывал внутрь себя, словно впадая в ступор на несколько секунд. Эти же явно имели более совершенные нейросети, с увеличенной скоростью обработки информации. Ну да пилотские костюмы и без того говорили о многом. На груди каждого в специальном прозрачном кармашке находилась карточка ФПИ, где помимо голографического фото обладателя специальными символами были отмечены его навыки и степень их овладения. Я могу ошибаться, все же монументальный стол кают-компании довольно широк, но само количество знаков на карточке командира крейсера внушало уважение. Капитан Вол тоже не новичок, но и знаков у него поменьше и степень овладения пониже. Обмен данными офицеров занял буквально несколько секунд, после чего старпом Грем приказал мне снять коммуникатор и оставить его на столе, после чего идти в свою каюту и оставаться там до вызова. Покидать каюту мне запрещено. Еду и напитки будет доставлять дроид.