Чтение онлайн

– Опять своими гоночками увлекся, - привычным уставшим тоном протянула сестра.

– Я их и не забывал, - я сбросил скорость, чтобы съехать с освещенной трассы в поселок.
– Как только появилась возможность...

– Ты уволился, что ли?
– не дала мне договорить Динка.

Я фыркнул в ответ:

– Не дождешься. Взял себе выходной.

– А-а, - протянули в трубке слегка разочаровано.

Сестре вообще не нравилась моя работа. Ни тем, что виделись мы в последний раз полтора месяца назад, ни тем, что на меня теперь Даню не спихнуть. Второе тут, естественно, преобладало. А ко всему еще и бесплатный транспорт исчез из ее жизни. Мне ли не знать, как дорого обходится такси, когда ты находишься на родительском финансировании. Я до двадцати лет без личных колес ходил, в отличие от большинства друзей.

– Где малой?

– Маме на два дня поручила. Он ее так и называет бабушкой, а она бледнеет каждый раз.

Мне до сих пор было сложно осознавать, что маман стала бабушкой, а каково это ей принять... Хотя, сколько лет прошло, уже пора бы привыкнуть.

Я оглянулся на проплывающие мимо домики.

– Сто процентов, отец замешан.

– Я тоже об этом думала

На кромке еще светлеющего после заката неба из-за деревьев выглянул угрюмый черный силуэт завода. Я заметил мелькающий то тут, то там свет от фар уже подъехавших машин.

– Давай, систер, я на месте.

– Ага, - протянула она грустно.

– Удачи с твоим Виктором. А мне ночью не набирай по сто раз, я буду занят.

На старте уже стояли серебристая Infiniti моего друга из соседнего города и желтая Ferrari одного выпендрежника из загородного коттеджного поселка. По сути, самые статусные авто были у этих двоих, у меня и еще та же едущая за мной ауди, потому и соревноваться нам приходилось между собой. Но лично я всегда отдавал предпочтение Давидычу.

Он как раз на пару с соперником сорвался со старта, подняв в воздух килограмм пыли.

Я припарковался рядом с остальными, вышел из авто и оперся на передний бампер в ожидании. Кивнул, приветствуя некоторых знакомых. Парни потягивали какие-то энергетики, девчонки, которых первые "незаметно" лапали при свете фар, хихикали, бросая на меня скользящие взгляды. Никого из представительниц прекрасного пола раньше здесь не видел, были другие. Да и по их реакции на мой приезд можно понять, что меня они видят в первый раз. Хотя, неудивительно, если вспомнить, сколько я здесь не появлялся.

– Сегодня не работаешь?
– Воронцов-младший, вышедший из ауди, протянул мне пачку "Бонда".

Я отрицательно махнул головой - не курил уже целое лето, и особо не хотелось.

– Взял отгул.

Тот в ответ пожал плечами и вытащил одну сигарету.

– И то верно, - из кармана летних зеленых брюк выудил зажигалку, щелкнул огнем, прикуривая, сделал глубокую затяжку.
– А я только с начала сентября устроился.

Я удивленно на него посмотрел: чтобы заставить Воронцова работать, нужно было едва ли не нож к горлу приставлять.

– Кем?

– *лять, не поверишь, - замотал он головой, корча недовольную рожу.

– Да ладно тебе, - недоверчиво протянул я.

– Охранником.

Он выжидающе уставился на меня и, добившись полного офигения, продолжил.

– У бати в торговом центре. Я охренел.

– Я тоже, - пришлось признаться.

– Сказал, пока так полгода не проработаю, квартиру не получу.

– Жестко.

– Он меня в первый же день спалил, - хмыкнул Воронцов.
– Увидел в камеры наблюдения, ска, как я сижу в кафе возле кинозала, позвонил и сказал помахать ручкой.

Я не сдержал смешок. Парень, глядя на меня, грустно вздохнул и медленно затянулся.

– У меня в восемь утра смена начинается, а в три - заканчивается. Каждый день.

– А выходной когда?

– В этом-то вся соль, понимаешь, - он сбил пепел с сигареты.
– Сентябрь, октябрь, ноябрь, декабрь, январь и февраль я работаю без выходных.

– Не п**ди, - фыркнул я.

– Не веришь? Вот никто не верит, - обреченно произнес брюнет.
– Приходи в любой день в "Юнону", посмотришь на меня в форме. Как обезьяна там, - он пошатал головой из стороны в сторону.
– Е***ный стыд.

– Я днем сплю, - ответил я, наблюдая, как серебристая тачка приближается к финишу.
– У меня с девяти вечера и до пяти утра.

– Херово.

Я молча согласился.

Давидыч пролетел первым, и постепенно сбрасывая скорость, описал круг на большой площадке при заводе. Сразу же за ним ехал понтёр, и вместо того, чтобы пощадить машину, с визгом притормозил нос к носу с моим порше. Я критически осмотрел передний бампер, которому практически угрожали, и бросил на выходящего из желтянки тяжелый взгляд, который не сулил чуваку ничего хорошего.

– Хай, бургеры, - махнул он рукой, насмешливо ухмыляясь.

Но от тачки не отходил, ссыкло. Отвечать ему желания не было, поэтому мы с Воронцовым в ответ только кивнули.

Бесил он всю обеспеченную братию по полной, к тому же сам парень не знал границ ни личного пространства, ни норм поведения. И называли его поэтому Жуком, уже полтора года как убрав характеристику Навозный. Она подразумевалась сама собой.

В это время как раз подкатил Давидыч.

– Наконец-то!
– он едва ли не ураганом подлетел к нам, радостно протягивая руку.
– Решил показать свою рожу на свет Божий?

– Тебе только Бога вспоминать, атеист хренов, - нарочито возмущенно воскликнул я, крепко пожимая ладонь.
– Мне кажется, или это солнце наконец-то сделало из тебя человека?

– Иди к херам, - довольно хмыкнул парень, опираясь на правую ногу.

Обычно худой бледный Тимоха сейчас выглядел свежее и здоровее. Чуть подправился, подзагорел, даже рыжие волосы выгорели на солнце.

– Ну что, прогревай свой драндулет, - он кивнул за мою спину, довольно лыбясь.
– Если, конечно, не боишься, что после перерыва тебе ничего не светит.

– Я тебя в последний раз вынес вперед ногами, не забыл?

Он закатил глаза:

– Можешь вспоминать теперь это до конца жизни как свое самое большое достижение. Ну что? Просмотришь трассу? У нас некоторые изменения.

– Что за изменения?

– Садись, - Давидыч развернулся, уходя к своему авто.
– Щас покажу.

Ступеньки давались тяжело. Лифт, какого-то хрена, не работал, а мне в выходной, да еще и перед сном столько физической нагрузки не в радость. К тому же настроение находилось на уровне абсолютного ноля.