Чтение онлайн

– Нет, я уже слегка переросла этот период… – с видом умудренной жизненным опытом дамы отвечаю я. – Работаю в офисе. И ничего об этом более поведать не могу…

– Неужели так скучно?

– Нет, просто это коммерческая тайна… – после моей последней фразы мы смеемся, слегка, но вголос.

– С работой понятно. Все под грифом «секретно». Ну а какие занятия ты предпочитаешь вне работы? – продолжает разговор Дима.

– Отдых…. – снова улыбаюсь. А беседы по душам – уж точно мне сейчас ни к чему. Так что пускай все будет в шутку.

– Неожиданный ответ! – поддерживает мой ироничный тон недавний знакомый. – До сегодняшнего дня в принципе не догадывался, что можно отдыхать!.. А если серьезно, то мне редко выдается возможность побездельничать. Пару лет назад так вообще не удавалось…

– Почему? У тебя была рабочая пятилетка?

– Можно и так сказать. Трудился на двух работах со студенчества.

– На двух работах и еще учеба? Это явно нелегко. Что же заставляло тебя так?

И на этом моменте я чуствую, что побрела в разговоре куда-то далеко. Сама не открываюсь совсем, а к парню пристала с расспросами. Однако мой собеседник ответом дает понять, что не закрывается (в отличие от некоторых!):

– Да я начал жить с девушкой в девятнадцать. Нужно было снимать жилье, да и вообще обеспечивать семью… Девушка была старше, на шесть лет, потому мы иначе видели комфорт. А она не работала. Да и я не настаивал.

– На шесть лет?.. – откровенно удивляюсь я и тут же представляю себя в подобной ситуации. Найти мальчишку и упасть к нему на шею?.. Как-то это негуманно. От одной только такой мысли на душе становится неприятно, и я проникаюсь некоторой материнской жалостью к новому знакомому, который, кстати, по виду старше меня не на один и не два года.

– Неужели это так кошмарно, когда такая разница в возрасте? – в ответ на мое удивление Дима улыбается.

– Наверное, да. Не знаю… – сомневаясь, отвечаю я. – Мне больше непонятно, почему она не нашла себе объект постарше и посостоятельней, имея такую жизненную позицию…

И тут я понимаю, что меня уже конкретно понесло: назвала своего собеседника объектом и сравнила его по сути с денежным мешком. С захудалым денежным мешком. А его даму – расчетливой стервой… но, у которой все плохо с логикой. С осознанием собственной бестактности я закусываю нижнюю губу и отворачиваюсь от Димы. Однако его совершенно не задевают мои слова. В ответ он только посмеивается и говорит с такой легкостью, будто передаваемый им смысл его уже вовсе не задевает:

– Ну, она тогда еще находилась в поиске. А когда нашла, утвердила кандидатуру, проверила ее, так и… всё!

Возникает нелепая тишина. Я понимаю, что нужно что-то сказать, чтобы не чувствовать себя глупо, но на ум, как назло ничего не приходит. И я задаю, наверное, наиглупейший вопрос:

– Обидно, наверное, было?

– Ну да, было. Но все уже позади. Давно… И я рад этому, иначе бы не смог познакомиться, с такой милой девушкой, как ты! – в итоге Дима выдает рекордную жизнерадостность за весь разговор.

– Ты еще совсем не знаешь меня… – неловко улыбаюсь в ответ. Ведь кое-кто, похоже, любит преувеличивать. И даже мастер в этом деле.

Внезапно мой телефон издает звук входящего сообщения. Я тут же достаю его из кармана сумки и читаю послание:

«Чем занимаешься?» – обращается второй командировочный. То есть первый. И такой жест внимания меня даже удивляет. Не думала, что он напомнит о себе в ближайшее время.

«Гуляю…»» – начинаю набирать в ответ, но тут же стираю. Пожалуй, не буду сегодня писать. Для профилактики. А-то как-то со мной все уж слишком ясно, понятно и просто получается. Надо бы и в свое поведение тоже добавить некую завесу таинственности.

– Тот, кого я ждала, не приедет… – озвучиваю продолжение своей легенды, чтобы перейти к вызову такси. – Так что я – домой.

Пятнадцать минут ожидания подачи автомобиля…

За это время Дима ведает еще несколько фактов из своей жизни. И почти все из них касаются работы. Так что я прихожу к выводу, что он трудоголик. Весьма неплохая черта для мужчины. А еще он скоро собирается покупать квартиру и съезжать со съемной. В общем, завидный жених, можно сказать. И не таинственный, как некоторые. И к рыбалке относится равнодушно. Только вот как раз-таки некоторые, почему-то влияют на меня просто гипнотически! По закону подлости, наверное… И я даже не знаю, как бы так помягче отказать Диме, если он попросит мой номер телефона. А ведь он, наверняка, попросит.

Моя совесть показывает мне кулак. На ум приходит рассказ о двух работах во время учебы, о девушке, которая свинтила к объекту посостоятельнее… Блиннн! Я не хочу огорчать этого доброго парня!

Подъезжает такси, а я все думаю, как мне попрощаться с Димой, чтобы и не обидеть, и не одарить надеждой.

– Оставишь свой телефончик? – спрашивает добрый парень.

Вот он – этот момент! Этот неловкий момент! И что прикажете делать?!

Ну, конечно же, я откажу! Совесть совестью, но у меня планы на другого человека.

– Ну, так что по части телефона? – с улыбкой повторяет он, отметив мою нерешительность.

– Восемь девятьсот четырнадцать… – произношу я, не понимая, что делаю, – Триста восемнадцать, семнадцать, десять.

Вот так…

Получив то, что хотел, Дима любезно открывает передо мной дверь такси и коротко прощается. Я быстро плюхаюсь на сиденье, что выходит даже неуклюже от внутреннего напряжения, и машу рукой своему новому знакомому.

Ну вот, теперь в моем арсенале два Димки, и они так не похожи друг на друга!

Таксист лихо вдавливает в пол педать газа, и мы уезжаем, оставив за собой облако дыма из выхлопной трубы. Эффектно. Но услугами этого такси, пожалуй, я больше не воспользуюсь.

Открываю дверь квартиры своими ключами, стараясь как можно меньше греметь связкой. Уверена, что все: и Зоя, и Артур, и дети уже спят. Не хотелось бы нарушить их сон. Завершив последний оборот ключом, тихонечко тяну дверь на себя, и она открывается практически без поскрипываний. Затем я снимаю с правой ноги босоножек и только потом ступаю босой ногой за порог; то же повторяю с левой. Ведь для чего лишний раз стучать каблуками? В последнее время я стала очень предусмотрительной в подобных моментах: как не разбудить детей, какие предметы убирать с края стола, а какие и вовсе прятать…

В свою комнату я пробираюсь буквально на ощупь, ведь мои домашние никогда не оставляют включенным ни один источник света на ночь. Счастливые люди! Словом – без фобий. Без боязни всепоглощающей темноты… Первым делом я нащупываю выключатель. И в следующий миг комнату озаряет яркий свет лампы, из-за чего я зажмуриваюсь и вновь на ощупь берусь за ручку двери, а после закрываю ее за собой. Все так же, не открывая глаз, я начинаю стягивать с себя одежду. Жду не дождусь того момента, когда мне наконец-таки удастся запрыгнуть под свое мягкое одеяло. Как-то я устала, хотя вернулась не так уж и поздно. То есть поздно, но когда мы гуляли с Димкой, он возвращал меня, как минимум, часа на два позже.