Нескончаемая тьма
Шрифт:
На губах Кейдена расплывается вызывающая улыбка.
Затем он поднимает руку, пренебрежительно и снисходительно похлопывает моего отца по плечу, после чего просто уходит.
Я не знаю, смеяться мне, закатывать глаза или стонать от досады.
— Прошу всех занять свои места, — призывает священник, и его голос эхом разносится по величественному каменному зданию. — Церемония скоро начнется.
Взгляд священника перемещается на меня, и он выжидающе поднимает брови.
На этот раз я действительно закатываю глаза. Но он прав. Технически я не должна здесь стоять. Поэтому я еще раз окидываю взглядом освещенную свечами комнату, а затем поворачиваюсь и проскальзываю обратно через дверной проем в маленькую комнату ожидания, расположенную недалеко от главного прохода.
В комнате тепло, она ярко освещена обычными потолочными лампами и обставлена мебелью из светлого дерева. Я провожу руками по своему белому свадебному платью, а затем внимательно осматриваю себя в зеркале.
— Боже, ты великолепна, — внезапно произносит ошеломленный голос.
Я оборачиваюсь и вижу стоящего там Кейдена. Похоже, он просто вошел в дверь, а потом, увидев меня, забыл, куда направлялся. От этих слов и задыхающегося тона его голоса по моим щекам разливается румянец.
Его рот слегка приоткрыт, а взгляд скользит по всему моему телу.
— Не думаю, что в церкви можно так использовать имя Бога, — поддразниваю я, придвигаясь ближе к нему и пытаясь заставить свои раскрасневшиеся щеки остыть.
В темных глазах Кейдена появляется озорной блеск.
— Черт, ты великолепна. — Он ухмыляется мне. — Так лучше?
Я смеюсь, останавливаясь перед ним. Запрокинув голову, я упиваюсь его видом, в то время как мое сердце пропускает несколько ударов.
Когда я впервые увидела его, он показался мне красивым, но в то же время суровым. Как ледяная скульптура. Он и сейчас так выглядит. С его острыми скулами, пронзительными темными глазами и прямыми черными волосами, он по-прежнему выглядит красивым и опасным, как острый осколок льда. Как будто стоит только прикоснуться к нему, и ты тут же истечешь кровью. Именно это в нем и привлекло меня в первую очередь. Опасность. Сила. Холодный контроль.
Но теперь я также знаю, какой дикий огонь бушует внутри него. Со стороны может показаться, что он совершенно безэмоционален. Но я знаю его лучше. Я знаю его настоящего. Я знаю, что он способен переживать эмоции даже глубже, чем кто-либо другой, кого я встречала.
Он уничтожил бы целые страны, чтобы уберечь меня. И ради меня сжег бы весь мир дотла, если бы я только его попросила. Он любит меня так сильно, что сама вселенная содрогнулась бы перед ним.
И я люблю его с тем же безумным пылом.
Он видит меня. Настоящую меня. И ему нравится все, что он видит. Он не пытается отгородиться от меня. Напротив, он хочет, чтобы я была рядом с ним. Он помогает мне стать лучше. Сильнее. Умнее. Еще более безжалостной.
Потянувшись, я провожу руками по его острой челюсти. Дрожь удовольствия пробегает по его телу, как это обычно бывает, когда я прикасаюсь к нему. Даже спустя столько времени.
— Я видела, как мой отец и братья загнали тебя в угол, — начинаю я. — Что они сказали?
Его темные глаза сверкают.
— Они приставили пистолет к моему позвоночнику и пригрозили парализовать меня, если я когда-нибудь причиню тебе боль.
Из моей груди вырывается наполовину веселый, наполовину раздраженный смешок. Опустив руку, я качаю головой, думая о своей несносной семье, а затем одариваю Кейдена понимающим взглядом. На моих губах играет улыбка.
— Немного поздновато для этого, тебе не кажется? — Поддразниваю я. — Учитывая все, что ты сделал со мной, когда мы впервые встретились?
Он протягивает руку и обхватывает мой подбородок. Наклонившись вперед, он одаривает меня злодейской улыбкой и прижимается своими губами к моим.
— Я никогда не делал ничего такого, с чем бы ты не смогла справиться.
По мне пробегает волна жара, когда он снова целует меня, а затем отпускает мой подбородок. За дверью начинает играть музыка. Мое сердце замирает. Пора.
Кейден поворачивается лицом к двери, а я подхожу и встаю рядом с ним.
— Ну, — начинаю я, искоса поглядывая на него. — Если тебе от этого станет легче, твой отец тоже пытался убедить меня отменить свадьбу.
Вскинув бровь, он смотрит на меня сверху вниз.
— И что ты ответила?
— Я очень вежливо попросила его отвалить.
Он смеется.
Его звук проникает прямо в мою душу, наполняя ее искрящимся теплом.
С невероятным огоньком, пляшущим в его глазах, он улыбается и протягивает мне руку.
— Ну что ж. Сделаем это?
Я беру его за руку.
— Да.
Ослепительная улыбка расплывается по моему лицу, когда мы с Кейденом идем к алтарю бок о бок.
Мой отец не ведет меня к алтарю, чтобы передать Кейдену. Потому что я не вещь, которую можно передать от одного мужчины к другому. Нет. Мы с Кейденом идем к алтарю вместе. Потому что мы вступаем в этот брак на равных.
Все встают со своих мест, наблюдая за тем, как мы идем к священнику, минуя ряды деревянных скамей. Свечи слегка мерцают, создавая крошечные язычки пламени, которые играют на золотых украшениях по всей церкви. Я улыбаюсь, все еще держа Кейдена за руку, когда мы преодолеваем последнее расстояние до ожидающего нас священника.
Счастье бурлит внутри меня.
Когда мы с Кейденом останавливаемся перед ним, священник кивает нам и слегка улыбается. Затем он повышает голос, и его слова эхом разносятся по всей церкви.
— Мы собрались здесь сегодня не только для того, чтобы соединить двух людей священными узами брака, — начинает он. — Но и для того, чтобы объединить две семьи. Пришло время отложить оружие и стать единым целым. Пришло время довериться...
Из задней части церкви доносится громкий хлопок.
Все вскакивают на ноги, тут же обнажая оружие.
В глубине зала девушка, с огненно-рыжими волосами, пришедшая сюда с Джейсом, заливается ярким румянцем, стоя рядом со стулом, который она опрокинула, вероятно, в попытке улизнуть. На ее лице отражается смущение, она захлопывает рот и быстро садится обратно.
Я перевожу взгляд на остальную толпу.
И кое-что понимаю.
Здесь просто дохрена оружия.
Все, кто сидит по мою сторону прохода, вскочили на ноги и направили оружие на Хантеров, пока те осматривают церковь в поисках признаков засады. По другую сторону прохода все Хантеры и остальные их люди тоже встают, направив оружие на мою семью и наших людей, внимательно изучая зал в поисках потенциальной угрозы.
Я заливаюсь хохотом.
Что ж, возможно, над доверием между нашими семьями, о котором говорил священник, нужно еще поработать.