Непобедимый
Шрифт:
– Хочешь, чтобы я трогал тебя, Энни?
– я подарил ей легкий поцелуй чуть выше от того места, где она была влажной для меня.
– Где ты хочешь, чтобы я потрогал тебя?
– Патрик, пожалуйста, - она задыхалась от необходимости. Выражение ее лица было неописуемо. Светящееся. Самая прекрасная вещь, что я когда-либо видел. Ее щеки порозовели от желания. Румянец распространился вниз по ее прекрасной шее и окрасил в розовый ее грудь. Она убрала лифчик, полностью обнажая грудь, ее черные волосы были разбросаны по подушкам. Она была так чертовски красива, что было мучением для меня не накрыть ее тело собой и не сделать моей.
– Прикоснись ко мне. Я хочу тебя. Пожалуйста.
Я легко дотронулся до ее клитора кончиками пальцев. Это не будет быстрый трах в промозглой комнате. Это будет долго и мучительно. Этим я надеялся помочь ей вернуть небольшую часть ее самой, которую она потеряла. Или, по крайней мере, я надеялся, что это было так. Если я не мог быть рядом с ней, я хотел, чтобы она хотя бы помнила, что именно я вернул ей это. Небольшая часть меня даже надеялась, что это будет то, что она никогда не забудет.
Ее запах заполнил мой нос, и я коснулся своим языком ее киски, дразня и соблазняя. Ее бедра сжались вокруг моей шеи, а пальцы крепко ухватились за мои плечи. Я зарычал, хватая запястья и отводя их к ее бедрам, открывая для меня. Ее голова откинулась назад, я хотел видеть ее лицо, поглощенное страстью, когда мой язык порхал над ней, вырывая крики удовольствия из ее горла.
Я выпустил одно запястье, развел ее ноги шире в коленях, чтобы у меня была одна свободная рука. Она сама сделала то же самое со второй ногой. Одним пальцем и языком я кружил вокруг клитора, мягко нажимая на него, затем я стал сосать сильнее, пока ее бедра не начали двигаться, усиливая удовольствие. Ее тело выгнулось на кровати, и когда я вошел в нее двумя пальцами, она взорвалась вокруг них с безмолвным криком. Все ее тело было напряжено бесконечное количество времени, я сбавил темп, чтобы посмотреть на наслаждение, отражающееся на ее лице.
Я смотрел, пока она не расслабилась в постели. Я смотрел, пока небольшая улыбка на ее лице не превратилась в сон. Я смотрел, пока не убедился, что могу держать свое желание в узде. Я смотрел, пока не понял, что смогу спрятать все случившееся глубоко внутри. Пока я не смог смириться с необходимостью попрощаться, хотя это было последнее, что я хотел сделать.
14.
Я мог выдержать все это, даря ей оргазм, но, не просыпаясь рядом с ней, такой сонной и мягкой. Она обернулась вокруг меня, как виноградная лоза, лежала рядом, перебросив одну ногу через мою, ее грудь была прижата к моей, а лицо спрятано в моей шее. Я запрятал это чувство подальше, все это было слишком, я вырвался из объятий и желания, которое они вызывали.
Я не хотел ничего больше, только разбудить ее и повторить с ней прошлую ночь, но это завело бы нас обоих далеко, и я не уверен, что мы смогли бы остановиться.
Я ел жалкое подобие завтрака: сопливые холодные яйца и кофе, напоминающий мочу, когда она проскользнула на кухню, одетая для встречи с родителями. Она выглядела нерешительной, когда подошла поближе, почти обнадеживающе.
Стыд и сожаление мучительно переплелись в моей груди, когда она улыбнулась мне, ее щеки порозовели от следов моей бороды. Впервые, с тех пор как я встретил ее, она казалась мне счастливой, и это чертовски бесило меня, потому что я позволил себе приблизиться к ней, заботиться о ее чувствах.
Она возилась с подолом платья, пока я делал ей чашку кофе и тарелку дерьмовой еды.
– Ты собралась? Посольство открывается в семь, и мы хотим, чтобы ты оказалась там как можно скорее.
Замешательство отразилось на ее лице, и, хотя я хотел подойти к ней и спрятать ее в своих руках, я сопротивлялся.
– Да, у меня все есть. Как я выгляжу?
Ее лицо пылало, как вчера вечером. Все, чего я хотел сейчас - это затащить ее обратно в комнату и забрать свое обещание не трахать ее назад. Вместо этого я нахмурился.
– Ты выглядишь хорошо. Кайл и Вик будут ждать снаружи, а я провожу тебя. Когда буду уверен, что ты в надежных руках, я уйду.
Она сморгнула слезы, но я проигнорировал их. Я пытался делать вид, что это были слезы волнения, но мог сказать по бледности ее лица и по волнению, что она была в оцепенении.
Она съела свой завтрак в тишине, я был благодарен и зол по поводу каждой мелочи. Она закончила и выбросила одноразовую тарелку, ее плечи опустились в поражении.
– Пойдем.
Я взял ее за руку и повел с лодки и из дока. Вик и Кайл перенесли наш багаж в машину. Энни и я сели на скамейку за пределами стоянки. Ее глаза метались, глядя на людей, направляющихся к причалу. Одна пара смотрела прямо на нас, и Энни мгновенно опустила взгляд на землю. Она постучала ногой и схватила меня за руку, почти оставляя следы.
Энни повернулась ко мне:
– Насчет прошлой ночи, я хотела бы извиниться...
Я перебил ее:
– Не надо. Дело сделано. Я рад, что тебе понравилось.
– Ты придешь, чтобы увидеть меня, когда вернешься? Я действительно хотела бы увидеть тебя снова. Я думаю, у нас есть притяжение.
Черт, мне не нужно это. После всего, что я сделал для нее, она перекладывала эту вину на меня.
– Энни, я не думаю, что это хорошая идея. Мы и так будем связаны друг с другом навсегда из-за этого. Но это все, что может быть. Память. Ты путаешь благодарность за свою свободу с твоими чувствами ко мне. Ты меня не знаешь. И я тоже тебя не знаю. У нас нет ничего общего. Все было так, как было. Когда ты вернешься домой, ты снова станешь богатой, бойфренд-серфер будет говорить тебе, как он скучал, и ты забудешь, что я существовал.
– Это невозможно. И я сомневаюсь, что Крис остался мне верен спустя все эти годы. Я уверена, у него тонны девушек. И, к тому же, я уже не тот человек, которым была. Никто никогда не делал для меня того, что сделал ты. Ты нужен мне. Я не смогу забыть тебя.
– Ну, тебе следует. Я не такой человек, каким ты меня считаешь.
Кайл подогнал машину, Вик был на пассажирском сидении.
Я открыл дверь для нее, и она скользнула внутрь. Садясь в машину, взял ее за руку. Я не желал вести себя, как придурок, просто не хотел давать ей какую-либо надежду на наше совместное будущее. Потому что его не было.
Когда мы отъезжали от океана, я оглянулся назад и посмотрел на причал. Несмотря на ужасы, которые Энни пережила на этом острове, я не мог не восхищаться красотой океана и рассветом, который приветствовал нас. Но этот тропический рай всегда будет омрачен тем, что произошло с Энни.
Машина подъехала к посольству. У Энни были мурашки на руках, и я обнял ее за плечи, чтобы успокоить.
Затем помог выйти девушке из машины. Вик и Кайл вместе вышли, чтобы попрощаться.
– Спасибо вам обоим за все: лекарства, за то, что заставили меня смеяться. Надеюсь, что увижу вас снова.
Вик обнял ее.
– Удачи, дорогая.
Кайл тоже обнял ее.
– Конечно, мы увидимся снова. Ты девушка Пэта. Я рассчитываю, что познакомлюсь со всеми твоими друзьями.
Ее губы растянулись в улыбке.
– Ты им понравишься.
Я посмотрел Кайлу в глаза, разберусь с ним позже.
– Вы, ребята, оставайтесь здесь. Я провожу ее внутрь.
Мы поднялись вверх по лестнице посольства, Энни держалась за мою руку. Солдат морской пехоты США охранял дверь и пристально смотрел на нас. После того, как мы вошли, я провел ее в офис генерального консула, приемные дни были только в понедельник, среду и пятницу с девяти до одиннадцати. Было очень рискованно назначать встречу, я хотел убедиться, что мы были первые в очереди.