Чтение онлайн

Илья привозил из-за границы чистый и качественный спирт, «растаможивал» его и отправлял на большие предприятия. Но сам стал много пить.

Когда Семену Захаровичу сообщили, что рак оставил его, Илья приехал в гости ненадолго, но пообщавшись с дедушкой, мужчина попросил его познакомить с Галиной Григорьевной.

– Дед, ты же знаешь, я умудрился угробить свою жизнь, – признался молодой мужчина. – Я уже развелся, и удивляюсь, как до сих пор еще жив. С моей жизнью что-то надо делать.

Галине Григорьевне Илья очень понравился. Она привязалась к молодому мужчине почти как к родному. Ее единственный сын был чуть младше Ильи, и женщина невольно видела в новом знакомом возможный путь своего ребенка. Она от всей души захотела помочь Илье.

– Брось это дело, пока еще не поздно, – посоветовала она. – Иначе попрощаешься с жизнью. Недоброе это дело, спаивать людей.

– Но я ж, не прошу их пить, – оправдывался Илья. – Они сами ищут. К тому же я саму водку не продаю, а спирт можно и в медицинских целях использовать.

– Но ты же знаешь, как именно люди используют его, – напомнила женщина. – Понимаешь, в мире есть не только физические законы, но и духовные, – объяснила она. – Один из непреложных законов: «Что посеет человек, то и пожнет». Если кто-то другой «сеет», тогда не тебе «пожинать». Но если это делаешь ты, то «жатвы» не избежишь.

– О, тогда я точно не проживу и пары лет! У меня «мощный послужной список», – вздохнул Илья.

– Ты можешь очистить свой характер, свою душу, и тогда возможно прощение, – утешила пожилая женщина. – Если хочешь, я объясню и научу тебя.

– Хорошо. Я согласен! Я видел, что вы сделали с дедушкой. Поражаюсь! У него не нашли метастаз! – констатировал факт Илья.

– Это не я. Он сам прошел свой путь и получил еще один шанс. И ты можешь получить, – ответила Галина Григорьевна.

И Илья решился. Он прошел все, и сделал так, как советовала ему Галина Григорьевна. Его характер во многом изменился, привычки продолжали меняться. Ведь перемены характера – самая долгая вещь на свете. И по ее совету он уехал в Таиланд, занявшись снова недвижимостью.

И вот теперь он жил на острове в тропиках, лишь изредка слыша о «разборках» старых друзей и компаньонов. И один за другим они продолжали уходить из жизни.

Пока Галина Григорьевна лечила дедушку, Надя тоже общалась с женщиной. Галина Григорьевна однажды сказала:

– Наденька, проверилась бы ты. Что-то с тобой не так. Сдай анализы, проверься.

Пройдя обследование, Надя вдруг испугалась. Ей казалось странным, что, не успев подлечиться после попытки самоубийства, она вдруг сильно захотела жить, услышав диагноз:

– У вас предраковое состояние желудка. Возможно, уже рак. Но для того, чтобы убедиться, нужно взять ткань на биопсию, – сообщил доктор.

– Я подумаю, – глухо произнесла Надя.

Она ушла от врача, прекрасно понимая, что если согласится на биопсию и опухоль вдруг окажется злокачественной, тогда потревоженные клетки начнут очень быстро разрастаться и она протянет лишь несколько месяцев. Ведь рак желудка очень агрессивный и скоротечный.

Когда Надя сообщила Галине Григорьевне неутешительную новость, та предложила проходить курс бесед также как и Семен Захарович.

– Ты можешь пойти обычным путем, я, конечно, пойму. Но ведь пока диагноз предположительный, может быть ты сможешь его избежать? Мне кажется, ты подсознательно решила умереть вместе с дедушкой, если уж после мамы не удалось, – грустно покачала головой женщина, напомнив то, что ей рассказала Надя о своей попытке ухода из жизни. – Но я уверена, что тебе еще много доброго нужно сделать в этом мире. За жизнь стоит бороться!

И Надя начала менять взгляд на жизнь, пересматривать ценности и цели, всю свою жизнь. Через несколько месяцев она обследовалась вновь – диагноз сняли. Никаких уплотнений больше не было. Жизнь продолжалась, хотя Антон, вернувшись по ее приглашению, помог сделать ее очень сложной, а иногда и невыносимой. Надя понимала, что сама виновата в том, что он вернулся, но не могла поступить иначе.

Глава 3

Несколько дней Надя с Богданом и Борисом отдыхали. Надя с утра готовила что-нибудь на весь день, после чего они уходили на море. В первый раз Богдан собрал «в кулак» всю силу воли, чтобы окунуться. Ведь воспаленная кожа реагировала на соленую воду как ожог. Но уже в следующий раз стало чуть легче.

Надя, вместе с дедушкой и братом слушала советы Галины Григорьевны и старалась пересмотреть свои мысли, характер, жизнь. Она нередко напоминала о законах Вселенной и сыну. Богдан также старался научиться прощать отцу все унижения, не слушать гадкие реплики с его стороны. Но пока они жили в маленькой однокомнатной квартирке, в которую отец вернулся после «неудавшегося бизнеса в Австралии», у мальчика плохо получалось исполнить правильную теорию, поэтому нейродермит прогрессировал. Теперь же он старался «очищаться» и снаружи, и внутри.

Но самой важной оказалась эмоциональная обстановка. Покой был словно разлит в воздухе. Море тихо плескалось у берега, набегая легкими волнами на белый песок, по синему небу плыли белые барашки облаков, и легкий ветерок раскачивал кроны пальм, казавшихся длинными руками, приветственно чуть помахивающими новым жителям острова.

Океан поражал воображение своей мощью и безбрежностью. Казалось, что под его внешним покоем и умиротворением кроется удивительная сила, и Наде хотелось напиться этой силы сейчас. Ей просто необходимо было наполнится этой бесконечной энергией жизни и покоя, после многолетних потерь физических и эмоциональных сил.

Выйдя из воды, Надя опустилась на светлый, почти белый песок пляжа. Богдан уже бродил по берегу, «втирая» ступни в песок при каждом шаге. Мальчик старался прочувствовать под ногами легкое проскальзывание коралловых крупинок, которые составляли основу прибрежного песка этого пляжа. А Боря все еще плескался в теплой воде.

– Мам, он хрустит, будто накрахмаленный, – улыбаясь отметил мальчик.

– Ага, – кивнула Надя, боясь потерять едва уловимую ниточку глубокого душевного покоя и равновесия, который как маленький родничок, пробивался в ее уставшую до изнеможения душу.

Надя смотрела на барашки волн, набегающие на берег. В этом месте дно океана очень близко и для того, чтобы окунуться, нужно было идти по колено в воде, не меньше пятидесяти метров. Только там дно уходило вниз, позволяя отдыхающим плавать. Но песок пляжа был настолько мелким, что казался бархатным. Для родителей с малыми детьми это место было находкой. Дети свободно бегали по теплой воде, прогретой южным горячим солнцем, играли в песке, строя из него башни или вырывая маленькие бассейны – ямки, которые мгновенно наполнялись водой даже в стороне от кромки океана.