Чтение онлайн

Я встаю и иду к пикапу, мои братья следуют за мной.

Я хватаю за шею Бишопа и толкаю к двери так сильно, что его голова глухо ударяется о стекло.

Он не вскидывает кулаки в ответ, потому что знает, что облажался.

– Тебе лучше, мать твою, молиться или надеяться, что сможешь ухватиться за соломинку, Бишоп.

Я бросаю его на землю и встаю перед капотом автомобиля, чтобы тихо поговорить с братьями.

– Бишопу, мать его, конец, – рычит Ройс.

– Рэйвен заслужила его доверие, как заслужила наше. Мы не можем за это набить ему морду, – резонно замечает Кэптен. – Мы хотели этого для нее, но мы можем набить ему морду за то, что он не рассказал нам об этом сразу же, как только она пропала.

– Черт! – Ройс сцепляет ладони в замок за затылком, глядя в небо. – Она снова это сделала. Защитила нас, мать ее.

– Но какой ценой? – тихо произносит Кэптен. – Мы же говорим о Коллинзе.

– Я еду за ней.

– Сейчас? – с готовностью спрашивает Ройс.

– Да, черт подери, прямо сейчас.

Кэп и Ройс шагают к своему внедорожнику.

Я забираюсь в свой, Бас залезает на пассажирское сиденье.

Мое сердце колотится по ребрам – чертов домик.

Проклятье.

Кэптен первым выезжает на дорогу, но я вдавливаю педаль газа, и машину заносит на встречную полосу.

Бас хватается за ручку над головой, бросая на меня быстрый взгляд.

Кэптен качает головой, когда я проношусь мимо него – я знаю, поэтому он и хотел ехать впереди.

Но мы едем за моей девушкой.

– Куда мы едем? – спрашивает Бас.

– Заткнись на хрен, Бишоп. – Я смотрю по сторонам и проскакиваю на красный свет, не давая другим машинам въехать на перекресток. В зеркале заднего вида я вижу, как Кэптен сигналит. Он вскидывает руки и ударяет ими по рулю.

В следующую секунду начинает звонить мой телефон, но я не лезу за ним в карман. Я уже знаю, что он попросит меня притормозить и подождать.

Он, мать его, заблуждается. Я не смог бы заставить себя успокоиться, даже если бы постарался, а я и не пытаюсь.

Рэйвен самая упрямая, блин, девчонка, из всех, кого я знаю.

Она как яд в воде. Не змея, а смертоносная жидкость, плавающая на поверхности. Неважно, куда ты шагнешь, даже в двадцати футах от нее, она все равно найдет свой способ попасть внутрь.

Она во мне.

Она в моих братьях.

И она в придурке, что сидит рядом со мной. Иначе почему он решил предупредить ее, девушку, которую он едва, блин, знает, хотя работает на нас весь последний год?

Наш отец отослал свой файл в ту же секунду, как один из его людей сообщил ему, что происходит у них дома. Выяснилось, что его отец избивает его, и в последний раз он даже попал в больницу. И все потому, что он пытался защитить свою младшую сестренку. У нашего отца всегда было особое чутье на такие ситуации – он узнавал о них раньше, чем власти округа, в котором жили эти дети.

Облажавшийся кусок дерьма.

Мы добрались до него раньше, чем они.

Ему понравилось наше предложение, но он не хотел, чтобы его сестра оказалась втянутой во что-то нелегальное – теперь, когда у нее появился шанс стать свободной от родителей.

У них была тетя, готовая о ней позаботится, но она не могла оплачивать ее внеклассные занятия и летние программы – ее заработка хватало только на жизнь, так что мы позаботились и об этом. Сестру отправили в другой штат ради лучшей жизни, а он переехал в Брей-хаус. И с тех пор работал на нас.

– Какое отношение к этому имеет Коллинз? – спрашивает Бас немного напряженным голосом, когда мы наконец проезжаем мост.

– Ты облажался, Бишоп. Тебе повезет, если мы не уничтожим тебя за это.

Я врубаю радио, чтобы больше не слышать голос этого засранца.

Песня попадается подходящая, и я взвинчиваюсь еще сильнее.

Мы подъезжаем все ближе и ближе, и пульс грохочет у меня в ушах. Кровь в бешеном ритме приливает к мускулам, и меня встряхивает от каждого подергивания руля, в который я вцепился мертвой хваткой.

Я вообще не чувствую свое чертово тело – настолько я на взводе. Меня даже слегка подташнивает.

Я резко сворачиваю, и колеса скользят. Я заезжаю прямо на чертову траву, по касательной задевая припаркованный «Лексус» этого ублюдка. Распахиваю дверь машины, не глуша двигатель, и с грохотом влетаю в чертов дом.

До моих ушей доносится крик Рэйвен, и я несусь по коридору в гостиную, где она стоит, ошарашенная, без следа сна на лице.

Ее взгляд встречается с моим, и на нее тут же накатывает шквал эмоций, а тело обмякает.

Она знает, что я приехал за ней.

Я разворачиваюсь и быстро перепрыгиваю через столик – прежде чем Коллинз успевает открыть свой чертов рот.

Из-за спины до меня доносится скрип шин, но я не оборачиваюсь.

Я хватаю его за горло, поднимаю и швыряю ублюдка прямо на стеклянный стол рядом с ним.

Он стонет, откуда-то хлещет кровь, но мне все равно.

Я размахиваюсь и бью кулаком прямо в его гадское лицо.

Он колотит руками, одной попадает мне в челюсть, а другой задевает скулу.

Моя голова даже не вздрагивает – я вообще ничего на хрен не чувствую.

Коллинз пытается поднять ноги, чтобы обхватить ими меня, но я обрушиваюсь на него, не оставляя ему ни единого шанса сделать то, что он задумал, и бью его локтем в нос.

Кровь теперь повсюду, он едва может открыть глаза – они оба распухли.

– Мэддок! – кричит Рэйвен.

– Пошли, пора отсюда…

Я рычу, вскакиваю и бросаю яростный взгляд на Бишопа.

– Отвали от нее, мать твою!

Я поворачиваюсь. Коллинз пытается повернуться на бок, но я сую руку ему под горло, опрокидывая его на спину.

– Ты решил, что тебе позволено лапать ее? И даже не один раз? – Я наношу удар ему под ребра. – Подкарауливать в туалете? – в челюсть слева. – Шантажировать, мать твою? – справа. Он сплевывает, его грудь раскачивается подо мной.

– Иди на хрен, – хрипит он, и я бью головой – его глаза закатываются.

Я наношу один удар за другим. Снова и снова и снова.

Пока он не перестает сопротивляться.

Пока не прекращает даже пытаться.

И еще после того, как его тело обмякает.