Чтение онлайн

Неважно, кто первый потянулся за этим поцелуем. Едва губы коснулись губ, я осознала, что пропала давно и пропала навсегда. Моя мечта, моя влюбленность, моя личная сказка, которая никогда не воплотится в жизнь. Я была рада встретиться с ней хотя бы во сне. Хотя бы во сне немного побыть счастливой.

— Прощай, — выдавила я из себя, а сама крепко обнимала, прижималась к мужчине всем телом, вжималась в него, как если бы желала врасти, соединиться, стать единым целым.

— До свидания, Адель, — ответил он куда-то мне в макушку, ласково гладя меня по волосам и спине. — До свидания…

Аделина

Первые недели были самыми сложными. Каждое утро, поднимаясь с кровати, я отчаивалась побороть свой страх перед Дамианом, но в конце концов нашла в себе силы если не выступить против него, то хотя бы стать равной.

Невыносимым для меня стал самый первый день моего окончательного пробуждения. Проснувшись утром, я ощутила прилив паники, но он схлынул так же быстро, как и пришел, едва в моих покоях появилась Элен. Женщина буквально лучилась теплом и каким-то потусторонним светом. И дело было не в золотых украшениях, что сверкали под лучами солнца, заглядывающего в широкое окно. Она сама по себе была солнышком — ярким, теплым и дарящим спокойствие и счастье.

— Моя девочка уже проснулась? Как ты себя чувствуешь? — улыбнулась она, бесцеремонно забирая у меня одеяло и подталкивая к тому, чтобы я поднялась с постели.

— Уже лучше, — не покривила я душой, отвечая.

У леди Даир все получалось так легко, так играючи. Сопроводив меня в ванную комнату, она распорядилась о завтраке. Две служанки помогали мне принять ванну, а еще две — застилали постель и готовили наряд. Невероятное по своей красоте карминовое платье воздушным облаком лежало на кровати, когда я наконец выбралась в спальню. Платье, действительно достойное императрицы.

Россыпь зачарованных рубинов и бриллиантов — наверное, им пришлось хорошенько встряхнуть казну, чтобы расшить этот наряд каменьями. Платье на сто процентов являлось свадебным, но было куда роскошнее того, что я должна была надеть. Из меня хотели сделать принцессу, и у них это получилось.

— Времени нет, но позавтракать ты должна, — строго напутствовала меня Элен, самостоятельно наливая мне в чашку отвар из белозии. — Вчера, пока ты спала, был собран императорский совет. За твою кандидатуру проголосовали все, но решение по-прежнему за тобой. Чтобы ты ни выбрала в следующие три месяца, стратегия у нас одна: тебя должны любить, тебя должны боготворить, а для этого ты просто должна оставаться собой, — улыбнулась она, потрепав меня по влажным волосам.

Должна, должны… Когда? Мне непонятно, когда моя жизнь перевернулась с ног на голову и я вдруг стала всем что-то должна? Почему нельзя просто отпустить меня с миром?

— Ты супруга императора, и это уже не изменить, — ответила женщина, словно прочитав мои мысли. — И я надеюсь на твою благоразумность, Аделина. Тебе незачем сбегать. Твою семью будут рады видеть при дворе, можешь попросить у Дамиана для них любые блага. Да и ты сама. Почти все твои приказы будут выполнять беспрекословно. Ты и только ты можешь повлиять на жизнь обычных людей, наших подданных. Только подумай, сколько всего ты можешь сделать. Лекарские пункты, школы, академии. Твоя помощь нужна везде. Дамиану некогда будет заниматься этим, но ты — твои возможности безграничны.

— А что будет делать в это время императрица? — вопросила я, усмехнувшись.

Красивая сказка: бедная простушка находит своего принца и становится императрицей, чтобы заботиться о народе. О чужом народе.

— Тебя это не должно волновать, милая. Научись думать о себе и о том, что действительно важно для тебя. Поверь мне, кроме тебя самой, о тебе никто не позаботится. И о людях никто не позаботится…

Волосы мне убрали в высокую прическу из крупных локонов. Платье село как влитое, а поверх прически водрузили изящную диадему. Я прекрасно осознавала, что сейчас, уже буквально через несколько минут, вновь встречусь с Дамианом, и эта встреча не сулила мне ничего хорошего. Более того, все мое естество противилось тому, чтобы увидеть его еще хоть раз.

— Ты очень красивая, моя девочка. Красный цвет делает тебя невероятно нежной, — улыбнулась Элен, выпуская наружу один из локонов в моей прическе. — Я всегда буду рядом.

И она действительно была рядом. Сопровождала меня до холла, что находился на четвертом этаже. Дамиан уже стоял у высоких двустворчатых дверей, что вели на полукруглый балкон. Мне даже на секунду показалось, будто я здесь одна, а там, за дверьми, меня ждет Ранисах, как в моем сне, но реальность не щадила.

Остановившись рядом с Дамианом, я не смела поднимать на него взгляд. Не хотела смотреть ему в глаза, видеть его лицо. Его присутствие здесь уже само по себе являлось для меня испытанием, но мужчина, видимо, думал иначе, потому что позволил себе коснуться моей руки, приподнять кисть и поцеловать тыльную сторону ладони.

— Леди Неож, вы невероятно прекрасны, — произнес он приглушенно. Так, чтобы это слышала только я.

Промолчала, хотя остро ощущала на себе его взгляд. Дамиан ждал ответа, но тянуть и дальше не мог. Я слышала гул толпы. Не представляла, как себя вести, что говорить, однако мужчина меня удивил, полностью взяв все на себя.

Ощущала омерзение, когда он переплел наши пальцы и осторожно повел меня через арку. Полукруглый балкон был относительно небольшим, но нам пришлось подойди к самому его краю, чтобы мы были видны абсолютно всем. Тысячи, наверное, даже десятки тысяч людей. Целое разноцветное море вдруг в единый миг посмотрело на нас, радостно приветствуя криками.

— Поздравляем! Поздравляем! — слышалось со всех сторон.

Максимально отстранившись от действительности, я не слушала ту речь, которую с изрядной долей пафоса произносил император. Он объявлял сегодняшний день праздником во всей империи. На центральных площадях, с его слов, уже накрывали столы и готовили бочки с вином в честь его супруги, то есть меня. Меня будто изваляли в приторно-сладком сиропе, не забыв положить сверху вишенку, — настолько противно было. Слышала неподдельное восхищение в словах Дамиана, ощущала его гнилую любовь и улыбалась. Улыбалась, потому что ничего другого не оставалось.

— Указом моей супруги абсолютно каждый человек, независимо от того, где он родился, сможет обратиться за помощью лично к ней в часы аудиенций. Наша империя должна процветать и развиваться, и мы приложим к этому все усилия.

Подстав для меня в этот день действительно было много. Начиная от объятий Дамиана перед многотысячной толпой и заканчивая теми самыми аудиенциями, о которых я узнала только на балконе. За меня, как обычно, решили абсолютно все, но я не противилась. Была не при тех возможностях, чтобы высказывать свое мнение. Теперь я понимала Оливию — меня могли спасти только игра и надежда, что императрица не отступится от своих планов.

После завершения помпезной речи Дамиан не хотел меня отпускать, но вмешалась Элен. Именно она сопровождала меня до моих покоев, что по-прежнему находились в крыле императора. Я не чувствовала себя здесь хозяйкой, хоть леди Диар и пыталась меня в этом убедить. Даже гостьей не чувствовала. Заложницей обстоятельств — вот кем я была и пока не понимала, как из всего этого выбраться.

Подождав, пока я переоденусь, Элен сопроводила меня в библиотеку. Там мы просидели до самого обеда, разыскивая книги о живых артефактах, но поиски наши в тот день не увенчались успехом. Однако кое-что меня все-таки удивило. Получив разрешение войти, библиотеку посетил один из дворцовых прислужников. Мужчина с самым одухотворенным выражением лица передал мне бархатную коробочку от императора, но открывать ее я не хотела. Желала отправить подарок обратно, но на открытии настояла Элен.