Чтение онлайн

Дэймон подается вперед, положив локти на стол.

— Как бы мне ни хотелось присвоить себе лавры, на самом деле я получил указание сверху. Похоже, клуб твоих поклонников в совете директоров сыт по горло твоими выходками.

Откровение шефа что иголочный укол для моего демонстративного неповиновения, и я едва ли не физически ощущаю, как сдуваюсь на стуле.

— У тебя две минуты на сбор личных вещей, — продолжает начальник. — Из редакции тебя проводят.

— Но, Дэймон… Пожалуйста…

— Не трать время понапрасну. Здесь я бессилен. — Он встает и кивает на дверь. — И давай поскорее покончим с этим.

Все еще пребывая в оцепенении, я медленно поднимаюсь и на ватных ногах направляюсь к выходу.

— Ах да, Эмма, — мурлычет Дэймон. — Еще кое-что.

Поворачиваюсь к нему.

— Надеюсь, ты не возражаешь, но мне всегда хотелось это сказать.

— Что сказать?

Он указывает на меня пальцем и с вальяжной улыбочкой объявляет:

— Ты уволена!

Вынуждена признать, увольнение — опыт ужаснейший.

И в моем случае таковой обернулся особенно ужасным по трем причинам. Во-первых, мне пришлось чуть ли не в буквальном смысле «пройти сквозь строй»: все до одного сотрудники таращились, как я плетусь по проходу редакционной студии с картонной коробкой в руках. Во-вторых, вид у Джини при этом был что у брошенного щенка — да девушка едва не плакала! Ну и в довершение, выпроводить меня из чертогов «Дейли стандарт» Дэймон поручил ухмыляющейся Бриджет.

Вышвырнутая на крыльцо редакции со своими пожитками, я напоминаю себе, что формально меня еще не уволили. По шкале иллюзорных позитивных моментов данное обстоятельство, впрочем, пребывает на одном уровне с колоссами утешения вроде «на этой работе свет клином не сошелся» и «главное не победа, а участие».

Вот же ж, мать твою.

Блин, блин, блинский блин!

Кожей чувствую на себе взгляды десятка пар глаз со второго этажа. Могу себе представить, о чем думают мои любезные коллеги: вот и пришел конец старушке Эмме Хоган, последнему из динозавров.

С высоко поднятой головой и расправив плечи, я гордо шагаю прочь — не имея ни малейшего понятия куда, и что мне теперь вообще делать. Метров через тридцать, однако, горькая обида уступает место другой тревоге.

Окинув взглядом улицу, нахожу укрытие в подъезде ресторана, который распахнет двери клиентам еще только через пару часов. Достаю телефон, набираю номер Клемента и слушаю гудки, гудки, гудки.

— Ну давай же, давай!

Я уже готова сдаться, когда он наконец отвечает:

— Пупсик?

— Вы где?

— В кафе возле Гайд-парка. Что стряслось?

— Меня уволили. Можете встретиться со мной?

— Конечно, где?

— Я недалеко от редакции, возле ресторана «Красавица луна».

— Дай мне пять минут.

Вместо гудков я слышу пищание случайно нажатых кнопок, перемежающееся с чертыханиями Клемента. Наконец, нужная клавиша найдена, и звонок завершается.

Остается лишь ждать и утопать в собственных унылых мыслях. Несколько очевидных вопросов тем не менее не заставляют себя ждать. С какой стати потребовалось проверять сделанные мной звонки и кто дал на это указание? С трудом верится, что Дэймон старательно следил за моими разговорами на протяжении полугода, пока ему вдруг не выпала удача. Да я звоню пятьдесят раз на дню, не станет же он тратить целые часы на просмотр записей в смутной надежде, что мне взбредет в голову позвонить Уильяму Хаксли! Шеф меня не любит, согласна, но не до такой же степени!

Кроме того, он сам признался, что приказ пришел сверху, и с учетом событий последних нескольких дней это не может не вызывать серьезное беспокойство.

Смартфон подает сигнал эсэмэски. Открываю послание:

Дисциплинарный вопрос будет закрыт, если вернешь блокнот и забудешь про «Клоуторн». Это тебе не по зубам, не суйся.

Ошарашенно перечитываю текст дважды.

Вот и ответы на вопросы, которыми я задавалась лишь мгновение назад. И на их место встают более тревожные. Если это сообщение от Аллана Тима, то как, черт побери, он так быстро пронюхал, что меня только что вышвырнули с работы?

Объяснение только одно: у него есть информатор в редакции.

— Боже мой!

Данное умозаключение порождает дальнейшие вопросы. Является ли инициатором проверки моих звонков непосредственно Тим? Иными словами, не потребовал ли так называемый Таллиман оказания ответной услуги?

В третий раз перечитываю сообщение. Имя отправителя скрыто, однако в конце текста указывается анонимный абонентский ящик. По опыту мне известно, что установить владельца такого адреса практически невозможно.

— Привет, пупсик! — раздается вдруг голос Клемента.

От неожиданности чуть не роняю телефон.

— Черт! Вы меня напугали!

— Извини. Ты в порядке?

— Вообще-то нет.

— Я тоже. Мне пришлось оставить половину завтрака.

— Ах, какой ужас! — взрываюсь я.

— Еще какой! Может, ломанемся к тебе? По пути ты все и выложишь.

Без всяких подсказок великан наклоняется и подхватывает мою картонку. Я уже начинаю усваивать, что Клемент обладает способностью в одно мгновение переходить из режима бесчувственного засранца в режим джентльмена.

— Спасибо.

Мы идем к подземке, и я описываю ему сцену в кабинете Дэймона, а затем сообщаю про полученное буквально через пару минут после выхода из редакции предупреждение.

— Ну теперь-то, пупсик, ты признаешь?

— Что признаю?

— Ты ведь решила, будто я заливаю тебе про «Клоуторн».

— Вовсе нет.

— Да ладно тебе, — фыркает Клемент. — Ты подумала, что это какая-то шутка и что я только нагоняю страху.

— Что ж, угрозу я, пожалуй, действительно недооценила.

— Вот-вот.

— Но это же вмешательство в мои личные дела! У меня такое чувство, будто надо мной надругались!

— Я еще раз повторяю: ты связалась не с какими-то бойскаутами. У этих козлов глаза и уши повсюду.

— Как выясняется.

— Впрочем, коли речь зашла об угрозах, могло быть и хуже, — философски замечает Клемент.

— Хуже? Да меня шантажируют, изводят угрозами, и в этом замешан кто-то из «Дейли стандарт»! Как еще могло быть хуже?

— Заткнуть рот болтуну способов уйма. Они могли схватить тебя прямо на улице, отвезти в местечко потише да отрезать тебе ржавой бритвой соски.