Чтение онлайн

– Простите, не увидела вас.

И что он так пялится?

– А вы уже закончили?

– Да, пошел за пацанами и инструментами, – кивает он, не двигаясь с места. А я не понимаю, что с ним. А потом вдруг щелкает замок, и на пороге появляется Андрей с двумя пакетами. Судя по форме, с продуктами. Черт, а я и правда голодная. Он как обычно в костюме, хмурый.

По телу проходит дрожь, ведь я не рассчитывала его увидеть еще неделю.

Настроение сразу на несколько отметок возрастает. И даже его тяжелый взгляд не мешает.

– Ром, ну что там? – Он мельком смотрит на ведро, разувается.

А Рома вроде как в себя приходит.

– Дел на пару дней. Пошли.

Они уходят на кухню, а я не знаю, что делать. За ними идти? Здесь остаться? Делать нечего, принимаюсь собирать диван, на котором спала. Но они уже возвращаются, и я не тороплюсь, слушая разговор мужчин. Интересно же.

– Ну все тогда, сейчас за парнями схожу, постараюсь сделать все побыстрее.

– Минут через двадцать только.

– Лады.

Двадцать?

Андрей провожает Рому, закрывает дверь как-то сильно громко, а потом заходит в комнату.

– Ты решила, что кто-то другой заплатит за тебя больше?

Я даже простынь роняю.

– Не поняла.

– Что ты не поняла? Какого хрена ты голым задом и сиськами светишь?! Или тебя не только читать не учили, но и одеваться?

– Но у меня же все прикрыто! Я же не голая!

– На тебе нет белья! Ты серьезно не понимаешь, как выглядишь и что с тобой хочет сделать любой зашедший сюда мужик?! А давай я покажу, а? Так сказать, наглядно!

– Стой. – Его ярость мне не нравится. – Я не хотела, правда. У меня ничего не было видно…

Но Андрей будто не слышит меня, толкает на диван и наваливается сверху.

Андрей преодолевает разделяющее нас расстояние в пару секунд и толкает меня на кровать. Я только ахаю и хочу еще объяснить ему, что не хотела никого соблазнять, но он уже задирает на мне пижаму.

– С твоими сиськами надо паранджу носить, – ругается Андрей, тут же закрывая мне рот поцелуем. Жадным, голодным, очень грубым.

А я еще немного сопротивляюсь, хочу напомнить, что сейчас придет Рома, но Андрея уже не остановить.

А я уже и не хочу.

По коже прокатываются горячие волны, буквально стекая в местечко между ног, которое Андрей уже покоряет пальцами, утопая во влаге.

Господи. Он такой тяжелый. Его губы такие мягкие и горячие, что я просто таю, забывая об оправданиях.

Нежная кожа касается грубой ткани его костюма. Почему он не раздевается? Разве ему не хочется? Впрочем, плевать!

Особенно когда он покидает мои губы и начинает терзать грудь.

Соски. Втягивает в рот, отпускает с влажным звуком.

Господи. Никогда не думала, что они такие чувствительные. Но они так ноют. Словно просят еще. Особенно когда Андрей покидает и их, чтобы коснуться языком живота и ниже. Ниже.

– Ты моя, поняла? Посмеешь с кем-то трахнуться, убью нахуй! – рычит он, буквально вгрызаясь между ног. Меня как на волне подкидывает. Я ахаю от остроты ощущений, вцепляюсь в его волосы, потянув их на себя, часто-часто дыша.

– Ты моя, только моя, – рычит он в меня, лаская языком так, что меня оргазм насквозь, как ток, прошибает.

И я не успеваю даже отдышаться, как он разворачивает меня на живот, подтягивает за талию и буквально натягивает на свой до одурения твердый член.

Мне так много хочется ему сказать, но все, что я могу, – это стонать и повизгивать на каждый его жесткий толчок. Словно удар плети по тесным стенкам влагалища. Сильнее. Еще сильнее. Почти слышу свист кожи.

Только спустя минуту он вдруг отталкивает меня. Выругивается, шлепая по заду до горящей кожи.

Слышу только стук собственного сердца. Шелест фольги.

– Я никого не хотела соблазнять. Даже тебя, – пытаюсь напомнить. – Я не думала, что это плохо. Нас…

– Да, да. – Не понимаю интонацию, только чувствую, как меня распирает, растягивает член, теперь упакованный в тонкую защиту.

И сказать я вряд ли что-то способна, потому что он буквально долбит меня. Не слушая, не тормозя.

Словно отбойный молоток.

Так резко и дико. Эмоции раздирают на части. Как животное, наконец добравшееся до своей добычи. Снова и снова натягивая меня, держа за бедра и оттягивая за волосы. Меня словно в кандалах зажимают. Не двинуться, ни дышать толком не могу.

– Андрей…

– Заткнись. – Грубый окрик и новый удар по ягодице, на этот раз сильнее. Он не жалеет меня, мучая и мучая нежное лоно стальным естеством. – Не дергайся, малыш, я почти все.

Грубость и боль я могу принять, я к ней привыкла, но это нежное «малыш» рушит внутри какой-то барьер. Разрушает плотину сдерживаемых эмоций. Они затапливают меня, а движения, что казались болезненными, вдруг становятся приятными, почти необходимыми. По бедру стекает влага, на коже испарина, а я сильнее прогибаюсь в пояснице, теперь ловлю каждое движение члена внутри. Ощущая тугие канаты вен даже сквозь прозрачную преграду.

Новый удар по заднице. Шею, зажатая ладонью. Это все, чтобы не дергалась, потому что сейчас он здесь бог и царь. А я и не сопротивляюсь, потому что лоно стягивает новой порцией удовольствия.

Оно растекается по венам патокой, делая меня жадной до вот этих секунд, когда мысли покидают голову, оставляя только звенящее до шума в ушах наслаждение.

Я кричу, пока Андрей снова и снова врезается в меня. Стискивает до боли грудь, совершенно со мной не церемонясь.

Если я раньше и представляла, как трахают нас, шлюх, то теперь испытываю это на себе. Ни капли нежности или жалости. Лишь звериные рыки и грязный трах.

И, наверное, я настоящая шлюха, потому что мне это дико нравится, потому что я не хочу, чтобы он был со мной другим. Только не он. Потому что я чувствую – ему нужно именно так. Такому правильному и строгому на вид нужен грубый секс с той, кто будет терпеть все. Для этого он спас меня?

Андрей часто дышит, а потом встает и уходит, оставляя меня одну. Голую, изможденную от двух оргазмов. Я не могу пошевелиться и просто валюсь на живот. Но ненадолго, потому что Андрей возвращается и что-то в меня бросает. Вещи.