Чтение онлайн

— Что ж, спасибо, — говорю я, засовывая конверт в сумку. — Обязана ли я посещать собрания газеты?

— Неа. Ты можешь, если хочешь, но это не обязательно. Ты будешь назначенной рецензентом книги, так что тебе не нужно будет быть там, чтобы получить задания или что-то еще, касающееся статьи. Ты сделаешь свою собственную колонку, отправь отзыв, и все. На самом деле от тебя многого не потребуется. Я уверена, что ты все равно читала бы книги, теперь ты просто получаешь за это стипендии и напишешь об этом небольшой текст.

— Это потрясающе. — Я улыбаюсь ей. — Спасибо, что подумала обо мне.

Кейси улыбается. — Без проблем.

Я начинаю обедать, думая о том, какую книгу я прочитаю для своего первого обзора. Кейси, кажется, не возражает против моей озабоченности, и мы едим в дружеской тишине. Время от времени она проверяет свой телефон и ест свой собственный обед, и в целом это приятное путешествие обратно в столовую.

По крайней мере, до тех пор, пока место рядом со мной внезапно не занято, и я поднимаю глаза и вижу сидящего там Люка. Я не хочу смотреть на него в ужасе, когда он улыбается мне, но я это делаю. Мой взгляд перескакивает через кафетерий на Картера, и он смотрит прямо на меня, замороженная в воздухе жареная картошка летит к его рту.

Боже мой.

— Эм, я… ты не можешь… — Я качаю головой, пытаясь избавиться от паники. — Мне очень жаль, ты не можешь сидеть со мной, — говорю я Люку.

Люк вместо того, чтобы выглядеть обиженным, просто удивленно поднимает брови. — Почему бы и нет? Это место зарезервировано для кого-то еще?

Я не чувствую, что у меня есть время объяснять. Один лишь факт, что он пришел сюда, будет уличающим, но с каждой секундой, что он здесь сидит, Картер будет все больше убеждаться, что я действительно встречаюсь с Люком. Я не знаю, что он на самом деле может сделать с Люком, но я действительно не хочу это выяснять.

Моя кожа горячая от адреналина, бушующего во мне. Я стараюсь не смотреть на Картера, хотя и испытываю искушение. Я не хочу еще больше выглядеть как ребенок, пойманный с рукой в челюсти для печенья. — Люк, пожалуйста. Я не пытаюсь быть злой или грубой, клянусь, нет, но тебе нужно вернуться к своему столу прямо сейчас.

Он не двигается. Вместо этого он берет с подноса половину сэндвича с индейкой, будто собирается приступить к еде. — Я мог бы, но ты не сказала, почему.

— Картер, — выпалила я. — Мы… мы только что расстались, и я не хочу тереть ему лицо — я имею в виду, не то чтобы между нами что-то было, но он может подумать… Вздохнув, я говорю: — Пожалуйста, посиди с Грейс.

— Ах. — Люк кивает, но выражение его лица остается решительным. — Картер уже сказал мне держаться от тебя подальше. Оказывается, Картер не мой босс. — Посмотрев на меня более многозначительно, он говорит: — Или твой. Вы расстались. Почему он имеет право голоса, с кем ты проводишь время?

— Это сложно, — говорю я ему, украдкой поглядывая на Картера. Он все еще смотрит, его глаза потемнели от коварного намерения. Блядь. — Пожалуйста. Я не хочу неприятностей, Люк.

— Никаких проблем быть не должно, — упрямо настаивает он. — У тебя нет с ним отношений…

— Неважно, — перебиваю я, так как он теряет время. — У него подлость, которую ты, возможно, не замечал, но, пожалуйста, поверь мне в этом. Ты не хочешь, чтобы он был врагом.

Люк не двигается. — Не могу поверить, что ты позволяешь ему так себя контролировать, — заявляет он.

У меня отвисает челюсть. Больше того, что Люк действительно сказал бы мне это, чем что-либо еще. — Я не позволяю ему контролировать меня.

— Да, так и есть. Он явно угрожал тебе, и поэтому ты пытаешься меня прогнать. Он мне тоже угрожал, но вот сижу. — Открывая крышку своей бутылки с водой, Люк продолжает: — Может быть, я не такой скучный, как он думает.

Я съеживаюсь. Я не знаю, что на самом деле сказал Картер, и мне слишком неловко спрашивать. Я не знаю, смущаюсь ли я больше из-за возможности того, что мог сказать Картер, или просто из-за Люка в целом. Я даже не знаю, что на это ответить. Я не хочу подтверждать, что Картер назвал его скучным, но похоже, что Картер сказал ему это. Боже, я могу только представить, что мог бы сказать Картер. И у него были мои трусики! Мое лицо вспыхивает примерно десятью различными оттенками красного, когда я перебираю варианты.

Люк не уйдет, поэтому я не знаю, что делать.

Я смотрю на Кейси, чтобы узнать, что она думает обо всем этом, и она смотрит на Люка с выражением, которое я могу описать только как слегка враждебное. Это сбивает меня с толку, и на минуту я перестаю беспокоиться о Картере и задаюсь вопросом, какого черта это все.

Картеру требуется меньше пяти минут, чтобы добраться до стола. Должна признаться, я не думала, что он это сделает. Наша битва обычно дело личное, только между нами. Я подумала, что он останется на своей стороне столовой и, возможно, напишет мне позже, чтобы напомнить, что мне нельзя разговаривать с парнями.

Вместо этого он подходит и останавливается позади меня. Он кладет руки мне на одно из плеч и делает странную вещь — начинает небрежно поглаживать меня по плечу. — Не ожидал увидеть тебя здесь, — говорит он мне.

— Я полна сюрпризов, — отвечаю я.

— Так и есть, — гладко соглашается он. — Как самочувствие сегодня?

Я хмурюсь и поворачиваюсь, чтобы подозрительно взглянуть на него. — Хорошо, — медленно говорю я.

Его голос теплый, убедительно заботливый. — Хорошо. — Затем он наклоняется, скользит рукой вниз по моему телу, пока она не оказывается у меня на животе, и говорит: — Слишком рано тебе доставлять маме неприятности, малыш. Тебе лучше быть там хорошим.

Я действительно чувствую, как краска уходит с моего лица. У Кейси отвисает челюсть, глаза вылезают из орбит. Я застыла в шоке. Поскольку Картер не был тихим или даже отдаленно тонким, и поскольку он все равно привлекает внимание, куда бы он ни пошел, когда я смотрю вниз на остальную часть стола, я вижу более широко раскрытые глаза, друзей, подталкивающих друг друга говорящими взглядами, и на столе позади Кейси люди неуловимо оглядываются на нас, в то время как другие наклоняются и шепчутся.

Картер только что эффективно сказал всему старшему классу, что я беременна его ребенком. Те, кто не сидит достаточно близко, чтобы слышать, услышат через сплетни еще до того, как уроки закончатся сегодня.

Когда у меня, наконец, достаточно самообладания, чтобы заговорить, я говорю ему: — Я тебя убью.

— О, никому не говори, — добавляет он, как бы подумав, шлепая Люка по плечу небрежно по-приятельски. — Она еще не сказала маме, так что…

— Я не беременна, — перебиваю я, снова начиная кипеть.