Чтение онлайн

Глава поднялся с кушетки, легонько потрепав мою макушку. Он не мог долго злиться на меня и постоянно прощал за мелкие пакости, но за последние дни я безрассудно создала огромнейший ворох проблем. Среди всех Охотников Орлеана только Джордж мог отчитать меня одним лишь взглядом.

– Руби, будь осторожна. Твое лечение увеличивается на несколько дней: плечо снова кровоточило.

Я вздохнула, вынимая ниточки из бинта. Это справедливо. Я сама сбежала от Дэйсона, и если бы думала головой, этого бы не случилось. Конечно, Дарви тоже начудил, но я должна была поговорить с ним, а не бросаться прочь. Моя карьера медленно утекала в канализацию, и все вело к тому, что глава задумается поручать мои задания кому-то другому. Например, Майи или Дэйсону, которые спасли мою шкуру и даже не запачкались.

Джордж удалился после того, как вручил мне имбирный чай, посоветовав отдохнуть пару часов. Из окна сочились солнечные лучи, и я поняла, что провела без сознания достаточно долго и пропустила лекции в университете. Наверняка друзья искали меня, но я пребывала не в лучшем состоянии, чтобы сидеть за партой. Мне и правда требовался покой.

Осушив чай, я убрала кружку и хотела немного вздремнуть, но планы нарушил Дэйсон. Его черный плащ блеснул в проеме, и глаза оттенка меда устремились на меня. Живот тут же скрутило от неприязни и злости: я вспомнила его руки, проникшие под полоску моих джинсов. Дарви был пьян, но это не означало, что он мог распоряжаться моим телом.

– Привет, – улыбнулся новенький и настороженно прошел ко мне, словно боялся, что я решу его выгнать. Клянусь, я бы сделала это, если бы он не спас меня в переулке. В каком-то роде он искупил вину, хотя все еще был козлом, способным на рукоблудство после пару рюмочек коньяка. – Как ты?

Я неуютно приподнялась на кушетке, натягивая на тело тонкий плед. Дэйсон обратил на это внимание и, вероятно, вспомнил прошлый вечер, потому что его щеки зардели. Он неловко почесал затылок, ожидая от меня чего угодно, даже «Пошел к черту».

– Порядок, – после выдержанной паузы бросила я.

Я не знала, как смотреть в глаза Дэйсону после случая в баре. Он позволил себе слишком много, одурманенный алкоголем.

Дэйсон вынул из кармана шоколадный батончик, затем протянул мне.

– Джордж сказал, ты без ума от них.

– Пытаешься загладить вину?

– И это тоже. Как раз хотел поговорить о вчерашнем. – Дарви выпустил воздух через рот и терпеливо ожидал, пока я приму презент. – Руби, прости меня. Я не должен был этого делать. Ты можешь не верить, но мне искренне жаль. Я напился, а потом все было как в тумане. Я забыл, кто мы друг для друга, и кто ты.

Я изогнула бровь.

– И кто же я?

– Опасный и невероятно сильный Охотник Нового Орлеана!

Я криво улыбнулась и тут же нахмурилась, когда вспомнила очередное поражение. Меня снова чуть не убили. Не будь Дэйсона рядом, я бы не оказалась здесь.

– Последнее время меня преследует злой рок, и я уже не кажусь такой блистательной. – Мой взор устремился на Дэйсона. – Я снова ранена, и мое лечение увеличено на несколько дней. Не знаю, была бы смерть хреновее в этом случае, но я поняла одно: раз за разом мне тяжелее видеть разочарованное лицо Джорджа. Если я допущу еще одну ошибку – он спишет меня со счетов.

– Тебя-то? – Дарви ухмыльнулся. – Пока ты была без сознания, он носился около тебя как наседка. Ты ему слишком дорога, чтобы он так подло поступил. Джордж может выпереть меня раньше положенного, но не тебя. Он относится к тебе как к дочери.

– Знаю, но это плохо. Он постоянно волнуется и хочет оберегать меня.

– Любой Охотник позавидовал бы тебе, Руби, – произнес Дэйсон. – У многих не было даже опекунов, а у тебя есть Джордж. Он кажется злым, странным и жестоким, но когда дело касается тебя – для него все становится неважным. Наверное, каждый Охотник однажды хотел бы испытать такое счастье.

Дэйсон словно отчитал меня. Я чувствовала себя черствой идиоткой, которая не ценит заботу Джорджа и постоянно подставляет его. Все мое детство он был рядом, всегда бросался на помощь и даже оплатил мне учебу в университете, хотя я не просила. Я не знала, что ощущают дети, у которых есть родители, но когда рядом был Джордж – мне хотелось стать беззащитной маленькой девочкой, которую он защитит от всех невзгод и поцелует в лобик. Когда я была крохой, он пел мне веселые песенки перед сном и позволял скручивать свои волосы в подобие косичек. Однако у многих Охотников жизнь складывалась иначе. Они становились сиротами в младенчестве, и вскоре о них узнавали штабы. В большинстве случаев детей разбирали в общины как товар и растили из них убийц. Будущие Охотники жили только тренировками и не знали той любви, которую мне повезло получить от Джорджа…

Я облизнул губы и кинула взгляд на перевязанное плечо.

Больше я не должна подводить Джорджа.

Дэйсон все еще стоял с протянутой рукой, и мне стало его жаль. Я вздохнула и указала на батончик.

– С орехами?

– С орехами и изюмом. – Он засиял. – Только обещай, что не выбросишь его в кусты?

– Я слишком голодна, чтобы это сделать, – ухмыльнулась я и приняла батончик. – Тебе лучше уйти. В смотровой не должны находиться посторонние.

– Я хотел отдать еще кое-что. – Дэйсон вынул из кармана скомканную черную веревку, где болтался мой потерянный кулон. Я совсем забыла о нем, когда дралась с фейри. – Я нашел его рядом с тобой и немного подлатал. Теперь можешь носить как раньше.

Дарви положил украшение на полочку, ведь понимал, что сейчас я не смогу его надеть. Повязка на моем плече стала толще, и вешать что-то на шею было затруднительно.

–Спасибо. Правда. А теперь тебе бы лучше заняться работой и оставить меня в покое. Уверена, Джордж найдет для тебя дело.

– Но, – он поднял указательный палец, – я не уйду, пока не услышу, что ты простила меня.

– Ты манипулируешь?

Дарви задумался.

– Ладно, это выглядит действительно так. Но опять же хочу повторить, что мне очень жаль, Руби.

Я кивнула, выслушав его. Дэйсон мог лукавить, поэтому я не знала, стоит ли его прощать. Он повел себя слишком безрассудно и должен немного помучиться, прежде чем получит мое прощение.

Перед тем, как удалиться из смотровой, Дэйсон вынул из кармана плаща маленький цветочек. Это была прекрасная фиалка, которую он бережно положил на мою кровать, а когда скрылся за дверью, я рвано вдохнула. Эти цветы я обожала всеми фибрами души. Майлз дарил мне фиалки и сопровождал каждый букет трепетными поцелуями…

***

Я не помнила, как провалилась в сон и очутилась в мире, погруженным в вечную зиму. Корявые деревья раскачивались от вьюги и опускали заснеженные ветви к земле, припорошенной снегом. Тусклое огненное солнце пропадало за пеленой снежинок и бесконечных еловых макушек, стремящихся в загадочную даль. Мои ноги были опущены в один из сугробов и голые ступни сжимались от холода. Я стояла неподвижно, погруженная в томительное ожидание, пока деревья не начали расступаться, образовывая полукруглый туннель. Скрежет снега и чьих-то шагов приближались ко мне, вызывая панику, перемешанную с интересом. Некто в белом одеянии уверенно шагал на пустырь, а его шелковый плащ развивался от дуновений ветра. Когда фигура преодолела снежную ширму, я разглядела прекрасное мужское лицо с ярко-зелеными глазами и платиновой копной волос, струящейся по серебряным доспехам. Это был Зимний фейри – прекрасный и в то же время ужасный. Острые черты лица, бледно-голубая кожа и рубины, окольцовывающие голову, навевали меня на самые неожиданные догадки о его происхождении.