Чтение онлайн

— Ты не можешь изменить прошлое, но ты можешь изменить то, кто ты есть сейчас. Возьмем, к примеру, сегодняшний день. Ты не участвуешь в подобных вещах добровольно. Очевидно, что ты немного выходишь за пределы своей зоны комфорта. — Она выразительно оглядела мой наряд. — И тот факт, что ты ерзаешь на своем месте во время этого обсуждения, говорит о многом. — Бридж громко рассмеялась, и мне было неприятно это признавать, но она была права.

— Ладно. Ты поймала меня. Но получу ли я хотя бы баллы за то, что пришел сегодня? И попрошу добавить, ни свет ни заря в воскресенье!

— О, ты получаешь очки, приятель. Больше, чем ты думаешь. — Она одарила меня самой широкой улыбкой, и мое сердце наполнилось радостью. Я пожалел, что в жизни нет кнопки «пауза» для таких моментов, как этот, когда я ничего так сильно не хотел, как проживать его вечно.

Когда мы подъехали к ее школе, Бридж выпрыгнула из машины, совершенно не дожидаясь меня. На мгновение я задался вопросом, смущало ли ее то, что ее видели с кем-то вроде меня. Не было никаких инструкций или слов о подготовке. Она просто выскочила из машины и побежала.

Я поставил свою пустую кофейную чашку на среднюю консоль, прежде чем выйти, не торопясь, как будто хотел сказать, что ее внезапное отсутствие меня не беспокоит — наоборот.

— Мисс Бруклин! — Несколько учеников побежали через лужайку к Бридж. Тем временем я стоял примерно в пяти ярдах позади нее и наполовину задумался, не следует ли мне пригнуться и спрятаться, потому что они не замедлялись, приближаясь.

Когда они обняли Бридж, она автоматически опустилась до их уровня, чтобы обнять в ответ. Если бы я ее не знал, то предположил бы, что у нее есть собственные дети.

— Привет, Гаррисон, — практически проворковала она и ущипнула его за бок. — Как твой зуб? — Как только она закончила вопрос, он открыл рот и с гордостью показал ей пустое место. — Зубная фея приходила прошлой ночью?

Он оживленно покачал головой.

— О, она придет сегодня вечером. Я уверена в этом. Твоя мама здесь?

— Она вон там, у фиолетовой краски. — Гаррисон повернулся и указал себе за спину.

— Мы покрасим наш класс в фиолетовый цвет! — воскликнула маленькая девочка, которая вцепилась в правую руку Бридж.

— Это волнующе, Полли. Я знаю, что это твой любимый цвет. Ты хочешь помочь мне зарегистрироваться? — Она нетерпеливо кивнула, и я последовал за двумя прыгающими девушками передо мной к месту, которое, как я догадывался, было местом приветствия или назначения. Ну и большая табличка «зарегистрируйтесь здесь» помогла мне это понять.

— Привет, Брук. — Дама за столиком поздоровалась с ней, а затем одарила меня улыбкой. — Есть ли у вас предпочтения относительно того, где вы хотели бы быть сегодня?

— Пожалуйста, выберите нашу группу. Яумоляювас! — Полли прыгала вверх-вниз, дергая Бридж за руку.

Мне было трудно сдержать улыбку. Волнение маленькой девочки было заразительным. Я вспомнил, как был молод и находил мелочи жизни волнующими.

Брук повернулась ко мне и спросила:

— Тебе не все равно, что мы делаем?

Вспомнив, что она сказала вчера вечером о том, что не любит заниматься садоводством, я воспринял это как намек сказать:

— Что угодно, только не сажать цветы на солнце.

Ее улыбка дала мне понять, что она разгадала мои мотивы.

Пока Бридж заканчивала общаться с женщинами, я провел инвентаризацию нашего окружения. Мои родители отдали нас с Нелли в государственное учебное заведение, но мы жили в очень богатом районе. Школы были оснащены по последнему слову техники. Наши кампусы среднего образования были настолько обширны, что их часто сравнивали с элитными колледжами. Я никогда не был связан с подобными людьми. Эти здания казались скрепленными вместе клейкой лентой и суперклеем. Наружные стены украшала облупившаяся краска, трава заросла, а в ящиках для рассады в настоящее время росли сорняки.

На мой взгляд, это место давным-давно следовало снести.

Толпы людей собрались вокруг, чтобы получить свои рабочие задания. Внутренний двор наполнился возбужденной болтовней, и все, казалось, знали, в каком направлении они направляются и какое задание им дали. Все выглядело очень организованным, и я не понаслышке знал по своей работе в «РеКорп», что это имеет большое значение при координации проекта такого масштаба.

— Ладно. Похоже, нас единогласно приняли на работу в фиолетовую зону. — Бруклин протянула мне кисть и валик, оставив набор для себя. — Мне просто нужно минутку поговорить с мамой Гаррисона, а потом мы начнем.

Я кивнул и последовал за ней к назначенному нам месту. На каждой стене красовались таблички, указывающие, какую краску и где предполагалось использовать. Этот коридор принадлежал второму классу; казалось, что для каждого класса был выбран свой цвет. Они шли в радужном порядке. Я не мог себе представить, что такое сочетание палитр сработает, но, думаю, нам придется подождать и посмотреть. Бридж подошла к женщине, которая, как я предположил, была мамой Гаррисона, и поговорила с ней минуту. Я не хотел совать нос не в свое дело, но когда я увидел, как Бридж достала немного денег из переднего кармана джинсов и протянула ей, я не смог отвести взгляд. Женщина обняла ее, а затем вытерла свои глаза. С того места, где я стоял, я не мог быть уверен, но, похоже, женщина плакала.

Все, что происходило сегодня, было для меня в новинку.

— Что все это было? — Я спросил Бридж, как только она вернулась.

— Гаррисон сказал, что зубная фея еще не навестила его, а это значит, что у его мамы, вероятно, не было денег. Она милая леди, но недавно потеряла работу и с трудом сводит концы с концами. Я дала ей пару баксов, чтобы помочь. Этого немного, но, надеюсь, это поддержит веру Гаррисона в сказки. Он уже несколько дней рисует картинки с четвертаками у себя под подушкой. Я хотела бы сделать больше, но я не хочу, чтобы она чувствовала себя объектом благотворительности. Я помню это чувство, и оно не из приятных.

Будь проклят любой, кто когда-либо заставлял ее чувствовать себя подобным образом.

Мне показалось странным, что она считала, что сделала не так уж много. За короткое время, прошедшее с тех пор, как мы воссоединились, она добилась большего, чем большинство людей за всю свою жизнь. Я не думаю, что Бридж имела хоть какое-то представление о том, насколько она особенная. Но я это понимал. Впервые я по-настоящему увидел в ней того замечательного человека, которым она стала.

Когда я уехал в колледж, Бруклин и Нелли было всего четырнадцать. Тогда еще никто не мог сказать, что из них получится, но я должен был признать, что никогда не ожидал, что Бридж окажется таким человеком. Я гордился ею, но понятия не имел, как выразить это, не принижая ее. Поэтому вместо этого я решил оставить это при себе, решив показать ей, а не рассказывать.