Чтение онлайн

– Я согласен. Только…

– Только что?

– Могу я сделать один звонок своим здешним родственникам и сказать, что я скоро вернусь?

– Конечно. Но не отсюда, а от нас.

– Спасибо. Спасибо большое!

– Да не за что. Помочь национально-освободительным движениям наш долг. Сэм, отвези его вниз.

– Моня! Монечка! Италия! Италия! Это Италия, да? – задрала Лизавета голову к застекленной ходовой рубке «Альдебарана».

Капитан яхты покосился на пассажирку через плечо и пробормотал себе под нос:

– Антарктида… Сейчас белые медведя косяками попрут…

Капитан, конечно, знал, что женщины от рождения страдают географическим кретинизмом, и если выйдут с вечера по карте и компасу из Севастополя в Евпаторию, то к утру каким-то непостижимым образом окажутся в Феодосии, но Лизавета выделялась даже на общем фоне.

– Че орешь, блин? – вышел из надстройки запухший Моня. – Дай поспать, в натуре! Марш в койку!

– Какой спать, Монечка? Я ж в Италии первый раз! А вон Везувий, да? Я его сразу узнала, по картинке!

Моня недоверчиво моргнул на Лизавету, потом задрал голову и крикнул:

– Чего она несет, кэп? Какой, на фиг, Везувий?

Капитан оглянулся и пожал плечами – мол, чего с бабы возьмешь?

Успокоившийся Моня зевнул и направился к двери, почесывая грудь:

– Везувий, блин! Казбек это какой-нибудь. Или Арарат…

На то, чтобы переварить услышанное, Лизавете понадобилось секунды три. Моня за это время скрылся в надстройке.

– Что?! Какой Казбек?..

– Какой-какой? – донеслось из надстройки. – По семьдесят пять копеек который…

Фургон, в который по очереди погрузили чеченцев в подземном гараже, в очередной раз остановился. Через несколько секунд он снова двинулся, проехал метров двадцать и, развернувшись, сдал назад. Иса, Тухан и Арби поняли, что это конечная точка их путешествия, и, словно по команде, повернули в темноте головы к двери. Спустя несколько долгих секунд дверь открылась. Чеченцы прищурились от яркого света и услышали:

– С прибытием, братья! Добро пожаловать на пункт сбора добровольцев!

Чеченцы по одному начали выбираться из фургона. Их лица были настороженными. Ведь встречавший их человек обратился к ним по-русски. И у сидевшего крайним Исы даже мелькнула паническая мысль, что их экстрадируют в Россию. Однако снаружи не оказалось ни российских спецназовцев, ни вообще вооруженных людей.

Их встречал явно русский, но одетый в гражданскую одежду. На «силовика» он не смахивал – ни фигурой, ни повадками. Отступив в сторону, русский указал рукой на открытую дверь жилого вагончика вроде тех, какие в Чечне использовали нефтяники и строители.

– Проходите!

Чеченцы по одному вошли в вагончик и сгрудились под стенкой, настороженно оглядываясь. Встретивший их русский, прикрыв дверь вагончика, вошел следом и окинул прибывших благожелательным взглядом.

– Не стесняйтесь, братья! Рассаживайтесь, эти стулья для вас!

Чеченцы, быстро переглянувшись, двинулись к стульям, стоящим в ряд посередине модуля, и присели на них. Последние пару часов события менялись с такой головокружительной быстротой, что они совершенно потерялись.

– Ну что же, – остановился перед прибывшими Кащеев. – А теперь давайте знакомиться. Меня зовут Али. Это, конечно, кличка. Но вы все должны привыкать к конспирации. Я здесь нахожусь по заданию объединенного штаба амиров Республики Ичкерия. – Здесь Кащеев намеренно сделал паузу. – Понимаю ваше удивление, братья, но продолжающие борьбу против российских оккупантов амиры создали эту структуру в строжайшей тайне. Ее задача – координация разрозненных усилий отдельных отрядов. И такой шаг уже дал свои плоды. Братья-мусульмане из арабских стран протянули вашим несломленным соотечественникам руку помощи. Финансовой и, – тут Кащеев снова сделал паузу и круговой жест рукой, – организационной. Этот пункт сбора добровольцев тому доказательство. Я думаю, вы понимаете, насколько влиятельны наши арабские спонсоры. Мы, вы и я, находимся здесь в абсолютной безопасности. Эта территория тщательно охраняется, и никто не может попасть сюда без моего согласия. В заключение хочу сказать, что я искренне рад, что вы изъявили добровольное желание присоединиться к борьбе с российскими оккупантами. Аллах акбар!

Чеченцы переглянулись, но все же ответили нестройным хором:

– Аллах акбар!..

– Ы-ы! – тихонько подвывала на корме Лизавета.

– Блин, если не заглохнешь, в натуре скажу Шварцу, чтоб за борт тебя выкинул! Как персидскую княжну, токо с гирей, блин! – оглянулся куривший у фальшборта Моня.

– Ну и пусть кидает! – давясь слезами, проговорила Лизавета. – И пусть! Я думала, хоть раз в жизни Италию увижу! На живых Дольче-Габбано посмотрю! А вы все одинаковы-ы-ые! Сперва обещаете, а потом…

– Лучше заглохни, – глухо сказал Моня. – Вытри сопли и чеши будить Шварца! Телохран, блин, его хозяина до истерики спозаранку доводят, а он дрыхнет! А ты завтрак готовь! А то будет тебе и Дольче, будет и Габбано!

Лизавета, хорошо знавшая Моню, подвывать перестала и бочком нырнула в надстройку. Храп, сотрясавший переборку, вдруг стих.

– Чего? – трубным голосом спросил Шварц.

– Чего-чего? Вставай! Нас обокрали!

– Кто?! – взорвался сонный Шварц и так долбанулся головой о потолок каюты, что даже кэп испуганно дернулся в рубке.

– Дурдом! – швырнул окурок Моня и заскочил в надстройку. Секунду спустя оттуда донесся его рык: – Если вы оба, блин, не заткнетесь и через три минуты у меня не будет завтрака, уволю, на фиг, обоих! Без выходного пособия! На необитаемый остров высажу! Ясно?

– А теперь пусть каждый поднимется, назовет себя и вкратце расскажет о своем участии в борьбе с российскими оккупантами, – сказал Кащеев и, наконец присев, кивнул Тухану: – Прошу!

Чеченец поднялся и, назвав себя, неловко умолк. Подробности его героической карьеры боевика Кащееву пришлось выпытывать наводящими вопросами. Примерно то же самое повторилось и с двумя другими чеченцами.

– Ну что же, Арби, садись! – кивнул Кащеев и снова поднялся. – Итак, вы все имеете достаточный боевой опыт и в дополнительном обучении не нуждаетесь. Поэтому я от имени объединенного штаба амиров поздравляю вас с возвращением в ряды борцов за свободу Ичкерии! И сейчас выдам вам денежное довольствие…