Чтение онлайн

...Настойчивый писк сигнального устройства компьютера отвлек Густава фон Хетцена от беспокойных мыслей. Включив монитор и бросив на него взгляд, он сразу собрался и, извинившись перед девушками, ввел в работу компьютер в кабине пилотов и быстрым шагом отправился туда.

Это был тот самый подробный отчет Эльзы о проделанной ею работе, в получении которого Командор уже и не верил. Что бы там ни было, а его приход весьма кстати, подумал он, и начал знакомиться с материалом правда, с некоторой долей скепсиса. Однако чем дальше он вникал в предложенную дочерью систему доказательств, тем серьезнее становилось его лицо. Прочитав же заключительные строки с пожеланием успеха и наказом как следует подстраховаться, фон Хетцен-старший откинулся на спинку кресла и погрузился в раздумье.

Все-таки "прима" утерла мне нос, незлобиво усмехнувшись, признался он себе, все же наша порода сказывается! Подумать только, не просто вычислила вражеского разведчика, но и решила остальные проблемы... Как жаль, что эту работу нельзя подать на повышение класса - моя Эльза наверняка получила бы "экстру"! Ничего, как-нибудь найдем способ ее вознаградить, а пока нужно еще раз проверить детали, и если все сойдется, то... то дело будет закончено уже в ближайшие часы. Ну что же, начнем! Да, сначала нужно справиться про обстановку - вдруг наш "Незнакомец" еще один трупик успел состряпать?

Командор достал передатчик и набрал номер сына.

Роман отозвался почти сразу - он находился возле комнаты Инги Инфантьевой и как раз подносил палец к выступу звонка. Заверив отца, что все под контролем, он согласился подойти через часок, а затем вызвал по радио на свое место еще одного десантника - трех человек в кольцевом коридоре было вполне достаточно, чтобы держать под наблюдением помещение первого этажа и лесенку в генераторскую. Дождавшись появления рядового, он расправил плечи и дважды отрывисто позвонил.

Инга открыла дверь, даже не поинтересовавшись через переговорную панель личностью визитера. Увидев сына Командора, она отступила и едва заметным жестом руки предложила ему войти. Выслушав замечание Романа о неосторожном поведении, женщина позволила себе коротко усмехнуться:

– Почувствовав опасность, я могу на несколько секунд обезвредить практически любого, а потом и... Кроме того, существует расхожее мнение, что убийце не следует бояться самого себя!

– Неужели это признание?
– удивился фон Хетцен-младший и прислонился к закрывшейся двери с нарочито встревоженным видом. Инга покачала крупными серьгами:

– Нет, лишь предположение одной из моих коллег. Только что со мною говорила по внутренней связи наша Злата... вернее, не говорила, а вопила. Пять минут обзывала меня всеми имеющимися в ее убогом лексиконе цензурными и нецензурными ругательствами, еще семь с половиной минут грозилась, что все разболтает Командору (причем бесплатно!); наконец, торжественно проорала, что убить ее, Злату, мне уже не удастся, и оборвала крик на самой высокой ноте. Господи, до сих пор в ушах звенит...

– За что Йоркова так вас ненавидит?
– спросил Роман, проходя вглубь комнаты. Улыбка Инги сразу сузилась и сделалась немного грустной.

– За то, что ей не удалось затащить Кирилла к себе в постель, сказала она.
– Считает, что я постоянно гипнотически на него воздействую по ее мнению, иначе не объяснишь, отчего здоровый красивый мужчина не лезет на первую попавшуюся бабу, едва жена отворачивается...

– Вы многое рассказали моему отцу о себе и о Кирилле и сделали это не совсем добровольно, - осторожно начал Роман.
– Не знаю, стоит ли спешить с извинениями, но поговорить необходимо. Дело в том, что ваш муж сейчас сопровождает в путешествии мою сестру, и нас предупредили, чтобы она его опасалась.

– Так-так... Значит, Златка-мерзавка и тут постаралась!

– Неверное предположение. Сигнал поступил от одной местной особы - я имею ввиду мадемуазель Ласкэ. Вот почему мы встревожены.

– Но это нелепо!
– с некоторой горячностью воскликнула Инга.
– Кир в силу... в силу своих убеждений никогда не станет орудием уничтожения в чужих руках!

– Прямым - да, - согласился Роман, - но ведь могут быть и варианты! Вот один из них: он охраняет некое лицо, скажем, "мистера Икс", причем как настоящий "страж" должен работать на опережение. А теперь представьте, что наша Эльза по незнанию решила весьма круто обойтись с...

– Нет, придумайте что-нибудь еще, этот вариант не выдерживает никакой критики, - возразила Инга.
– Ваш "мистер Икс" сейчас сидит в следующей по порядку от меня комнате и бесится от непонятной злости.

– Вы хотите сказать, что Кирилл обычно охранял Злату?

– Да. Именно ее Шедуэлл отправлял к богатырям с шифрованными донесениями. Эрик ведь не только был связан с "Синдикатом"; он, как и Кир, состоял в крестианском "Ордене Езуитов", но в чине "Провинциала", а это огромная власть и полномочия!

– И если такой человек оказался на задворках Галактики...

– ...значит, там очень интересно!

Роман согласно качнул головой, быстро прошелся по комнате и, спросив разрешения, опустился на диван. Инга присела на противоположный краешек.

– Послушайте, - сказала она, глядя на сына Командора глубоким, волнующим взглядом, - я очень прошу: не используйте против Кирилла то, что я вынуждена была вам сообщить. У него, как и у меня, не сложилась жизнь, но... но лучше занимайтесь мною. Хотя, если говорить честно, я никогда не была настоящим агентом в прямом смысле этого слова. Собиралась стать - это да.

На несколько минут Инфантьева замолчала, а потом переменила позу. Прислонившись спиной к диванному валику и закинув руки за голову, она продолжала говорить в несколько монотонном стиле.

– Да, я обучалась в "Элите" на специальных подготовительных курсах, после окончания которых хотела пойти на оперативную службу... скорее всего, в полицию. По молодости лет, меня вообще привлекала романтика агентурной работы, а кроме того, я оказалась очень способной к "экспресс-гипнозу". Но получилось так, что мои родители решили эмигрировать, и расстаться с ними я не могла. Их работа не носила секретного характера, и препятствий для отъезда не ожидалось, однако они отчего-то нашлись да в таком количестве, что мой отец просто впал в отчаяние. Как оказалось, все дело было в его неосторожной дочери - на нее "элитные" спецслужбы уже имели кое-какие виды и упускать без "выкупа" не собирались. Мне вполне ясно сказали, что я могу решить семейные проблемы, согласившись после получения гражданства "Союза-Содружества" поработать всего-навсего обычным "почтовым ящиком"...

– Ну конечно!
– в сердцах воскликнул Роман, очень не любивший в разведдеятельности именно процесс вербовки.
– Конечно! А там "коготок увяз...

– ...всей птичке пропасть", - слаженно докончила Инга.
– Да, тогда я не понимала, что романтика на спецработе бывает довольно грязноватой. Короче, я согласилась - и вляпалась.

Не сразу я догадалась, что познакомилась с Инфантьевым не случайно, а когда сообразила - меня уже "держали" крепко. Правда, моим хозяевам ничего не было известно о том, что произошло с Киром в ваш проклятый "День Совершеннолетия", и его по-прежнему считали очень перспективной разработкой.