Чтение онлайн

— Я действительно пытался, Алина, — говорит он, и искреннее сожаление в его тоне вызывает у меня приступ паники. — Но, видимо, так надо.

— Что ты...

Двойные двери распахиваются.

Мы с Кейденом вскакиваем на ноги, когда в столовую вваливаются люди в военной форме. Остальные гости с криками разбегаются в разные стороны.

— Всем выйти! — Рявкает один из мужчин. — По приказу семьи Хантер.

Я в шоке отшатываюсь назад и бросаю взгляд на Кейдена.

Он уже снял пиджак и теперь на нем только белая рубашка, под которой на груди крест-накрест висят кобуры для ножей.

— Эти люди не работают на мою семью, — говорит он достаточно тихо, чтобы слышала только я, вытаскивая два ножа и вкладывая их мне в руки. — Помни, что я тебе показывал. Если кто-нибудь приблизится, убивай сразу и без колебаний.

Я киваю, взяв ножи. Страх и паника скручивают мой желудок, когда я оглядываю остальную часть комнаты.

Остальные гости и персонал уже разбежались. Остались только Эрик и орава мужчин. Мой бывший жених отступил и занял позицию в нескольких шагах от небольшой армии, с которой мы сейчас столкнулись.

— Что это за чертовщина, Эрик? — Спрашиваю я, стараясь скрыть страх, который смешивается с яростью внутри меня. — Кажется, это слишком бурная реакция на то, что тебя бросили.

— Как обычно, ты не видишь картину целиком, — отвечает он покровительственным тоном, после чего его взгляд становится жестче. — Речь идет не только о нашей помолвке, но и о твоей тоже. Ты не можешь заключить союз с Хантерами.

— Разговори его, — бормочет Кейден себе под нос.

Мужчины в черной одежде движутся между столами, словно пытаясь окружить нас. Кейден подходит ближе ко мне, его оценивающий взгляд скользит по залу, словно он ждет, когда они займут определенную позицию.

— Моя семья и остальные семьи в нашем элитном кругу общества, — продолжает Эрик, и в его голосе появляются надменные нотки, — смогли держать ваши семьи в узде, натравливая вас друг на друга. Именно поэтому мы не можем позволить вам заключить союз.

— Почему нет? — Спрашиваю я, стараясь разговорить его, как и просил Кейден.

— Потому что это, конечно же, сделает вас слишком могущественными. — Он качает головой, и на его лице снова появляется неподдельное сожаление. — Но как только твоя семья узнает, что ты погибла в результате нападения, организованного семьей Хантер, о чем все гости слышали своими ушами до того, как сбежали, начнется кровная месть.

Мое сердце подпрыгивает в груди. Погибла? Они здесь, чтобы убить меня?

— А это значит, что не будет никакого альянса и никакой могущественной коалиции семей наемных убийц, которые могли бы угрожать нам, — заканчивает он. — Вот почему, дорогая Алина, я пытался быть цивилизованным и убедить тебя...

Кейден бросает свои метательные ножи.

Кейден

Металл сверкает в свете тысячи свечей, когда четыре метательных ножа рассекают воздух. Наступающие на нас люди пытаются отпрянуть, когда понимают, что происходит, но слишком поздно. Лезвия вонзаются в четыре горла. По всей столовой разносятся сдавленные булькающие звуки. Затем четверо мужчин падают на блестящий деревянный пол, и начинается настоящий ад.

Вместо этого я выхватываю пару боевых ножей, когда остальные мужчины бросаются вперед.

Я знал, что у меня будет только один шанс на внезапную атаку, поэтому решил использовать его по максимуму. Вот почему я ждал, пока они окажутся в такой позиции, когда я смогу прикончить четырех человек одновременно. Это, конечно, не уравняет шансы, но, по крайней мере, четыре трупа за несколько секунд заставят остальных задуматься, стоит ли подходить слишком близко.

Вытянув руку, я отталкиваю Алину на несколько шагов назад, когда первая пара нападающих приближается к нам.

Холодная ярость прожигает меня насквозь.

Они здесь, чтобы убить Алину. Убить ее. Потому что это нарушит баланс сил, если наши семьи объединятся. Я их всех перережу к чертовой матери.

Уклонившись от первого кулака, я вращаю лезвие в руке и вонзаю его в грудь мужчины. Из его горла вырывается хрип, но я уже снова двигаюсь. Выдергивая нож из его груди, я поворачиваюсь и бью ногой другого парня. Он тут же отскакивает назад, чтобы не получить удар по колену.

Еще двое парней присоединяются к остальным, пытаясь обойти меня, чтобы добраться до Алины.

Во мне вспыхивает ярость.

Резко развернувшись, я наношу удар одним клинком по руке одного из нападавших, а другим — по ноге второго. Они кричат от боли. Но выживший из первой волны уже пришел в себя и снова бросается на меня. И еще двое наступают с другой стороны.

Если бы они были наемными убийцами, настоящими наемными убийцами, мы бы уже были мертвы. Но в нашем мире никто не стал бы рисковать своей жизнью, чтобы взяться за заказ на убийство Петрова или Хантера. А это значит, что эти люди — обычные головорезы без элитной подготовки. Но их просто чертовски много.

Кровь брызжет мне в лицо, когда я перерезаю чью-то сонную артерию, а затем уворачиваюсь от удара и всаживаю клинок кому-то в кишки.

Боль пульсирует в моей руке.

Я отдергиваю руку и оглядываюсь по сторонам, понимая, что некоторые из мужчин, стоящих передо мной, уже взяли ножи для стейков с соседних столов.

В море черного цвета слева от меня внезапно появляется что-то бежевое. Я резко разворачиваюсь, уклоняясь от удара по бедру от одного из головорезов, одновременно замечая это бежевое пятно.

Эрик, в своей бежевой рубашке, пытается проскользнуть мимо своей маленькой армии и схватить Алину. Но она рассекает воздух ножами, как я ей и показывал, заставляя его отскочить назад.

Я выхватываю один из двух оставшихся у меня метательных ножей и швыряю его в него.

Крик боли эхом разносится в воздухе, когда лезвие вонзается ему в ногу, и он падает на землю. Я бросаю свой последний метательный нож в его другую ногу. Кровь течет на деревянный пол, и он пытается отползти. Но его ноги больше не слушаются. Хорошо. Потому что я приберегу его напоследок.

Огонь обжигает мою кожу, когда нож внезапно полосует по ребрам. Я рычу, возвращаясь к насущной проблеме, от которой мне пришлось отвлечься на несколько секунд. Но нескольких секунд им было достаточно.

Толпа головорезов в черном бросается на меня.

Отключившись от всего остального, я сосредотачиваюсь исключительно на них.

В голове формируются стратегии.

И я следую им.

Развернись. Уклонись. Ударь. Снова развернись. Режь.

Слишком много людей атакуют одновременно, чтобы я мог блокировать все их удары, поэтому мне приходится выбирать, какие удары блокировать, а какие пропускать.