Чтение онлайн

– Иногда стоит рискнуть. «Мелия», «Иберостар» и прочие отельные гиганты получают с кубинских курортов отличную прибыль.

– Не проще заключить договор аренды уже с готовой гостиницей?

– Проще. Но у меня сеть отелей в разных странах. Они должны быть стандартизированы, чтобы не нарушать концепцию бренда.

Подавляю улыбку. Чутьё меня не подвело. Давид – непростой «мальчик».

Когда ужин подходит к концу, мой новый знакомый предлагает прогуляться прежде, чем мы вернёмся в гостиницу. Не вижу ничего предосудительного в том, чтобы подышать ночным воздухом Босфора.

Мы идём по набережной вдоль пролива. Прохладный ветер вынуждает плотнее закутаться в палантин. Стамбульская ночь благоухает ароматами восточных благовоний и спелого граната. Необычное сочетание вызывает подозрительную щекотку у меня внутри. Что-то на грани лёгкого мандража. Интуиция подсказывает: дальше будет интереснее. Именно так и происходит.

Примерно посередине нашего променада Давид берёт меня за руку. Давно забытое тепло затапливает грудь. Не помню, когда я в последний раз прогуливалась за ручку с мужчиной по ночному городу.

У Давида мощная самцовская энергетика. Она не агрессивная, а какая-то благородная. По необъяснимой причине чувствую себя рядом с ним в безопасности. И будь я моложе, то непременно уже предавалась бы романтическим иллюзиям. Но к тридцати пяти годам романтики во мне не осталось вообще. Совсем. Иногда я об этом жалею.

Мы останавливаемся, рассматривая огни на противоположном берегу Босфора. Приглушённые звуки мегаполиса растворяются в ночи. Стамбул готовится ко сну.

Чернильное небо заливает медовый свет луны. Она похожа на жёлтый пряник или на головку сыра, у которого отгрызли кусочек. Небесное светило висит так низко, что можно легко разглядеть шероховатости на его поверхности. Звёзды, будто понимая, что сегодня они не главные действующие персонажи, не пытаются конкурировать с ночной красавицей. Подрагивают себе в холодном космосе, не зажигаясь в полную силу.

Не знаю, что на меня подействовало. Нестандартная ситуация, в которой мы оказались, выпитое вино или длительное воздержание, но когда Давид наклоняется и накрывает мои губы своими, я не возмущаюсь. Смело отвечаю на поцелуй.

Давид целует нежно и потрясающе чувственно. От прикосновения его языка внутри у меня рассыпаются горячие искры. Они взмывают от низа живота вверх как от пламени костра. Тело наполняется приятной истомой. Я уже и думать забыла, что так бывает.

– А нас не арестуют? Всё-таки мы в мусульманской стране, – шепчу, когда приходится прервать поцелуй из-за нехватки кислорода в лёгких.

– Стамбул – светский город. К тому же, сейчас темно, – тихо отвечает Давид.

Он снова целует меня. И я понимаю, что это чертовски неправильно, но, блин… Как же офигенно! Давид лёгкими движениями гладит мою спину. Даже через одежду ощущаю, что его пальцы слегка дрожат. Я и сама наполняюсь трепетом желания. Безумие какое-то!

Запах мужского древесного одеколона окутывает меня с головой. Этот аромат очень подходит Давиду. Он глубокий, изысканный, с ноткой белого перца. Мягкие тёплые губы продолжают ласкать мои. Рассыпаюсь сахарным щербетом.

Я не похожа на себя в данный момент. Когда это я хотела едва знакомого мужика? Да никогда! У меня вообще с половой жизнью полный швах из-за гипертрофированной избирательности. Как шутит одна моя подружка: «То усы не те, то усы не там. Так девственницей и помрёшь!» Последнее, впрочем, мне не грозит с восемнадцати лет.

И сейчас, понимая, что я хочу этого мужчину, крамольные мыслишки бродят в моём мозгу. Завтра утром мы с Давидом разлетимся в разные страны и никогда в жизни больше не встретимся. Так чего сдерживаться? Хоть раз забыться на несколько часов. Позволить себе всё. Наступит новый день, и я вновь стану строгой леди, лишённой низменных инстинктов. Иначе в моей профессии нельзя. Тут либо надо держать марку недотроги, либо ты пойдёшь по рукам.

– Поехали в гостиницу, – тихо произносит Давид, прислонившись щекой к моей щеке. Его щетина покалывает кожу, провоцируя у меня совершенно ошалелые мурашки.

Соглашаюсь по умолчанию.

Глава 3

В фойе отеля полно народа. Похоже, что приехали пассажиры с других задержанных рейсов. Но, тем не менее, парень на стойке регистрации замечает меня и машет рукой, чтобы я подошла.

– Мисс, звонили из авиакомпании, вот новое время вылета, – служащий протягивает лист бумаги, на котором от руки написано моё имя, номер рейса и время.

– Спасибо.

Давид стоит рядом. Ему работник рецепшен ничего не отдаёт.

– В каком номере ты остановилась? – спрашивает мой спутник, заходя в лифт.

– В триста четырнадцатом.

– Ммм, я в семьсот пятом. Знаешь, из моего окна открывается прекрасная панорама на эту часть города. Хочешь посмотреть?

Банально. Зато звучит пристойно. Лучше, чем «пойдём потрахаемся».

– Вообще я не любительница обзорных экскурсий. Но иногда можно сделать исключение, – улыбаюсь только уголками рта.

Давид ловит мой взгляд. Его глаза – морская пучина. Серые крапинки горят, будто фосфорные в тёмно-синей стихии, предвещая близкий шторм. Однако мужчина умело его сдерживает. Не позволяет вербально или невербально выражать свою страсть. А по всему видно, что её в Давиде таится целый океан.

Мы прекрасно понимаем друг друга и хотим одного и того же. Между нами нет неловкости, нет скованности. Мы как старые любовники, знакомые сто лет.

Едва за нами закрывается дверь номера, Давид обнимает меня сзади за талию и притягивает к себе. Зарывается носом в мои волосы. Глубоко вдыхает.

– Нравится, как ты пахнешь, – севшим голосом произносит он.

– Скажи спасибо «Гуччи», – посмеиваюсь.

Давид снимает с себя пиджак. Небрежно бросает его на кресло. Снова обнимает меня, убирает волосы с моей шеи и нежно целует её. И это всё… Прощай разум, встретимся завтра! Шея у меня – эрогенная зона. Самая-самая чувствительная часть тела. Ничто так не возбуждает, как поцелуи или укусы в шею. Дыхание моментально учащается. Кожа начинает пылать. Мы стоим так несколько минут. Наслаждаемся близостью, новыми ощущениями, запахом друг друга.

Давид разворачивает меня лицом к себе и по-хозяйски впивается в губы. Проходится ладонями по спине, спускается на поясницу, а потом снова вверх. Мне нравится это сочетание: с одной стороны – напор мужчины, с другой то, что он не пытается грубо облапать.

Даря ответные поцелуи, зарываюсь в жёсткие волосы Давида. Перебираю их пальцами. Звукоизоляция в отеле ни к чёрту. Слышу, как звякает лифт, оповещая, что приехал на этаж. Как в соседнем номере включили телевизор. Где-то шумит душ. Ничего из этого не нарушает нашего упоительного единения. Мы как будто провалились в другую реальность. Попали в собственную волшебную Нарнию.