Чтение онлайн

— Когда я была студенткой, с тобой мы почти не общались. А Джордан по окончании колледжа из Нью-Йорка уехала. Вернулась только полгода назад.

Паула о чем-то задумалась. Филип заметил, как дрогнули тонкие крылья ее носа. Значит, в ней закипал гнев.

— Итак, все ждут продолжения! — Она вскинула голову и впилась в молодую женщину торжествующе-ненавидящим взглядом. — Филип и Джордан, часть вторая!

Джордан чуть сдвинула брови и растерянно улыбнулась.

— Вы о чем?

Паула зло засмеялась. Она была уже в том состоянии, когда напрочь забываешь, что в присутствии посторонних надо казаться лучше, добрее, ласковее. Ее теперь ничто не могло остановить: ревность, многолетняя неудовлетворенность, раздражение, отчаяние — все выплеснулось вдруг из сердца на невинную жертву.

— О том, как, приехав в Нью-Йорк, вы разыскали друга юности и закрутили с ним совсем уже не детский роман! — выпалила она. Ее глаза метали молнии, губы искривились в дьявольской усмешке. — Об этом вы, вероятно, хотели умолчать. Решили, я не догадаюсь, да?

— Паула! — Филип, не произнесший за все это время ни слова, больше не мог терпеть.

Она с вызовом на него взглянула, но присмирела.

— Простите, что так вышло, — произнесла Джордан, окидывая всех сидящих за столом, за исключением Паулы и Филипа, долгим выразительным взглядом. — Честное слово, ничего плохого у меня и в мыслях не было. — Она пожала плечами и грустно улыбнулась. — Я вообще не хотела идти сюда… Чужой дом, незнакомые люди. Но Луиза настояла, поэтому я и… Впрочем, глупо сейчас искать виноватых. Я, пожалуй, пойду. Так, наверное, будет лучше.

Луиза отчаянно замотала головой. Но Джордан решительно встала и потрепала подругу по плечу.

— Так будет лучше, — ласково и в то же время твердо повторила она. — Созвонимся.

Паула скрестила на груди руки, поджала губы и вперила глаза в стол, всем своим видом говоря: катись отсюда, и побыстрее. Без тебя в самом деле будет лучше. Остальные молча и с восхищением наблюдали за Джордан. Та держалась просто и с достоинством, будто совсем не чувствовала себя оскорбленной или униженной.

— Всем приятного вечера.

Луиза приподнялась было со стула, но Джордан жестом ее остановила.

— Не провожай меня, я сама найду дорогу. — Она улыбнулась, подмигнула, вышла из-за стола и легкой уверенной походкой направилась к выходу.

— Джордан! — сам такого от себя не ожидая, но чувствуя, что по-другому просто не может, воскликнул Филип.

Она приостановилась на пороге гостиной, медленно повернула голову. Минуту царило напряженное молчание.

— Подожди!

Филип вскочил со стула, в несколько шагов нагнал Джордан, крепко взял ее за запястье и повел в прихожую.

— Ты сошел с ума! Ты хоть понимаешь, что делаешь? — Когда они вышли за дверь, Джордан резко отдернула руку и потребовала: — Вернись к гостям, к жене, не делай глупостей!

— Ты на машине? — будто не слыша ее взволнованных слов, спросил Филип.

— Да, но какое это имеет» значение?

Джордан все пыталась заглянуть ему в глаза.

Но он смотрел прямо перед собой и торопливо двигался вперед, к калитке, за которой у обочины выстроились в ряд несколько автомобилей.

— Увези меня отсюда, . — попросил Филип, когда они вышли на тротуар и остановились у синего «форда-фалкона». — Хотя бы ненадолго, всего на четверть часа.

— Нет, — твердо ответила Джордан. — Ты не в себе, не соображаешь, что творишь.

Филип подошел к ней почти вплотную и посмотрел в ее глаза серьезно и с мольбой.

— Прошу тебя. Ради той нашей светлой любви, — произнес он шепотом.

Щеки Джордан мгновенно залило румянцем. Она вдруг стала в точности такой, какой он увидел ее впервые, не хватало лишь длинных волос и желтого платьица. Ее взгляд наполнился знакомой нежностью, и, смутившись, она отвернулась.

— Ладно, поехали. За твою семейную жизнь я в конце концов не в ответе.

Филип не смотрел на окна дома, ему было плевать, видит ли его жена или кто-то из гостей. С повторным появлением в его жизни Джордан Майлз он словно стал другим человеком.

Тремя минутами позже они уже неслись в потоке машин по вечерним улицам Нью-Йорка. Джордан больше ни о чем не спрашивала и как будто даже забыла о Пауле и пренеприятном с ней разговоре. Ее тревожило что-то другое — что конкретно, Филип не мог угадать.

Как странно и непредсказуемо все складывалось! Джордан возникла у него на пути именно в этот день, когда он зашел в тупик, уже совсем было отчаялся. Джордан Майлз. Привет из прошлого, свет надежды, глоток свежего воздуха… И все, что так тяготило и мучило его, вдруг предстало перед ним во всей своей уродливой наготе.

Он и вообразить не мог, что его спасет именно она, самая лучезарная из женщин. Кто-то явно послал ее ему — невидимый добрый волшебник.

Джордан остановила машину. Филип осмотрелся. В своей задумчивости он совершенно не следил за дорогой, не видел, куда она его везет. Ему по большому счету было все равно.

Безлюдная зеленая улочка. Дома по обе стороны чистенькие, довольно новые.

— Тут живет одна моя приятельница, — пояснила Джордан, не поворачивая головы. — Я, пожалуй, к ней загляну. Она давно меня зовет, а я все никак не найду времени. Сегодняшний вечер все равно надо убить.

Филип кашлянул, стараясь привести в порядок внезапно спутавшиеся мысли. Следовало что-то предпринять: в чем-то признаться Джордан, о чем-нибудь попросить ее. Нельзя было терять ни мгновения.

— Уделишь мне еще несколько минут? — спросил он, повернувшись к ней лицом и прислоняясь спиной к дверце.

Джордан, по-прежнему глядя сквозь лобовое стекло на дорогу, пожала плечами.

— Если надо, конечно.

— Надо, — твердо сказал Филип. — Ты даже не представляешь, как я счастлив, что именно ты и именно сегодня появилась в нашем с Паулой доме.

Джордан медленно повернула голову и взглянула на него с изумлением.

— Я понятия не имела, что еду к тебе. Если бы Луиза назвала мне твое имя, я скорее всего… — Она запнулась, повела бровью. — А вообще-то в том, что оказалась у вас в доме, я не вижу ничего преступного. В конце концов, тогда, много лет назад, ничего такого между нами не было… И потом… — Она опять замолчала и торопливо отвернулась.

— Ты уверена? — спросил Филип, не отрывая от нее глаз.

— В чем?

— В том, что не было ничего такого?

Джордан уставилась на руль, будто увидела на нем что-то, чего никогда раньше не видела. И, помолчав, со странной грустью, но явно стараясь казаться равнодушной, ответила:

— В любом случае сейчас это не имеет значения. Прошло столько лет. Мы теперь совсем другие.

— Я, может быть, и другой, — сказал Филип, с жадностью рассматривая ее лицо. — А ты, у меня такое чувство, совершенно не изменилась.

Джордан взглянула на него и рассмеялась.

— Неужели? Кошмар! Выглядеть в тридцать три года на пятнадцать — это же патология!