Чтение онлайн

– Я верю тебе…

Каждый искал по-своему. Следователи аккуратно опрашивали студентов – под разными, совсем не ведущими к истинной цели поиска предлогами. Дознаватели изучали личные дела и прочее. Петр, впервые за все время своей двойной жизни, воспользовался «дополнительным каналом» получения информации. Он запросил Ассоциацию и, по сути, попросил некоторой помощи. В конце концов, поставщики биоресурсов не менее заинтересованы в наличии здоровых тел для покупателей. Разговор с координатором состоялся у Карповского через полчаса после выхода из офиса СБА, и он остался доволен итогами.

Ему дали разрешение использовать своих осведомителей для сбора нужной информации, и он подключил и их к поиску кого-нибудь, мало-мальски знающего о новом наркотике.

Идея о некоем отборе до сих пор не давала Петру покоя. Он понимал, что у него нет ничего, говорившего о ее правильности, но интуиция подсказывала – он на верном пути. Ведь если понять, какова итоговая цель создателя наркотика, можно выйти на него самого.

Идеология, взгляды, мелкие оговорки и жесты – все это отражается в окружении человека. Все его поступки и слова – их кто-то видит, кто-то может запомнить и случайно оброненную фразу, и какие-то действия. Защититься от этого можно, только если ты знаешь, что нужно скрываться, и хочешь скрыться. На полноценное сокрытие части своей жизни – чтобы никто по обрывкам ниточек не понял, что скрывает личность, – правда, способны немногие. Для этого необходима невероятная сила воли и умение владеть своим лицом.

Карповский рассчитывал, что не так уж много студентов способны скрыть свои увлечения наркотиком. А двое-трое из них на допросе точно раскроются. Оставалась сложность в виде мамочек-папочек, которые не позволят увести свое чадо на допрос без видимой причины. Даже если отсечь часть тех, кто прибыл из государств и за них не будут вступаться, – остается приличное количество детей богатых каперов. Просматривая дела студентов, все дознаватели сразу машинально откладывали в сторону те, которые принадлежали выходцам из анклава. Эти – в группе риска. Им меньше придется терять в случае зависимости.

Петр оглядел списки, выбрал среди них не отработанные другими и глянул на распечатку списка студентов, вероятнее всего подсевших на новую «дурь», от своих осведомителей. Список был не очень большой. Порядка сорока человек. Карповский отметил нескольких и подал запрос в медицинскую часть Университета с просьбой взять кровь на анализ у некоторых студентов…

И стал ждать результатов.

Пока ждал, отправил первый краткий отчет Цодокову, добавил туда список от своих осведомителей, убрав для проформы пару имен и добавив из списка неотработанных.

Первое сообщение пришло через пятнадцать минут – это был ответ Дмитрия. Он дал разрешение на проверку всех на наркотики. Также дал санкцию на передачу основных симптомов и показателей крови медпункту Университета. Петр отправил информацию вдогонку к просьбе взять кровь, присовокупил все четыре десятка имен и сообщение, что он подъедет в течение получаса.

Одевшись, спустился в гараж за мобилем.

Университет встретил Петра хмуро и неприветливо. Он словно ощетинился кустами, деревьями и даже травой на клумбах. Возможно, просто Карповский никак не мог забыть события почти трехмесячной давности. Свою ошибку, приведшую к смерти студента. Донора отличного комплекта органов…

Карповский прошелся по дорожке, заглядывая в окна корпусов. Сегодня он явился сюда по своей «балалайке» и даже без легенды. Просто поприветствовал охрану на входе, сказав, что у него дела.

Медпункт он нашел довольно быстро – даже не подглядывая в схему «балалайки» – и, поднявшись на восьмой этаж на лифте, на короткое мгновение задумался. Ведь ему придется вывести на чистую воду студентов и сделать это так, чтобы они сами выложили нужную информацию. И все здесь, в Университете. Несмотря на данные Цодоковым полномочия, Петр не хотел куда-то вывозить студентов. Шум пойдет, слухи ненужные…

Значит, надо постараться сделать все аккуратно.

Когда он вошел в медпункт, его ждал доктор Салазар, с которым он общался по поводу анализов, и несколько медсестер. Петр поприветствовал их и сразу перешел к делу:

– Как результаты?

– Из тридцати двух проверенных студентов у тринадцати мы обнаружили в крови следы наркотика. Но если бы вы не сказали, что искать, мы бы не заметили столь незначительные отклонения от двух параметров.

– Вы определили только по ним? – сразу уточнил Карповский.

– Заметили это, а потом проверили уже по остаткам продуктов распада наркотика, – кивнул врач. – Вы будете беседовать тут или заберете их с собой?

– У вас есть отдельный свободный кабинет? Я бы побеседовал там. Перешлите мне результаты. И я вам назову имя того, с кого хотел бы начать. Они в курсе, на что их проверяли?

– Нет, – ответила одна из медсестер. – Им сообщили о выборочной проверке, которая у нас иногда производится. Мы же заботимся о своих студентах.

– Подозрений это не вызвало? – уточнил Карповский. Он получил файл на «балалайку» и переслал медикам СБА. Теперь ждал от них решения – кто из ребят позднее всех принимал «дурь».

– Нет, тем более что они все с разных курсов и факультетов.

Дознаватель кивнул. Он до сих пор не мог понять – что именно объединяло этих студентов. Почему именно они начали пробовать наркотик? Впрочем, после беседы все прояснится. Пришло сообщение. Короткое, с именами трех студентов – две девушки и один парень. Петр, подумав, выбрал одну из дам.

– Я хочу поговорить с Лилиан Стагев. Проводите меня в кабинет и попросите ее туда зайти.

Доктор Салазар кивнул одной из медсестр, и женщина, мило улыбнувшись дознавателю, предложила пойти за ним.

Лилиан Стагев оказалась высокой, ослепительно красивой брюнеткой с яркими зелеными глазами. Она вошла в кабинет, огляделась задумчиво и, увидев Петра, улыбнулась.

– Добрый день. А вы кто?

Петр улыбнулся в ответ, предложил ей сесть в кресло рядом со столом, за которым он расположился. Ему не давал покоя вопрос: «Чего же тебе не хватало? Чего не хватает в этой жизни, если ты закидываешься наркотиком?»

– Я Петр Карповский, дознаватель СБА.

Ее проняло сразу же. До этого уверенная в себе, спокойная, несколько высокомерная, она как-то сразу съежилась, испуганно взирая на мужчину перед собой.

– Зачем вы здесь?

Петр покачал головой:

– Вопросы здесь задаю я. А вы – отвечаете. Ясно? – Он не повысил голос, только чуть изменил тон, делая его из доброжелательного холодным. Нет, он пока не угрожал, и даже не допускал тень угрозы, но четко обозначил границы их общения.

– Ясно, но я ничего…

– Помолчите, – и вновь Петр не позволил себе даже тени угрозы, но Лилиан поспешно закрыла рот, только кивнув. И дознаватель продолжил: – В вашей крови наркотик. Новый наркотик, убивший за месяц восемь человек. И целый месяц мы пытаемся выйти на распространителя. К сожалению, только сейчас наши врачи закончили изучать эту «дурь» и смогли предоставить нам возможность найти тех, кто на этой гадости сидит. И вы – одна из них. По моим данным, вы принимали эти таблетки шесть-семь раз. Это так?