Чтение онлайн

— Мадим, я хочу жить с мужем в той самой маленькой квартирке, из которой ты унес меня в свой пышный дворец, — после минутной паузы проговорила я. — Я хочу жить так же, как и все обыкновенные люди, не являясь объектом пламенного обожания высшей силы, к которой могу причислить Ваше Сиятельство.

— Я люблю тебя, Алиса! — не дрогнул охотник за бессмертными душами.

— Любовь не эгоистична, — заглядывая в огненные глаза любовника, тихо возразила я. — Оставь меня!

— Никогда! — решительно направляясь ко мне, неожиданно взвыл элементал. — Никогда!

«Как же он красив, даже в гневе, — невольно вспоминая волшебный замок, зеркальное озеро и сладкоголосых соловьев, внутренне застонала я. — Отче наш, иже еси на небеси»….

— Не надо! — хватаясь за то место, где у гомо сапиенсов находится сердце, взревел Повелитель Стихий. — Пощади!

— Анжела подослана тобой, чтобы совратить Смирнова? Она тоже элементалка? — стараясь подавить бунт разрывающегося от нестерпимой пытки сердца, закричала я.

— Да.

— Штампы в паспортах — поддельные? — размазывая по щекам слезы, продолжала орать я.

— Поддельные, — тая на глазах, согласился со мной Мадим. — Я сам подписал себе приговор, любимая, устроив тебе встречу с Иисусом. Я — самоубийца!

— Не говори так, Макс, — неожиданно почувствовав на губах соленую влагу, принадлежащую вероятно мне, застучала зубами я. — Ты еще встретишь любовь, обязательно встретишь.

— Больно мне, — простонал тот, кто, несясь над грешной землей, сжимал меня в крепких объятиях, тот, кто дважды спасал меня от кончины, подстроенной им же самим.

— Я буду помнить тебя, — изнемогая от жалости к коварному соблазнителю, прошептала я. — Я всегда буду помнить тебя. Прости.

— И ты прости Повелителя Стихий, — шевельнуло губами легкое облако. — Я причинил тебе много горя.

— Мадим, — бессильно опускаясь на пол, горько заплакала я, — Мадим, желаю тебе счастья.

— И тебе, — эхом пронеслось где-то рядом.

И я осталась одна в пропахшей чесноком больничной палате, в которой растаял великий дух Страшная Сила, любящий и любимый, но далекий и непонятный мне.

— Алиса, — резко открыл дверь мой настоящий муж, — ты упала? Не ушиблась? Вставай, к нам пришли дети.

— Дети, — вытирая слезы носовым платочком элементала, попыталась улыбнуться я, — дети.

Уже четыре месяца как мы дома, в шестидесятиметровой квартирке со старой, но любимой мебелью, которую когда-то собирались менять. Как я и ожидала, у моих девочек исчезли старательные домработницы. Просто однажды, не предупредив и не взяв жалованья, не пришли на работу. Но Алинка и Олюшка не расстроились, а, засучив рукава, преобразились в добросовестных хозяек. Странным образом в наших паспортах испарились ненужные штампы и записи. Пропали сердечные боли. Верхние соседи, Фарий и Онорина, по выходным дням начали приходить к нам в гости, чтобы посидеть за чашкой чая и поговорить о политике, которой увлеклись оба выходца из прошлого.

— Буду голосовать за Путина, — отчаянно жестикулируя, как-то сообщил компании довольный римлянин — Тиберий не годился этому президенту даже в подметки.

— Да и Людовик тоже, — согласилась с мужем счастливая Онорина. — Представьте себе, он называл себя «Король- Солнце» и нагло заявлял, что государство — это он.

Федор Апполонович стал актером в своем театре, но очень расстраивается, что не может разбогатеть, как прославленные киноартисты. Его милая женушка засияла на подиуме, зарабатывая втрое больше мужа. Ей предложили сниматься в рекламных роликах, что существенным образом отразилось на их семейном бюджете. Супруги Ставровы приобрели «нексию», но артист наотрез отказался сдавать на водительские права, а потому за баранку автомобиля села Онорина.

Сергей не изменился, он с головой ушел в работу, усердно делая вид, что хорошо зарабатывает. А я села писать, то есть, набивать на компьютере книгу, в которой решила подробно описать свои злоключения в прошлых веках.

Хитрая Марго при посторонних неизменно притворяется немой, а осторожный Карлос материализовывается только тогда, когда я остаюсь в гордом одиночестве.

Аллочка перестала обижаться на любящую тетку, а потому частенько заходит к нам и остается ночевать, Ксюша и Лена тоже сменили гнев на милость. Говорят, что однажды им всем разом во сне явилась мама, которая приказала, чтобы они держались тети Алисы и любили ее, так как она спасла ее от адовых подвалов.

Сказочный дворец за городом, в котором находилась моя золотая клетка, принадлежит ныне цыганской семье. Мадим больше не показывается, Хесед — тоже. Все встало на свои места. Только порой сжимается сердце и трепещет, вспоминая гордого Повелителя Стихий, его безумную, страстную любовь, наши полеты под Солнцем, чудесное сияние близких звезд и зеркальное озеро в семнадцатом столетии нашей эры, той эры, которая подарила людям рождение самого великого человека на грешной Земле, ставшего Богом — Иисуса Христа.

Релиз Книжного трекера

Попаданцы, вселенцы, засланцы

Автор Vakloch