Чтение онлайн

— О, едва ли он задумывался тогда о подобном! Он как-то сказал, что женился на мне потому, что пожалел меня: пожалел, увидев, как ужасно отнеслись ко мне в его семье.

— В таком случае яне ошибся: он и вправду глупец. Он только все усложнил для вас.

— Должно быть, но, честно говоря, я не уверена, что он отдавал себе отчет: он ведь хотел как лучше, да и кроме того, был в меня влюблен.

Роберто усмехнулся.

— Этот разговор меня бесит. Я вовсе не намерен и далее говорить о вашем муже, Джейн. — Голос его неожиданно стал холодным.

— В таком случае, найдите другую тему для беседы, — тотчас предложила она.

— Неприятно думать о том, что вас обнимал другой.

— Но это же глупо, Роберто! Я не двадцатилетняя девчонка, в конце-то концов.

— А хотелось бы… Чтобы вы знали только одного мужчину — меня, — прочувствованно сказал он.

— Тут изумительная кухня!

— Вот она — английская манера поведения! Как только беседа касается нежелательной для вас темы, вы всегда так поступаете.

Подали кофе и бренди.

— Кстати, а почему ваша тетка живет с этими ужасными жиголо? — неожиданно спросил он.

— Они вовсе не ужасные и уж наверняка не жиголо, — парировала Джейн, чувствуя некоторую обиду за Онор.

— Именно жиголо. Мне, право, неловко наблюдать все это.

— А что значит, по-вашему, жиголо?

— Жиголо — это молодой человек, который за деньги занимается любовью с пожилыми женщинами.

— С чего вы взяли, что она им платит? Я, например, уверена, что о деньгах и речи нет!

— Ну, может, она расплачивается не купюрами, но тем не менее кормит их, повсюду таскает за собой, наверняка покупает одежду и драгоценности.

— А вот интересно, если бы я вчера согласилась переспать с вами, была бы разница между ними и мной? Может, в этом случае вы и ко мне относились бы с таким же презрением? — Она сердито уставилась на него.

— Ну что вы, это же совершенно другое дело!

— Отчего же — другое? Вы старше меня, вы платите за угощение. Наверняка, если бы я согласилась, вы бы мне что-нибудь подарили. Ведь у меня нет своих денег, потому отплатить за ваше гостеприимство я не могу.

— Дорогая, мне так нравится, когда вы сердитесь! Ваши глаза делаются совершенно неотразимыми. Они приобретают какой-то совершенно неземной оттенок, совершенно особенную глубину… Это восхитительно!

— Это все потому, что вы не принимаете меня всерьез, — сказала она, чувствуя, как все более и более раздражается.

— Отчего же? Просто в данном случае вы скорее всего правы… — Он с улыбкой поднес к губам ее руку. Роберто не просто поцеловал руку, он сделал нечто гораздо более чувственное, исполненное глубокого смысла.

— Спросили бы просто: «Почему ваша тетка обзавелась столь молодыми любовниками?» Я бы поняла все сразу. А вы: «жиголо»… Ужасное словцо! — Она отняла руку, однако при этом весьма мило улыбнулась.

— Пожалуй, вы правы. Так почему она сделала это?

— Наверное, потому, что ей осточертели собственные мужья. Она говорит, что муж — это очень дорогостоящее хобби. — Роберто рассмеялся. — А так она полностью распоряжается молодыми людьми и никаких обязательств, никаких долгих разговоров, выяснений отношений… Для богатых женщин это чрезвычайно удобно. Не думайте, будто я осуждаю ее, вовсе нет. Они исключительно хорошо к ней относятся, и вообще это очень милые молодые люди. Они делают ее счастливой, и за это я им благодарна. Потому что сама ее очень люблю.

— Да, я был не прав, прошу меня простить. Конечно, раз она счастлива… Должно быть, она иногда бывает очень одинока.

— Онор? Одинока?! Вот уж не сказала бы! Вечно ее рвут на части!

— Это-то и есть верный признак одиночества. Некоторых моих друзей она просто сводит с ума, многие бы хотели угодить ей. — Слова его прозвучали столь проникновенно, что Джейн не смогла сдержать улыбки.

После обеда Роберто отвез ее домой. Снова остался на чай и опять отказался от ужина. В течение всей недели продолжалось одно и то же: менялись лишь рестораны, куда Роберто возил ее обедать. Всякий раз он нежно флиртовал с Джейн, однако никаких попыток затащить ее в постель больше не предпринимал.

По вечерам она никуда более не выезжала: вечерами звонил Роберто, всякий раз в разное время. До очередного телефонного звонка Джейн места себе не находила и бесцельно бродила по комнатам.

В один из вечеров Онор не выдержала:

— Ради Бога, Джейн, успокойся! Сядь, почитай, что ли.

— Извини, Онор, мне что-то не сидится. Я жду звонка Роберто. И всякий раз боюсь, что именно в этот вечер он не позвонит, а когда поговорю, еще больше нервничаю. Сама не знаю, отчего это.

— Какая же ты странная, Джейн! Разумеется, не будешь тут места себе находить: ты постоянно выезжаешь с таким чувственным мужчиной, как Роберто, под вечер он тебя привозит, затем исчезает. Конечно, вместо того чтобы лежать с ним в постели, ты болтаешься по комнатам этого дома и сводишь меня с ума! Думаю, он пытался соблазнить тебя, не так ли?

— Да, — созналась Джейн, отчасти смущенно, отчасти с некоторой гордостью.

— И ты отказала?

— Разумеется.

— Что значит «разумеется»?! Мне кажется, любая женщина почла бы за честь. Пусть даже он не очень симпатичен, однако чертовски привлекателен, очень мил и вообще с ним всегда хорошо и весело. Сомневаюсь, что когда-либо прежде он сталкивался с подобным к себе отношением. Должно быть, ты серьезно его заинтриговала, потому как вообще-то от женщин у него отбоя нет. Пожалуй, ты поступаешь правильно.

— Как ты не понимаешь, Онор! Я не могу лечь с ним в постель — я не люблю его!

— Глупости какие!

— Но как же я могу спать с ним, а представлять, будто со мной — Алистер?!

Онор буквально зашлась от смеха.

— Джейн, дорогая! Смею тебя уверить, что в этом не будет никакой необходимости! Надо же, что подчас приходит тебе в голову… — протянула она. — А если серьезно, Джейн, то ты ведь не сможешь всю жизнь прожить без мужчин. Будь же благоразумна!

— Да, я готова признать, что мне нравится его внимание. Но механика секса меня не привлекает.

— Джейн, ты неимоверно старомодна! — Онор засмеялась, но тотчас осеклась. — Неужели ты все еще надеешься вернуть Алистера?