Чтение онлайн

Синдикат Ортиса. В конце концов, именно они выполняли большую часть грязной работы от имени моего отца, преследуя множество совместных целей.

Глаза куклы были удалены, а светлые волосы подстрижены до корней — достаточно, чтобы подчеркнуть цвет волос. Продолжив расследование, я обнаружил внутри коробки фальшивые волосы, покрытые кровью. Я увидел записку на кусочке картона, прикрепленную к ноге, которая гласила: Светлые волосы выглядят потрясающе от крови, тебе не кажется?

Сорвав бумагу, я разорвал ее на части и бросил жуткую куклу обратно в коробку.

— Нам нужно избавиться от всего этого, — подтвердил я, сделав несколько фотографий для своих лучших друзей и отправив их им. — Я ценю, что вы перехватили это до того, как оно дошло до нее. Вам нужно будет повнимательнее присматривать за ней и быть рядом с ней.

Все четверо согласно кивнули. Меня осенило понимание. Независимо от того, кто передал сообщение, Гектор сделал свой следующий ход.

Быстро ознакомившись с системой безопасности, я снова изложил им свои ожидания — убедившись, что они охраняют ее постоянно, за исключением случаев, когда она находится в моей компании.

Несмотря на все мои ошибки, я сделал то, что нужно было сделать, чтобы защитить тех, кем я дорожил больше всего.

— Что горит? — пошутила я, отвечая на шестой телефонный звонок Габриэля, пропустив предыдущие.

У него вырвался самоуничижительный смешок.

— Некоторые наши клубы.

Без дальнейших слов я понял, что Габриэль не шутил. Дерьмо.

К счастью, мне удалось собрать все необходимое и выбежать из дома за считанные минуты, дав знать новой команде охраны Чески, чтобы они как можно внимательнее наблюдали снаружи. До прибытия кого-нибудь оставалось полчаса, и оставалось только надеяться, что за это время ничего не произойдет.

С Габриэлем на громкой связи всю дорогу до Пуэрто Бануса — и остальными на заднем плане — я добрался до порта, припарковался и нашел их.

Сбитый с толку, с закипающей во мне яростью, я спросил.

— Почему мы здесь, а не расходимся, чтобы отправиться на наши предприятия, которые пострадали? Они и наш персонал должны быть нашим приоритетом. Не здесь, где ничего не произошло.

Бен, Хьюго и Хорхе согласно кивнули. Но именно Габриэль поморщился, а Хавьер в конце концов заговорил.

— Ты же не думаешь, что я тоже хочу быть там?

— Тогда, черт возьми, говори. Что ты знаешь? — настаивал я.

— Информация из надежных источников, которую я получил, на их серверах, показывает, что сюда доставляют суда, которые не были предварительно одобрены, — ответил Хавьер. Теперь все наше внимание было приковано к нему.

— Какие поставки? — Хьюго скрестил руки на груди.

— Хрен его знает, — Хавьер порылся в своем телефоне и показал нам все, что он нашел, то есть практически ничего, но это было что-то. — Все, что я знаю — это совпадения, такие как пожары, пытающиеся перенести нас в разные места на побережье, в то же время, когда здесь происходит подозрительная высадка — это возможность как-то отвлечь наше внимание и поднять большой красный флаг. Тот, кто сказал мне, подсказал, сто мы должны быть здесь.

— Ты думаешь, что бы это ни было, с этим нужно иметь дело важнее, чем с пожарами? — спросил я, проводя рукой по лицу и пытаясь подавить зевок.

— Так и есть, и я с ним согласен, — сказал Габриэль.

— Надеюсь, ты прав, — предположил Хорхе.

— То же самое, но я проинструктировал нашего второго сотрудника о том, что делать. И они будут сообщать мне последние новости, — ответил Хавьер.

Спасибо, черт возьми, за это. У нас работали хорошие люди, разные типы людей, некоторые очень опасные люди. Из-за того, что я и другие были очень внимательны к нашему бизнесу, а наши сотрудники постоянно обращались к нам, это было похоже на предательство — не прийти им на помощь и не быть рядом, когда что-то шло не так. И все же я понимал Хавьера, доверял его суждениям.

— Леона в безопасности? — я сунул руки в карманы, когда мы отошли подальше от зданий и направились к порту.

На лице Хавьера мелькнуло выражение облегчения.

— Да, как всегда. Ческа?

Я достал свой телефон, моя грудь сдулась от подтверждения службы безопасности на месте, которая теперь присматривала за ней.

— Теперь да.

— Ситуация накаляется. Что ты сделал, чтобы инициировать это? — спросил Хавьер.

Остальные сомкнулись вокруг нас, когда мы окинули взглядом зловещее темное и бескрайнее море, освещенное только огнями вокруг порта.

— Мы не можем винить во всех ситуациях Гектора и синдикат Ортиса, — указал я. — Причиной пожара мог быть кто угодно, так же как и эта потенциальная поставка — что бы, черт возьми, это ни было.

— У нас нет врагов, Нико. Это единственные, которые у нас есть.

К сожалению, он был прав. И теперь мы просто ждали, что будет дальше. История моей жизни.

Ранние утренние часы сменились дневным светом. Мы выпили огромное количество кофе, наблюдая, как пьяные люди, спотыкаясь, бредут по улицам и возвращаются домой. Люди, понятия не имевшие о состоянии повышенной готовности, в которое был переведен порт, запретили судам выходить или заходить в него, пока мы не разберемся с этой лодкой, которая все еще не появилась. Никто из нас не хотел отмахиваться от этого, и, по правде говоря, внутреннее предчувствие заставило меня застыть на месте.

Пожары в восьми наших заведениях были минимальными и с ними справились эффективно, при этом перед повторным открытием необходимо было выполнить декоративные работы. К счастью, никто не пострадал.

Слова Алехандро — сказанные ранее, когда я столкнулся с ним, гремели у меня в голове. Я пытался понять, было ли в них больше смысла, чем очевидная насмешка над Ческой и гнусные дары крови, которые ей присылали, или же было нечто большее. Инстинктивно я знал, что это еще не все.

Загорелись наши телефоны. Нас приветствовал тяжелый топот бутс, и мы все поднялись на ноги. Хавьер ответил на телефонный звонок, поскольку в этой ситуации он был разыгрывающим защитником. Мы все были равны, у каждого были свои уникальные сильные стороны, которые можно было использовать за столом переговоров, поэтому мы знали, кому делегировать полномочия.

Наши сотрудники присоединились к нам, указывая на море. В поле зрения появилось большое грузовое судно без каких-либо отличительных признаков, которое, казалось, собиралось причалить, но вместо этого бросило якорь недалеко от порта с явным намерением не задерживаться.

Пистолет в кобуре тяжело прижимался к бедру. Мы все вооружились незаметно, не желая пугать туристов и местных жителей. Хотя большинство местных жителей все равно знали, кто мы такие.

— Я ненавижу пользоваться огнестрельным оружием, — заявил я.

— У всех нас не может быть таких рук, как у тебя, — передразнил Бен.

— Верно, — я усмехнулся, но это не коснулось моих глаз.

Мое внимание привлекло движение. Кран на борту грузового судна зафиксировал контейнер для хранения в своей когтистой хватке, продолжая тащить его к месту на суше и возвращаясь за другим.

— Нам нужно очистить территорию, — приказал я находившемуся поблизости персоналу. Быстро посовещавшись, горстка из них отделилась от нас.

Еще три двадцатифутовых контейнера были спущены на воду, прежде чем судно отчалило. Никто из нас не подходил ближе, пока у нас не было подтверждения, что оно уплыло из ближайшего района обратно в открытое море. Беспокойство ледяной линией пробежало по моему позвоночнику.