Чтение онлайн

— Максим… тут же запнулась, поперхнувшись слюнками радости, захлопнувшись сверху медным тазиком разочарования. — …Сергеевич. Добрый вечер.

— Соколовская? — смерив меня малость опешившим взглядом, вздернул бровь мой шеф. Или у него так глаз на нервной почве дернулся?

Тьфу. Чтобы на вас камень упал, размером с Соколовскую!

— Угу, — мрачно буркнула, но тут же нацепила радостную улыбку, в памяти перебирая все казни египетские.

Да-да. Как вы уже догадались, напротив начальственного недоумения сидел не Ромка. Незнакомый, неопознанный, в первый раз увиденный. Да, тоже чистейший блондин… Но всё равно — не Ромка!

Молодой, красивый — это да. Высокий, богатый, худой… нет, скорее жилистый — тоже да! А вот волосы, поначалу показавшиеся мне белыми, на самом деле оказались странного оттенка. Что-то такое серебристое, стальное, пепельное…

Красиво, да. Но не мое, увы! Я, как оказалось, преданная фанатка чистейших белобрысых существ с вредной упрямой натурой!

— Занятно, — ни к кому конкретно не обращаясь, ехидно протянул боссушка. — Что ж, ладно, об этом потом. Анастасия, познакомься: мой старый приятель Богдан. Богдан — это Анастасия Соколовская, мой переводчик.

— Рад знакомству, — поднявшись с кресла, протянул мне руку молодой мужчина, вежливо улыбаясь. Я вручила свою в ответ, с тоской и легкой завистью чувствуя под пальчиками прохладный металл обручального колечка.

Эх, где ж на таких орнитологов-то учат? Самые лучшие экземпляры оказываются окольцованы в момент!

— И я.

— Присаживайся, Настя, — махнул рукой шеф. — Мы уже почти закончили.

Слушаюсь и повинуюсь…

— Да, ты прав, — молодой человек, представившийся Богданом, присаживаться обратно, к моему удивлению не спешил. — Думаю, мне пора. Как вернешься в город, дай знать.

— Уверен, что не хочешь остаться на ужин? — только и спросил Максимка свет Сергеич, поднимаясь и протягивая руку, пока я косила глазами в разные стороны, будто пьяная лошадь.

И что, это всё? Мне даже на него насмотреться как следует не дадут? Не каждый же день увидишь таких интересных образчиков, которые волосы красят! Злые, злые, коварные люди!

И нет, мне совсем не интересно, кто же такой этот персонаж, как он тут оказался, и что он тут на самом деле делает. Шеф же того, по работе в санаторий явился. Вот и работает… со всякими!

— Не хочу опоздать на самолет, — только и улыбнулся Богдан. — Меня уже заждались дома.

— Рыжим чудовищам привет, — как-то слишком многозначительно усмехнулся мой боссушка. У меня в ответ на это задергались обе туфельки на вусмерть уставших ногах. В санатории что, вечер шарад объявили, а я снова все веселье пропускаю?

— Скажи Милане, что ты меня здесь не видел, — ввернул колкость блондин. Почему это была именно колкость? Не знаю, но мне так показалось! — Всего доброго, Анастасия.

— И вам, — скромно покивала я, так и не найдя сил подняться с удобного до безобразия креслица. Мягонько, уютненько, комфортненько… Можно я здесь спать останусь?

Как бы то ни было, но приятный молодой человек по имени Богдан решительно нас покинул. И вот теперь, сиятельное внимание Максимки свет Сергеича, наконец, было обращено в сторону свой крепостной… Ой! Ну, в сторону наиценнейшего работника, в смысле.

Оговорочка, кажись, по Фрейду…

— Что ж, неплохо, — наконец, после двух минутного молчания и пристального разглядывания, разродился шеф вердиктом. Ну, слава тебе, Господи. Можно, я стану крестной мамой? — Не совсем то, что я ожидал… Но весьма достойно. Думаю, Милана не справилась бы лучше.

— Только ей не говорите, — фыркнула, беззаботно покачивая ножкой с болтающейся на ней новенькой туфлей. Упс. Надеюсь, у меня там кровища со свеженьких мозолей не стекает? А то как бы… ну, не комильфо!

— Я же не самоубийца, — хмыкнул многозначительно Биг Босс, снова типа лениво ковыряя меня взглядом. И он этим меня смутить удумал? Да после общения с настоящим французом, которые во время разговора не имеют привычки смотреть куда-то мимо своего собеседника?

Не-а. Укол не в кассу!

— Ну, я бы так не сказа-а-ала…

— Соколовская, не борзей, а?

Во-о-от! Узнаю своего любимого начальника!

А то не поймешь, в кого он эволюционировал в последнее время. Или деградировал? То ли Казанова, то ли плохой танцор с неподъемными бубенцами, то ли вообще… актер без Оскара! Что творит — непонятно. А что уж от меня хочет на самом деле — непонятно вдвойне!

— Шеф, я что-то понять не могу, — задумчиво прищурилась я, снова перейдя на вольготно-деловой стиль общения. Ибо снова сближаться с ним — не уважать себя, определенно! Проходили эту попытку перевоспитания псевдо отношениями, знаем. — Вы так настаивали на изменениях. А теперь вроде как не рады. Или мне кажется? Или вас коробит, что это заслуга не вашего почтенного семейства?

— Соколовская, не пойми меня неправильно, — о, тоже на официалку переполз! Мерси, мерси. Такое отношение устраивает меня больше! Даже вот этой поганой ухмылочке — милости прошу. — Мне плевать, каким способом будет достигнут желаемый результат. Милана или кто-то другой — мне не важно. Важен итог и ничего больше.

— А как же «главное не победа, а участие»? — ехидно поддела я.

Нет, а что? Он тут может ядовитой слюной поплевываться, а я снова сидеть просто так буду?

— Соколовская, мы с тобой не на спортивных играх при Советском союзе, — усмехнулся шеф, кажется, собираясь подняться. Что, уже капитулирует? Я так не играю! А как же сражаться до победного? — В нашем с тобой случае, овчинка стоила выделки. А во сколько обошлась эта выделка, кто ей занимался, и сколько это стоило — меня волновать не должно.

Так, я не поняла. Меня что, сейчас завуалировано овцой назвали?! Да е-мае, это даже не завуалировано, это прямым, как топор намеком, абсолютно лишенным прозрачности, сказано!

Да он… да он… да он… Да он офигел, что ли??

— Кстати, Андреев звонил, — как бы невзначай обронил босс-засранец, действительно поднимаясь.

Я аж забыла высказать всё, что о нем только что подумала и перечислила! Мысленно, конечно. Но только пока — как раз собиралась все это озвучить!

— И? — я тут же подскочила, завертевшись волчком рядом, забыв, правда, как дышать. Аж из головы вылетело, что я вроде как теперь совсем другая! — Что он сказал?

— Да ничего, — неопределенно пожал плечами Максим. — Только то, что твой пес нашелся. Приветов тебе не передавал, извини. Кстати, не забудь, что с послезавтра начинаются оздоровительный процедуры. А теперь мне пора. Приятной ночи.

И свалил в закат, гордо оставляя за собой последнее слово. Ну, то есть криво улыбнулся, развернулся, и прошагал в другой конец холла, где, как оказалось, его ожидала с приторной улыбочкой та самая белокурая дама в мехах! То есть, тогда она была в мехах, а теперь в откровенном красном платье для коктейлей.