Чтение онлайн

— На то ОН и Всевышний. Молись, — повторил свое напутствие небожитель.

Словно чья-то невидимая рука открыла форточку, и нежный тоненький лучик протянулся к моей кровати. Он доверчиво коснулся моего лица и дотронулся до прекрасного посланника Рая, который внезапно растаял в воздухе, оставив меня одну. С тоской я оглянулась по сторонам. Три койки, бесстыдно выставляя напоказ рваные простыни со следами не отстиранной крови, скучали от поднадоевшего одиночества. А еще говорят, что больницы тоже, как и церкви, постоянно переполнены! Вскочив с опостылевшей постели, я вышла в коридор, вдоль которого стояли кушетки с сильным полом, возлежащим в разнообразных позах и с интересом наблюдающим за пробегающими мимо сестричками. Из процедурной медленно выплыл пышный бюст, обтянутый кокетливым красным свитерком, за ним показалась дама лет пятидесяти пяти, имеющая пару худых ног, облаченных в тесные зеленые лосины. Скучающие мужички, как по команде, повернули к ней головы и стали раздевать глазами вмиг задохнувшуюся от счастья и гордости представительницу прекрасной половины человечества. Лишенная внимания самцов за стенами стационара, бабенка с наслаждением прохаживалась среди мужских лежанок, жадно впитывая в себя их навязчивые страстные взоры. Только один из пациентов, отвернувшись к окрашенной в цвет детской неожиданности стене, проигнорировал эксклюзивные прелести вульгарной обольстительницы. Его взлохмаченные волосы, ссутуленная спина, да и вся обездвиженная фигура выражали безграничное отчаяние. Я вздрогнула и вонзилась взглядом в это страдающее тело, ощущая, что постепенно начинаю окрашиваться в свекольный колер. Наблюдательный сильный пол, узрев новенькую, незамедлительно повернул любопытные головы в мою сторону, что вызвало праведный гнев обладательницы раритетных зеленых лосин. Она сверкнула недобрым глазом и, громко хлопнув дверью, величественно удалилась в глубину соседней палаты. Я же, не понимая, что делаю, направилась к знакомой фигуре, чтобы прижаться к ней и выплакаться на ее плече. И тогда, чувствуя на себе чей-то взгляд, неподвижное тело пришло в движение. Оно сделало над собой усилие и повернулось ко мне.

— Почему ты здесь, Алиса? — принимаясь мелко дрожать, прошептало неподвижное прежде тело.

— Сердце, — наигранно беспечно отмахнулась я и, фальшиво улыбаясь, присела на край лежанки, охваченной протертой чуть ли не до дыр коричневой клеенкой. — А как ты угодил в сие приятное заведение?

— Моторчик отказывает уже второй раз, — безразлично проронил он, словно говорил о ком-то постороннем.

— Как поживает новая жена? — перенимая у собеседника дрожь, пролепетала я.

— Уже второй год я отказываюсь что-либо понимать, — начиная наливаться той же свекольной краской, пробормотал Сергей. — Однажды утром я просыпаюсь в своей собственной постели и вижу рядом незнакомую девушку без малейших признаков какой бы то ни было одежды.

— Секретаршу, — зачем-то съехидничала я.

— Это потом она стала секретаршей, — напрягся Смирнов. — А тогда я, не понимая, что делаю, сразу предложил ей руку и сердце.

— И официально оформил с ней брак? — уточнила я.

— Она сама сходила в ЗАГС, — поморщился бывший супруг, — и принесла оттуда мой паспорт с соответствующими штампами.

— Значит, мы снова не муж и жена! — с иронией провозгласила я.

— Значит.

— Ты очень любишь ее, Сережа?

О Господи, как хочется дотронуться до его волос, чтобы привести их в порядок!

— Не знаю, ничего не знаю, — покачал головой дамский угодник. — Мне плохо и холодно с ней, но и без Анжелы я не могу существовать. Будто нечистая сила соединила нас вместе, чтобы развести с тобой.

— Нечистая сила! — привлекая к себе пристальное внимание молчаливого больничного сообщества, закричала я. — Это снова он, Мадим, это он разлучил нас!

— Кто? — не понял меня изменник.

— Я расскажу тебе все, но не сейчас, только не сейчас, — стараясь унять внезапно возникшую аритмию, простонала я.

— Хорошо, — преданно заглядывая в мои глаза, покорно согласился Смирнов. — Прости и не покидай меня, Алиса.

Я просидела возле Сергея довольно долго, вызывая к нему острую зависть со стороны скучающих по женскому полу неприкаянных мужичков. Они с усмешками косились на нас, невнятно шушукались и ехидно хихикали. Но мы, погруженные в свои проблемы, не замечали недоброжелательное окружение, а потому, как в прежние времена, крепко взявшись за руки, говорили, говорили и говорили. О детях, о внуках, о его работе.

Та самая юная сестричка, которая успешно представлялась взрослой тетей, укоризненно взглянув на сладкую парочку, предложила ей мирно разойтись и не нарушать больничный режим, с чем парочка вынуждена была согласиться.

Каждый день, проводимый в стенах стационара, приносил нам радость. Ко мне подселили полную тетку, обожающую чеснок и пельмени, регулярно прибывающие к ней в надежных черных целлофановых пакетах. Она, как пьяный мужик, жутко храпела по ночам, но я спокойно игнорировала дьявольские звуки, так как впереди маячила новая встреча с бывшим мужем.

— Отче наш, — прилежно молилась я на сон грядущий, — иже еси на небеси…

Сергея перевели в палату, и к нам приходили наши общие детки с нашими общими внуками. Мы целовались и радовались тому, что снова находимся все вместе.

— Да святится имя твое, — обращаясь к небесам, повторяла я утром и днем, — да приидет царствие твое…

Только один раз Сереженьку навестила молодая жена. Она равнодушно оглядела дружное семейство, невесело усмехнулась и пропала, как будто ее никогда и не было.

— Да будет воля твоя, как на небеси, так и на земле, — взывала я к Господу, умоляя рассеять злые чары могущественного элементала.

А на следующий день после исчезновения Анжелы, явился Мадим. Словно предгрозовой ветер, ворвался он в мою палату, до смерти напугав прожорливую соседку, изощренно смакующую любимое смердящее блюдо.

— Ну и запах! — закрывая нос кружевным платочком, попятился к двери могущественный посетитель. — Почему ты не сообщила, где находишься? Я облетел половину мира.

Пышечка отложила лакомства и разъяренным быком уставилась на обидчика.

— Прости, — забираясь под одеяло, пролепетала я, — просто не хотела тебя беспокоить.

— Детский лепет, — глазами сравнивая меня с землей, прорычал Страшная Сила.

Объемная соседка уже не без интереса наблюдала представление, разыгрываемое для одного зрителя, коим она и являлась. Заметив торжествующее любопытство в ее взгляде, Мадим щелкнул пальцами. Резво вскочив с насиженного места, любительница национального русского кушанья, прихватив тарелку с чесночным содержимым, закружилась в веселом гопаке и вихрем вылетела из «театра» в узкий больничный коридор, населенный тоскующими по женскому полу, зевающими мужичками.

— Зачем ты нас снова развел с Сергеем, Ветров? — осторожно выползая из-под укрытия, прошептала я.

— Он сам предпочел тебе другую, — поморщился Страшная Сила.

— Неправда, это твоих рук дело! — покрываясь красными пятнами, вспылила я.

— Даже если и так, — облизал пересохшие губы элементал. — Для достижения цели хороши все средства, пусть они и не нравятся кому-то.

— Следовательно, для того, чтобы заполучить бессмертную душу, ты решил сделать несчастной всю нашу семью? — ужаснулась я.

— Разве ты не богата, Алиса? — удивился Повелитель Стихий. — Разве у тебя безобразный, сварливый супруг, мучающий тебя придирками? Чего тебе не хватает?

— Доброты, Мадим, — осуждающе покачала головой я. — Доброты и честности.

— Я — добр.

О Боже, что он несет?

— И это говорит тот, кто регулярно устраивает всевозможные катаклизмы на несчастной планете Земля? — обливаясь холодным потом, ахнула я.

— Негативная энергетика уничтожается мной на корню, не причиняя вреда регионам, где ненависть не терзает население, и оно желает жить в мире и согласии, — высокомерно вскинул голову могущественный разрушитель. — Что бы стало с подлунным миром, атмосфера которого почернела бы от человеческой злобы? Да такая звезда взорвалась бы, подобно атомной бомбе, не оставив от себя ничего, кроме никчемного космического мусора.