Непрощенный
Шрифт:
Сэм Мэтью окинул вынырнувшего в палатку Кащеева пристальным взглядом. По его виду он понял, что что-то не так. На всякий случай Мэтью вытащил руки из карманов и незаметно оглянулся.
Кащеев, косясь в сторону, в которой скрылись из вида Моня, Лизка и Шварц, подошел к своим пакетам. От Мэтью это не ускользнуло, и он как бы невзначай сделал несколько шагов, сместившись в ту сторону.
Кащеев вытащил из-под мышки свернутые старые штаны, сунул их в один из пакетов и кивнул хозяину:
– До свидания!
– Всего карошь!
55
Нырнув в темную комнату, Логинов кивнул Плотникову, чтобы тот пошел подышать свежим воздухом. После этого Виктор посмотрел на монитор и на его лице вдруг возникла торжествующая улыбка. От Плотникова это не ускользнуло. Остановившись, он оглянулся и тихо спросил:
– Что, он?
Логинов приложил палец к губам и вытолкал Плотникова в коридор. Однако, несмотря на стоящую в затемненной комнате вонь, вернулся тот очень быстро. На мониторе компьютера все явственнее проступали черты лица заросшего бородой мужчины. Качество, конечно, было пока неважное – на какую-то сотую пикселя едва тянуло.
Однако Логинов был опытнейшим оперативником и обращал внимание только на так называемые стабильные признаки портрета. А по ним выходило, что сидящие в темноте бомжихи описывали Игорю именно Кащеева.
– Так что, он? – спросил Плотников, наклонившись к самому уху Логинова.
– Он.
– Точно он?
– Угу…
– Ну ты даешь, Логинов!
– Тихо! Не мешай! Пусть заканчивают, потом поговорим с ними… – повернулся к двери Логинов. – У тебя с собой тушенки, случайно, нет?
– Найдем!
– Ну тогда сходишь, как я вернусь. А я пока диктофон проверю, а то второй раз их выдергивать замдиректора не разрешит…
56
Косясь в проход, Кащеев вынырнул с пакетами из джинсовой палатки и быстро направился к выходу из павильона. Но, конечно, не настолько быстро, чтобы привлекать к себе внимание. Сэм Мэтью, ничем не выдав своего удивления, но готовый к любым неожиданностям, двинулся следом.
Три минуты спустя Кащеев уже нырнул в «Додж».
– Уже ску… – начал было Купер, но, едва взглянув на Кащеева, быстро спросил: – Что, Григорий?
– Меня чуть не опознали, Чарли!
– Кто?
– Крымский гангстер, помогавший ФСБ за мной охотиться! Со своей любовницей и телохранителем!
– Тот самый? – быстро спросил Купер.
В этот момент в «Додж» нырнул Мэтью.
– Сэм его видел? – спросил Купер.
– Да! – кивнул Кащеев.
– Что случилось, сэр?
– Эта троица – агенты ФСБ! – объяснил Кащеев.
На лице Мэтью отразилось удивление, и Кащеев поспешил поправиться:
– То есть агент этот, который в шортах, Моня! Он бывший гангстер! А эти двое – его телохранитель и любовница!
– Так они видели тебя? – спросил Купер.
– Нет! – покачал головой Кащеев. – Я прятался в кабинке, в примерочной!
Купер нахмурился:
– А до того?
– Думаю, нет…
Оба, он и Купер, тут же посмотрели на Сэма Мэтью.
– Нет, сэр! Они за ним не следили!
– Так! – быстро оглядел парковку Купер.
Кащеев и Мэтью поняли его мысль – то, что Моня, Лизавета и Шварц не следили за Кащеевым в павильоне, еще не означало, что они не наблюдали за ним из какой-нибудь машины.
– Сэм!
– Да, сэр!
– Пойди посмотри, что они делают! И позвонишь!
– Но сэр! – нахмурился Мэтью.
Ситуация была неясной. И исключать, что в одной или даже в нескольких из машин на парковке находятся вооруженные агенты ФСБ, было нельзя. Так что, по всем канонам, следовало немедленно отсюда сматываться.
– ФСБ не могла нас засечь в Акзас-Караагаче, Сэм! – объяснил Купер. – Тем более так быстро. Найди их, Сэм! И проследи!
– Есть, сэр! – неохотно кивнул Мэтью.
Он выскользнул из машины и направился к входу в рынок.
57
– Понятно, гражданки, – кивнул Логинов, с умным видом что-то черкая на листе бумаги.
«Гражданки», которых Логинов опросил насчет Десантуры-Кащеева, сообщили много интересного. Причем все было, что называется, «в цвет». «Допрос» явно приближался к концу, и Плотников начал в углу сервировать стол. Он вполне разумно решил, что находиться лишних пару минут в обществе бомжих не стоит.
– Ну что же, Зинаида Вадимовна и Марья Львовна, спасибо. Вы нам очень помогли…
Обе женщины, повернув голову в сторону Плотникова, дружно глотали слюни. Удивительного в этом не было ничего. Свежайшая тушенка, полученная Черноморским флотом, издавала такой манящий запах, что даже Логинов, отнюдь не голодавший, невольно покосился в угол.
Однако, прежде чем закруглиться и предложить бомжихам расписаться, он задал еще один вопрос:
– А ничего странного в тот день не было? Связанного с Десантурой, я имею в виду?
– Да мы ж его только поутряне мельком и видали! – с трудом оторвалась от созерцания сервируемого стола Машка. – Скажи, Вадимовна!
– Ага! И усе!
– Это точно?
– Да точно-точно! Потом нам пацаны-металлисты бутылку отдали, которую они у Лома забрали! Но мы ее пить сразу не стали, потому что Машка увидала машину, на которой Сэмчик приехал!
– Какой Сэмчик? – быстро спросил Логинов.
– Ну, моряк американский! Он на машине Михи приехал! Мусор со своего парохода привез! Мы там нехило прибарахлились! Ну и с Сэмчиком сфоткались заодно! – быстро-быстро протараторила Зинка, с трудом сдерживаясь, чтобы не вскочить и не устремиться в угол, к тушенке.
Логинов так же быстро спросил:
– Так вы с этим моряком разговаривали, что ли?
– Ну да, нас Миха познакомил, с которым он контейнеры со своего парохода привез! Он мне жевачку подарил настоящую, американскую, а Машке вон пачку «Кэмела» без фильтра!
– Понятно… – посмотрел в сторону накрытого стола Логинов. Он специально очень быстро перевел и сосредоточил допрос на личность Десантуры-Кащеева. И чуть было не упустил возможность скачать очень важную информацию. Но сейчас, конечно, продолжать пытать бомжих смысла не имело. И Логинов принял соломоново решение. – Тогда так, девчата, сейчас делаем небольшой перекур, чтоб вы могли слегка подхарчиться, а потом еще расскажете мне про этого Сэма. А то у нас один кадр в розыске числится – Сёма Питерский. Тоже часто под иностранца работает…