Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Непобедимая жара
Шрифт:

— Что это? — спросила она.

— Старый трюк. Привяжи один конец к пистолету, а второй — к кобуре. — Он подмигнул и прищелкнул языком.

Все трое смолкли; для выражения своих чувств им не нужны были слова. Затем Таррелл поднялся, меняя тему разговора.

— Готова услышать новости?

— Всегда готова, — сказала Хит. Она не просто хотела отвлечься; теперь у нее появились личные причины для того, чтобы ускорить расследование.

Тарреллу наконец-то позвонили из «Лансер стандард», фирмы, работающей на ЦРУ; он договорился о встрече с Лоренсом Хейсом, который должен был завтра вернуться из своего тренировочного комплекса, затерянного посреди невадской пустыни.

— Странно, — заметил он. — Секретарша сказала, что он готов встретиться только с тобой. Он сам назвал твое имя, детектив Хит. Я вообще его не упоминал.

— Наглый мужик; однако это означает лишь то, что он хорошо подготовился, — усмехнулась Никки. — Он из военных, так что, скорее всего, предпочитает иметь дело с командиром отряда.

— Он человек занятой и не может тратить время на неудачников вроде тебя, — произнес Каньеро, обращаясь к напарнику.

— Кто это здесь неудачник? — возмутился Таррелл. — Поосторожнее, ты говоришь с Королем Видеонаблюдения, а теперь еще и Жестких Дисков.

— Что у вас, сир? — поинтересовалась Никки.

— Я еще раз прочесал компьютер отца Графа и обнаружил второй электронный адрес, письма с которого не перенаправлялись на его «Outlook». Я залез в почту, и там была только одна папка. Называется «ЭММА». В ней не оказалось никаких писем. Либо он давно не пользовался этим адресом, либо кто-то его почистил, — заключил Таррелл.

— Позвони в дом священника, расспроси миссис Борелли, — велела Хит. — Посмотрим, вдруг это имя ей что-то говорит. — Она бросила очередной взгляд в сторону темного кабинета. — Монтроз не проявлялся?

— Nada, — вступила в разговор Гинсбург, подходя к ним. — Когда звонишь на сотовый, включается голосовая почта. Как думаешь, что это может значить?

— В последнее время с кэпом творится что-то странное, но должна сказать, что на этот раз я действительно удивлена. — Никки вспомнила его предупреждение, сделанное за час до того, как она попала в засаду. «Осторожнее». Может быть, это было нечто большее, чем просто мудрый совет. Нехороший огонек в глазах Гинсбург напомнил Никки о том, что в этой компании не стоит обсуждать босса, и она быстро сменила тему. — Есть новости насчет денег в жестянках?

— О да, и еще какие, — ответила детектив Гинсбург. — Серийные номера совпадают с номерами банкнот, использованных в операции Управления по борьбе с наркотиками несколько лет назад.

Каньеро присвистнул:

— И каким образом деньги, использованные федералами в подставной сделке с наркотиками, очутились на чердаке у священника?

— Известно, кого пыталось поймать Управление? — спросила Хит.

— Ага, некоего Алехандро Мартинеса. — Гинсбург заглянула в свой блокнот. — Ему удалось заключить сделку с обвинением, отсидел два года в Синг-Синге [73] и вышел в две тысячи седьмом году. С тех пор чист.

73

Синг-Синг — тюрьма строго режима, располагается в г. Оссининг, штат Нью-Йорк.

Никки подошла к доске и написала рядом с заметкой о найденных деньгах новое имя.

— Посмотрим, насколько чист этот Алехандро Мартинес. Пригласи-ка его на разговор.

Как только детективы разошлись по делам, у дверей отдела раздался знакомый голос.

— Доставка для Никки Хит!

Появился Джеймсон Рук с одеждой на «плечиках», упакованной в полиэтилен.

— Знаешь, я вообще-то не могу бросать все и бежать сюда со сменой одежды всякий раз, когда ты искупаешься в крови.

Хит посмотрела на вещи, затем на Рука, затем на Тараканов и вопросительно приподняла бровь. Каньеро объяснил:

— Ну, понимаешь, мы решили, что ему будет интересно узнать, как у тебя дела.

Рук спросил:

— Ты действительно ранила его сосулькой? — И когда она кивнула, продолжил: — Только, пожалуйста, не говори, что крикнула при этом: «Получай, отморозок!», — потому что такого совершенства в мире просто не бывает. — Рук ухмылялся, однако чувствовалось, что он встревожен. Свободной рукой он обнял ее за талию. — Детектив, с вами все в порядке?

— Все нормально. Поверить не могу, что ты принес мне одежду. — Она взяла у него вешалку.

— По-моему, вещи вполне неплохо сочетаются… Похоже, при выборе гардероба ты руководствуешься практическими соображениями — все они почти одного цвета. Только не подумай, что я тебя критикую. Ну хорошо, да. Нам с тобой нужно заняться шопингом.

Она рассмеялась и выбрала несколько вещей.

— Вот это вполне сойдет. — Она поцеловала его в щеку, впервые забыв о том, что на них смотрит весь отдел. — Спасибо.

— Я думал, у тебя охрана. Куда же подевался твой Цербер?

— Бедняга Харви, ты даже не представляешь, как он расстроен. В полном трансе. За все годы его работы с ним ни разу такого не случалось.

— Да уж… промашка вышла у сторожевого пса. Не знаю, что происходит, однако тебе нужны телохранители получше. Когда я заезжал домой за вещами, заметил в конце квартала подозрительную машину; они следили за подъездом, уж я-то знаю.

Никки снова похолодела и дрожащими руками повесила одежду на спинку кресла.

— Почему ты так решил?

— Потому что, когда я направился к машине, водитель дал газу. Я крикнул, чтобы он остановился, но он и внимания не обратил.

— Крики «стой» никогда никого не останавливают, — согласился Таррелл.

— Ты видел этого человека, можешь его описать? — Каньеро открыл блокнот. Затем спросил: — Описания не будет, так?

— Нет, — подтвердил Рук. И вытащил свой «Молескин». — А номера вам не пригодятся?

— Есть, — сказал Таррелл, повесив трубку. — Машина, которую ты видел, зарегистрирована на компанию «Файрвол секьюрити»; это подразделение, занимающееся безопасностью… Вы стоите? Ну, тогда сядьте. «Лансер стандард».

— Нужно взять их за жабры! Отправиться туда прямо сейчас! — воскликнул Рук. — Наверняка это те же самые парни, что устроили тебе ловушку. Все совпадает: слежка, военная тактика. Давайте, поехали скорее.

Никки застегнула последнюю пуговицу нового пиджака и сказала:

— Во-первых, нет никаких «мы» и «давайте», Рук. Ты уже давно не имеешь права с нами никуда ездить. Во-вторых, у нас нет улик. А в-третьих, если они что-то и затевают, то нельзя давать им понять, что мне это известно…

Поделиться с друзьями: