Чтение онлайн

Демон кивнул. В его серо-голубых глазах черти водили хороводы. Взгляд пронзал меня, подобно электрическому разряду.

 — Это подстава чистой воды, — прошептал он. — Не верь глазам своим. Иногда то, что мы видим, неправда.

— Тогда что правда? — спросила я едва слышно.

Обхватив меня за ягодицы, он с силой прижал к себе. Так, чтобы я почувствовала его возбуждение, ощутила рвущееся нетерпение. Тело мгновенно стало мягким и податливым, словно расплавленный воск. И Демон мог лепить из меня все, что угодно. Но он предпочитал развратную, похотливую стерву. Ту, в которую я превращалась от его близости.

— Я хочу тебя, Женя, — произнес он. — Хочу так, как не хотел ни одну женщину. На Людку бы у меня просто не встал.

Облизнув внезапно пересохшие губы, я посмотрела ему в глаза. Можно ли верить этим осколкам льда?

Времени на размышление мне не дали. Рот Демона властно накрыл мои губы и стал терзать их в чувственном, невероятно упоительно поцелуе. Его язык затеял эротичный танец, увлекая меня в свою игру.

В один момент я оказалась сидящей на столе Демона, прямо поверх папки с документами, которую сама же принесла. Юбка задралась, обнажая бедра. А Демон уже ловко избавил меня от трусиков, по привычке положив их в карман.

Поцелуй продолжался, и сквозь мутную пелену уплывающего в заоблачные дали сознания я услышала, как расстегнулся ремень брюк. Одной рукой продолжая удерживать меня, второй Демон поспешно стянул с себя боксеры. Мои колени сами по себе разъехались стороны, предлагая то, что скрывалось между ними. Возбуждение стало невыносимым. Мне хотелось плакать от нетерпения, если бы Демон остановился, я, наверное, взорвалась бы.

Но ему не терпелось не меньше.

Зашуршал вскрываемый презерватив — кое-кто явно готовился к встрече. Подхватив под бедра, Демон одним толчком вошел в меня до самого основания. Мои внутренние мышцы непроизвольно сократились, обхватывая и увлекая его еще глубже. Восхитительное чувство наполненности охватило меня. Закинув руки на шею Дмитрия, я прижалась к нему теснее. Провела ладонями по широким плечам, ощущая под пальцами крепость мускулатуры и жар сильного тела.

Член вышел из меня почти полностью, и снова ворвался внутрь. Вздох восторга сорвался с моих губ. Именно такого секса я и хотела: немного грубого, бурного, экстремального. Сколько раз в своих фантазиях я представляла, как мы с боссом занимаемся сексом на его рабочем столе. Как он энергично работает бедрами, точно отбойный молоток. Как я с жаром откликаюсь на каждое его движение, как едва сдерживаю стоны, кусая губы.

Реальность превосходила самые смелые ожидания.

Глава 21. Дмитрий

Женя — это нечто.

Едва она вошла, как все слова, вся заученная речь вылетела из головы. Я не мог разговаривать, дыхание сперло от одного ее вида. Эта длинная юбка-карандаш, прикрывавшая очаровательно круглые колени, бесформенная блуза, скрывающая пышную грудь, строгая прическа и минимум макияжа — все это не вводило меня в заблуждение. Я буквально физически ощущал те волны эротизма, что излучала эта женщина. Она сводила меня с ума, даже когда была такой холодной и отстраненной, как сейчас.

Да нет, херня, больше чем уверен: притворяется.

Был только один способ проверить это. Конечно, говорить пришлось, но это не главное. Гораздо важнее, что Женечка осталась такой же податливой, легковозбудимой и чувственной. Ее трусики намокли так быстро, что я не мог терпеть. И нарушил правило, которое сам же для себя установил: не трахать никого в кабинете. Вообще не касаться женщин на работе, для этого есть более подходящие места по типу мотелей или, на крайний случай, в машине.

Но Женя слишком манила, чтобы думать о каких-то там правилах.

Она так сладко постанывала, кусала от нетерпения губы и терлась об меня — искушение было слишком велико. Те бешеные порывы страсти, что вспыхивали между нами, были красноречивее миллиона ненужных слов. Наши тела доверяли друг другу, в момент близости становясь единым целым.

И только разум еще сопротивлялся…

И все же, лаской и уговорами, мне удалось добиться желаемого.

Да блять! — Женя хотела меня не меньше.

Так почему, получив оргазм, отвернулась, как чужая?

— Что такое?

Я обхватил пальцами ее подбородок и развернул голову так, чтобы она смотрела мне в глаза. Она плакала.

— Это неправильно… — губы ее дрожали. — Так не должно быть.

— Неправда, — возразил, прижимая ее к себе и гладя по вздрагивающей спине. — Все именно так и должно быть. Давай забудем об этой сцене с Людой. Просто поверь: между нами ничего не было.

Она почти согласилась и приняла. Ее взгляд потеплел, а губы дернулись в легкой улыбке. Еще бы немного, и мне удалось ее убедить.

Но гребанный стук в дверь прервал контакт.

— Дмитрий Николаевич, вы там? — послышался капризно-раздраженный голосок Люды. — Ну Ди-и-имочка..

— Сука! — вырвалось у меня.

Убью эту тварь! Я же объяснил ей, что, несмотря на начало, продолжения не будет. Оставил эту блядину на работе, а она подставила в самый неподходящий момент. Мы договорились, что она больше никогда не называет меня по имени. Ей наверняка стало известно, что Женя здесь.

— Пошла вон! — крикнул так громко, что, кажется, стены содрогнулись.

Все, уволю, и дело с концом. Больше никакой жалости и доброго отношения.

— Не притворяйся, — холодно заявила Женя. — Вы встречаетесь с ней, это понятно.

У меня глаза полезли на лоб от такого заявления. Я попытался обнять Женю, но она оттолкнула и стала поспешно поправлять на себе одежду.

— Больше не вызывайте меня, Дмитрий Николаевич, если у вас что-то зачешется в штанах. Или чтобы позлить подружку. Я главный бухгалтер, а не потаскушка.

— Прекрати! — я тоже рассердился. На себя, на Женю, но больше всего на Люду. — Люду уволю сегодня же, она больше нас никогда не побеспокоит.

— Не стоит! — Женя тоже перешла на повышенные тона. — Между нами больше ничего не будет.

Я снова попытался привлечь ее к себе, но она потребовала оставить ее в покое. Открыла дверь и вылетела в приемную.

В которой все еще ожидала Люда.

Грубо схватив за руку, затащил ее в кабинет. Мне хотелось рвать и метать, я был на грани того, чтобы ударить женщину. Хотя, какая, к херам, из Люды женщина? Это мерзота, которой нет места ни в моей жизни, ни в офисе.

— Какого хера ты творишь?! — орал я, забыв к чертям о правилах приличия.