Чтение онлайн

– Официально мы уже не сироты, – заявила Милу, улыбаясь до ушей.

– Итак, Милу Поппенмейкер, – сказал Эг, хмыкнув, – не пора ли нам убираться отсюда?

– Секунду, – ответила девочка.

Она захлопнула учётную книгу, взяла её и выскользнула в коридор.

Милу открыла соседнюю дверь. Спальня директрисы оказалась такой же роскошной, как и прочие помещения в Запретной зоне, но девочка не стала задерживаться, чтобы осмотреть её. Она лишь быстро обошла кровать с пологом и направилась к знакомой плетёной корзине для белья. Отодвинув грязные платья и нижние юбки, она спрятала книгу в самом низу.

– На всякий случай, – Милу усмехнулась, оглянувшись на Эга. – Полагаю, новой директрисе придётся попотеть, чтобы её найти!

Бом! Часы начали отбивать девятый час, и потолок задрожал. Когда стены зазвенели от третьего удара, Милу и Эг уже миновали красную линию и вернулись в холодный, мрачный вестибюль, вздрагивая на бегу. Остальные ждали их, ёжась от холода.

Мешок из-под муки висел у Сема на плече, плетёный гробик Милу он держал под мышкой, «Книгу теорий» зажал подбородком, а принадлежавшее Эгу угольное ведро болталось на длинных пальцах мальчика. Лотта сумела обнять двумя руками свой жестяной ящик для инструментов и три меховых пальто директрисы. У Фенны была её корзинка для пикника.

– Это как-то неправильно, – прошептала Лотта, когда прозвучал четвёртый удар. – Бросать здесь остальных сирот.

Эг выхватил у Сема ведро из-под угля. Милу взяла корзинку в форме гроба, а «Книгу теорий» затолкала в рукав.

– У нас нет выбора, – ответил Сем.

Пятый удар прокатился по мраморному полу.

Фенна приподняла крышку корзины: на дне лежали тронутые плесенью овощи и несколько ломтей чёрствого хлеба.

Лотта раздала друзьям пальто директрисы. Фенна и Эг укрылись под одним, другое присвоил себе Сем, а последнее разделили Лотта и Милу.

– Вот и всё, – сказала Милу.

Сертификат лежал у неё в нагрудном кармане, и она накрыла его рукой. Прозвучал шестой удар, и девочка в последний раз окинула взглядом вестибюль.

– Вы готовы?

Остальные уверенно кивнули и устремились к входной двери, а комнату сотряс седьмой удар.

Неужели они сбегают и Милу отправляется на поиски родителей?

Сем положил ладонь на дверную ручку, когда прозвучал восьмой удар.

Милу услышала громкое ржание снаружи, и уши ей закололо так сильно, что она вскрикнула.

– Сем, не…

Но он уже распахнул дверь, впустив облако маслянистого дыма.

Крупная, унизанная кольцами ручища разогнала дым, и на ребят уставилось ухмыляющееся усатое лицо.

– Вот и вы, kindjes, – произнёс Ротман. – А вы быстро собрались.

Дети в немом ужасе смотрели на торговца, а эхо девятого и последнего удара звенело вокруг них. Милу стискивала в пальцах часы, интуиция отчаянно вгрызалась ей в скальп и шею.

Торговец лучился золотозубой улыбкой.

– Вы не хотите впустить меня?

Волна ледяной дрожи, более холодной, чем зимний ветер, дующий снаружи, прокатилась по спине Милу и буквально выставила её вперёд. Девочка ткнула Сема локтем в бок и подняла взгляд на Ротмана.

– Нет, – прошептала она.

Усы Ротмана дёрнулись.

– Нет, – прорычала Милу. И повторила ещё резче: – НЕТ!

Девочка схватилась за дверь и захлопнула её, но что-то хрустнуло, прежде чем створка окончательно закрылась. Снаружи Ротман заревел от боли. Посмотрев вниз, Милу обнаружила, что сапог торговца наполовину находится внутри: дверь зажала лодыжку.

Ротман толкнул дверь, и Милу отлетела на Сема.

– Ты маленькая…

Из-за её спины появились чьи-то пальцы и впились в дверь. А затем все пятеро упёрлись руками в деревянное полотно. Милу пинала сапог из тюленьей кожи, пока он наконец не исчез снаружи. Тяжёлая створка захлопнулась с оглушительным грохотом: задребезжали окна и ставни по обеим сторонам вестибюля.

Сем задвинул засов, и друзья разом отступили назад.

Но Ротман опять ломился в приют.

– Откройте!

Милу посмотрела в боковое окошко. Торговец молотил кулаками в дверь и выглядел зверски. В здании напротив распахнулись ставни. И в других домах тоже. Поняв, что за ним наблюдают, Ротман перестал бушевать. Он оправил сюртук и свирепо уставился на девочку.

Поправив корзинку на плече, Милу прикрыла ставни и обречённо посмотрела на остальных.

– Другого выхода нет, – сказал Сем. – Мы в ловушке.

Задребезжал дверной колокольчик.

– Лебёдка! – крикнула Лотта.

Она развернулась и потащила Милу к лестнице.

Дзинь-дзинь-дзинь-дзинь!

Все пятеро взбежали по крутым ступеням, скрипя корзинами, гремя жестяной коробкой и ведром и размахивая мешком из-под муки. Милу вцепилась в перила, когда они повернули и на полной скорости понеслись по очередному лестничному маршу. Тонкий луч лунного света, сочившийся сквозь треснувшие ставни, озарял прачечную. Чтобы добраться до маленького оконца, нужно было протиснуться между лоханями и столами.

– Наверное, надо лезть по двое, – предположила Лотта.

Она распахнула ставни, и те душераздирающе скрипнули. Корзина для белья уже висела снаружи, освещённая луной и раскачивавшаяся на ледяном ветру, который тотчас обдал детей резким порывом.

– Эг и Фенна, вы первые.

Эг сразу выглянул наружу, а потом протянул руку Фенне.

– Готова?

Колокольчик продолжал бренчать без остановки.

Ротман скоро перебудит всех сирот. Хватит ли им храбрости, чтобы встать с кроватей и пойти на разведку? Кто знает? А ведь они ещё не в курсе, что Гассбик мертва.

Фенна вылезла вслед за Эгом. Затем ребята забрались в корзину для белья. Верёвка застонала. Обоим пришлось потесниться, учитывая, что с ними была корзинка для пикника и ведро из-под угля.

– Готовы? – спросила Лотта и начала поворачивать изогнутую рукоять.

Милу наблюдала, как корзина с пронзительным скрипом едет вниз. Когда она опустилась на лёд и Эг с Фенной выкарабкались наружу, девочка протяжно выдохнула.

Лотта принялась вращать рукоятку назад, лебёдка повизгивала в такт. Милу выскользнула из пальто, которым укрылись они обе, и тысячи мурашек сразу выступили на коже.

Сем опасливо поглядывал вниз.

– Но канал…

– Сем, он замёрз, – раздражённо буркнула Лотта. – Если лёд выдерживает сотни конькобежцев-любителей, значит, пятерых детей он выдержит точно. А сейчас умолкни и принимайся за дело.

Сем забрался внутрь, Милу быстро последовала за ним, не отрывая взгляда от круглой корзины и не обращая внимания на высоту и кусачий ветер, хотя порывы ледяными кинжалами полосовали оголённую кожу.

Бельевая корзина раскачивалась из стороны в сторону, Сем накинул половину украденного пальто Милу на плечи. Лотта протянула им корзинку-гробик и мешок из-под муки, после чего вложила ящик для инструментов в руки Милу.