Чтение онлайн

Когда мы проезжали мост, между станцией мет­ро «Нарвская» и Кировским заводом в потоке машин я заметил красную «ауди-80». Эти машины довели меня почти до психоза.

Они даже снились мне по но­чам. Теперь, увидев эту тачку, я сразу стал дергать нашего водителя за рукав:

— Номер! Какой номер?!

«Ауди» мы уже обогнали, но я говорю напарнику:

— Стой! Надо вернуться! Пусть «ауди» нас об­гонит.

— Заколебал! У каждой встречной «ауди» номер разглядываешь!

Я объясняю: машина той марки и того цвета, что мы ищем. Плюс приблизительно в то же время и в том районе, где должен быть Петя. Ну что им сложно притормозить и посмотреть номер?

«Ауди» нас обгоняет, мы все втроем смотрим на номер, и напарник шепчет:

— Твою мать!

Это был их номер. И тачка — их! Я не мог пове­рить, что наконец нашел эту машину.

— Давай за ними. Только медленно.

Нужно было быстро сообразить, что теперь. Ту­да они едут или не туда? Стоит ли дать им доехать до квартиры или попробовать брать прямо здесь?

— Ну его на хер, — говорю я. — Станем брать в квартире, еще сбегут. Соседи, погоня, крики — за­чем все это? Крепить будем на светофоре.

Понимаешь, что бы там ни показывали в кино, де­вяносто девять процентов времени нормальный опер проводит сидя за письменным столом и копаясь в бумажках. Собственно, кроме бумажек, мы почти ни­чего и не видим. Входящий номер такой-то, исходящий такой-то...

Чтобы провести всего одно задер­жание, мне приходится исписать минимум три кило­метра бумаги. А тут...

На красном светофоре их машина останавливает­ся. Мы с разгона бьем ее сзади. Распахиваем дверцы, выбегаем с пистолетами — я с одной стороны, напар­ник с другой. Краем глаза успеваю различить, что на сиденьи пассажира сидит здоровый такой кабанище. Я распахиваю дверцу водителя, за шиворот вытаски­ваю парня, тычу ему в затылок пистолетом и ору:

— Фамилия! Я сказал, фамилия, сука! Застрелю!

Мне нужен был Петя. Но этот парень был явно не Петей. Со спины я его не узнал, — ору, а сам аж холо­дею: не того взяли! Это не он!

Он лег на асфальт мордой, трясется весь. Я над­саживаюсь:

— Фамилия!

Он называет свою фамилию, и я аж выдохнул: он! Петя! Все верно!

— Фу, блядь!

А пассажир пытается кулаками махать. Как потом выяснилось, это был шурин Руслана Мельника — муж его сестры. Напарник ему стволом в рожу тычет:

— Милиция! Ты не понял? Дернешься — прист­релю нахуй и глазом не моргну! Лег быстро!

Короче, его тоже повалили. Прохожие были в пол­ном шоке. Сперва, когда мы протаранили их тачку, кто-то пытался орать и сигналить. А когда увидели людей со стволами, все быстро заткнулись и объез­жали место столкновения аж по тротуару.

 Особенно смешно было то, что, когда мы въехали им в зад, «ауди» дернулась и ткнула стоящую впереди ма­шину. Плюс, когда я вытаскивал водилу, тот сдуру дал по газам. Короче, впередистоящую тачку раскурочили мы довольно здорово. А там ехал тоже милиционер, со­трудник районного отделения. Как выяснилось, эту машину ему только недавно дали за хорошую работу.

Три вмятые машины в ряд, вокруг пробка, на зем­ле лежат люди с заломанными руками, мы стоим со стволами наперевес. А этот милиционер бегает во­круг и причитает:

— Ах, моя машина! Ах, моя машина!

— Ладно тебе, — сказал я ему. — Ты же тоже работаешь в органах. Должен понимать, что про­исходит, а?

4

Рассказывает сотрудник одного из антиэкс­тремистских подразделений, просивший не на­зывать его фамилии:

Все это произошло в самом конце марта. А 6 ап­реля застрелили сенегальца и все завертелось с бе­шеной скоростью. Из Москвы приехала спецбригада, начальство стояло на ушах, и все теперь требова­ли результатов.

Шурина, сидевшего в машине, пришлось отпус­тить. А вот Петю мы закрываем. Основной подозре­ваемый у нас есть, следственные действия прово­дятся, люди дают показания.

Мы постепенно устанавливаем остальных, подозреваемых в похищении, следователь выписывает нам обыски.

Рассказывает сотрудник одного из отделов ГУВД:

Выйти на Кислого мы так и не сумели. Зато по­лучили расклад по остальным членам банды.

Я отправился крепить Бен-Шермана. Входить в квартиры договорились в семь утра. В семь все на месте, стоим прямо в парадной, но нет следака. Мы ему звоним: ты вообще где?

— Заблудился в этих чертовых новостройках. Сейчас буду.

Мы топчемся перед дверью. Вдруг я слышу с той стороны мужские голоса. И первая мысль: а вдруг там Кислый?

К тому времени этого парня искала уже вся мили­ция города. Все уже знали, что переполох последних нескольких лет — его рук дело. Взять Кислого было первоочередной задачей. Теперь я стоял под дверью и думал. Дома парень не живет. Но ведь должен же он где-то скрываться, не так ли? Ясно, что он прячет­ся по приятелям, и почему бы не у Бен-Шермана? Если бы мы взяли его прямо сегодня, то весь сумасшедший дом последних недель сразу бы кончился.

На всякий случай я достаю пистолет. Патрон загоняю в ствол. И вдруг слышу — с той стороны начинает поворачиваться ключ. Следака по-преж­нему нет. Обыска на руках нет. Что делать? Пря­мо передо мной резко открывается дверь — на по­роге Бен-Шерман.

До этого парень несколько лет занимался кик­боксингом. Лампочка на лестнице еле горит, и спер­ва он меня не узнал. Но, увидев перед собой мужской силуэт, тут же на автомате принял стойку.